Сергей Зверев – Спасти президента (страница 19)

– Приходится, чтобы форму не терять.

– А у меня времени не хватает. Теперь еще бадминтон этот дурацкий… – президент махнул рукой и обратился ко всем.

– Ладно, по коням и в стойло. Машины ждут. Басра до сих пор считалась безопасным городом, но теперь ситуация изменилась.

Тут из группы прилетевших выдвинулся инженер Ларин.

– Товарищ… господин президент, позвольте. У нас секретный прибор. Генератор «Ника». Он требует особого обращения.

Правдин подозвал Лепешкина и отдал распоряжение. Тот исчез и вернулся в сопровождении помощников. Для погрузки генератора прямо к вертолету подогнали микроавтобус.

– Когда же мы проведем испытания? – нетерпеливо спросил Ларин. – Вот и у полковника Формана время отнимаем.

– Сейчас не до этого, – раздраженно отмахнулся от конструктора силовик.

– Я предлагаю всем сесть в микроавтобус, – предложил Серегин. – Про то, что мы привезли генератор, пока никто не знает. Вряд ли он вызовет интерес.

Правдин счел предложение разумным. Консульский «Мерседес» покатил пустым. Они стрелой мчались по пустым улицам, когда вдруг на перекрестке справа вылетел тяжелый самосвал и протаранил лимузин, в котором должен был ехать президент. Водитель микроавтобуса инстинктивно нажал на тормоза. Но тут сидевший у него за спиной Копняк рывком выхватил его из кресла, а Поручик в долю секунды оказался за рулем. Машина даже не успела потерять скорость. Сделав зигзаг, микроавтобус чуть не задел столкнувшиеся автомобили и с удвоенной скоростью устремился дальше.

– Свяжись с охраной, пусть открывают ворота, – бросил Серегин президентскому телохранителю.

Поручик летел на ворота так, будто собирался их высадить. Но тут створка дрогнула и отошла, освобождая проезд. Микроавтобус проскочил во двор, и створка сразу же пошла обратно, так, что джип сопровождения едва успел проскочить следом.

Поручик подрулил вплотную к дверям консульства. Первыми наружу выскочили майор, Копняк и Птенчик. Они сразу же взяли под контроль все потенциально опасные объекты – соседние здания, возвышавшиеся над забором. Таких было два. Охрана, тесно обступив президента, проводила его в помещение. За ним из автобуса вышли остальные пассажиры.

Копняк дружески похлопал по плечу водителя.

– Не обижайся, друг. Служба.

Тот только покачал головой, потирая шишку на макушке. Вытягивая из водительского сиденья, прапорщик воткнул его головой в потолок.

Все собрались в холле консульского дома. Он находился в состоянии ремонта вот уже четыре года. Но жить было можно. Прилетевшие немного раньше президент и его команда уже успели разместиться, и теперь дело было за вновь прибывшими. Раненого журналиста Яна Томашека оправили в медицинский пункт.

Заминка возникла с пленницей. Арестантского помещения в консульстве предусмотрено не было. После недолгого обсуждения решено было закрыть ее там же, в санчасти, в помещении бокса для инфекционных больных.

Американцам, генералу Азими и Ларину для отдыха отвели комнаты в новом корпусе. Вроде бы по соседству, но в то же время за пределами суверенной российской территории. Вообще-то на консульство не распространяется статус экстерриториальности, но поскольку Арабистан объявил себя суверенным государством, то ранг консульства автоматически поднялся до посольского. Со всеми вытекающими.

Десантники по привычке обосновались на постой в общем кубрике. В роли кубрика, к удовольствию Поручика, выступила библиотека. Персонал консульства, пребывавший поначалу в состоянии шока, понемногу успокоился и приступил к своей повседневной работе.

В ожидании обеда Правдин собрал в кабинете консула «малый совнарком».

– Может быть, перебросить сюда из Багдада охрану нашего посольства? – предложил все еще встревоженный консул.

Президент поморщился:

– Зачем? И там посольство без охраны оставим, и здесь от них толку не будет. Безопасность обеспечат наши десантники, а для внешней охраны хватит солдат, которых выделил президент Арабистана Саид Хасан.

– Как бы ему самому охрана не понадобилась, – буркнул Лепешкин. – Больно резко начал.

Майор Серегин с подчиненными переминались в углу кабинета.

– Нам уже можно приступать к своим обязанностям?

– А вы не хотите умыться с дороги, переодеться? – поинтересовался президент.

Поручик смущенно посмотрел на свой ветхий комбинезончик с карманом во всю задницу. Он перехватил обращенный в том же направлении заинтересованный взгляд Ольги Ильиничны Старостиной и покраснел. Когда-то в далеком прошлом они были близко знакомы и их даже дразнили женихом и невестой. Он представил, как сейчас смотрится с этим брезентовым курдюком. Хорош жених, лучше некуда! Хоть бы НАНО-носки у Птенчика взял…

А капитан Орлов при виде стажера-референта непроизвольно выпрямился, став еще выше и шире в плечах. И густо покраснел.

– Ну, все, влюбился мальчик, – заметил про себя Поручик. – Пропал десантник.

В ответ на любезное предложение президента страны умыться майор Серегин отрицательно покачал головой:

– Умываться будем потом. Сначала надо связаться с адмиралом Старостиным, желательно по защищенной линии.

– Это возможно? – спросил президент у консула.

Тот молча кивнул в знак согласия.

Правдин сел за консульский стол.

– Через два часа у нас встреча с президентом Саидом Хасаном. Организуйте связь с Москвой как можно быстрее. И попрошу оставить нас с майором Серегиным.

Все, кроме президента и майора, вышли из кабинета. Консул обвел взглядом гостей и суетливо потер руки.

– Может быть, пройдем пока в буфет?

Предложение было встречено с одобрением.

В это время в консульском кабинете прозвучал зуммер аппарата специальной линии связи, защищенной от прослушки. Правдин знаком предложил взять трубку Серегину. Тот взял.

– Алло, Илья Григорьевич? Серегин на связи. В прошлый раз я не мог свободно говорить. Теперь могу. Вы знаете, почему погиб генерал Ковригов?

Адмирал в трубке прокашлялся.

– Полной уверенности нет, но имею основания считать, что произошло убийство. А почему ты спросил?

– Нас тоже пытались убить. В самолет пронесли бомбу. Гонец сказал, что посылка от Дорофеича. Мы считаем, объектом покушения был генератор электромагнитных импульсов, который мы сопровождали. А мы при нем за компанию.

– Где сейчас этот прибор?

– Таскаемся с ним как курица с яйцом. Теперь вот в Басру приперли. В Афгане хотели провести испытание в полевых условиях, но не вышло. Даже не распаковывали. Прямо не знаем, что с ним делать. Продать бы, да не знаю кому.

Старостин вздохнул:

– Я бы посоветовал его уничтожить. Взорвать. Но приказывать не могу, это не моя епархия. А вам сейчас будет не до генератора. У вас президент на шее. И Ольга. Учти, я на вас надеюсь.

– Не волнуйтесь, Илья Григорьевич, справимся. Бывали случаи и потруднее.

– Потруднее? Это вряд ли, – возразил адмирал. – На этот раз вам придется максимально собраться и показать все, на что вы способны. Как только возобновят полеты, я пришлю к вам помощь. Но пока будете справляться сами. Проинструктируй охрану и тщательно все проверь, а пока дай трубку президенту.

Майор уступил место Правдину, сам же отправился выполнить приказ начальника, а заодно ознакомиться с помещением.

Президент поднес трубку к уху:

– Глава государства на проводе. Не в смысле висит, а в смысле разговаривает.

Старостин одобрил.

– Это хорошо, что ты еще в состоянии шутить. Это сейчас не многим удается. В Европе царят настоящая паника и хаос.

– Я знаю, у нас есть телевизор.

– И чем дальше, тем больше у меня растет уверенность, что все это не цепь случайных совпадений, а хорошо продуманный и реализованный сценарий. И то, что генерала Ковригова убили, звено той же цепи. Возможно, я ошибаюсь, но лучше перестраховаться. Не нравится мне все это…

– Что вас настораживает?

– Настораживает? – переспросил Старостин. – Ошибаешься, Вася, меня это просто-напросто пугает.

– Что именно?

– Расстановка сил. Ведь, пока в конфликте участвуют две стороны, дело редко кончается дракой. Особенно если силы равны. Чаще всего стороны пошумят, обнюхаются и в итоге находят компромисс. Но, когда вмешивается кто-то третий, равновесие нарушается. И тут жди беды.

– Кто третий? Вы нас, что ли, имеете в виду? – не удержался Правдин. – Сами же велели…

– Не велел, а посоветовал, – проворчал разведчик. – И теперь жалею. Но я не про вас. Тут как раз все ясно. Вы попали в самое пекло. Теперь ваша задача – определить, кто свой, а кто чужой. И это самое трудное. Ты правильно поступил, решив сыграть роль живого щита. Но это сработает только в том случае, если президент самопровозглашенного Арабистана Саид Хасан знает, что делает.

– То есть? – не понял Правдин.