Сергей Зверев – Арктическое торнадо (страница 24)

– Да, что-то я устал, – признался он, утолив первый голод. – Никак мне за тобой не угнаться. Может, остановимся здесь часа на два, отдохнем?

– Скоро сядет солнце, – ответил Лавров. – Как я понял, у вас темнеет быстро. Если будем отдыхать, до темноты не дойдем до реки. А я хочу уже сегодня проверить первое из выбранных мест. Если ты совсем не можешь идти, тогда возвращайся к машине. Мы отошли не так далеко, думаю, ты найдешь. Жди меня там или в деревне. А я пойду один.

Мануэль отрицательно покачал головой:

– Нет, Андрей, я не стану возвращаться. Я вызвался идти с тобой, и я пойду до конца. Иначе мне всю жизнь будет стыдно. Давай пойдем чуть медленнее, а я постараюсь не отставать.

Они двинулись дальше. Теперь Лавров шел медленнее, он старался не отрываться от напарника больше чем на десять метров. Если бы не завалы бревен, он бы связался с Мануэлем одной веревкой – в горах ему не раз приходилось таким образом тащить за собой полностью измотанных бойцов. Но здесь это было невозможно. Оставалось лишь подбадривать напарника обещаниями, что «осталось совсем немного, а там отдохнем».

Село солнце, стало быстро темнеть. Смолкли крики попугаев и мелодичные трели певчих птиц, вместо этого стали слышны резкие крики ночной птицы гуачарас; издали донесся рев какого-то хищника. А они все шли и шли. Лавров уже решил, что ничего не поделаешь, так и придется ночевать в сельве, не дойдя до реки, когда заметил, что местность начала понижаться. Впереди открывалась широкая речная долина.

Лавров выбрал дерево повыше, с часто торчащими ветками, вооружился биноклем и полез вверх. Взобравшись повыше, он устроился на суку и стал осматриваться. Зашедшее солнце еще давало немного света, и его хватило, чтобы майор заметил на западе, ближе к реке, участок, свободный от деревьев. И там горело несколько фонарей, и были видны какие-то постройки. Это было очень похоже на лагерь, который они искали.

– Я видел лагерь, – сообщил он Мануэлю, спустившись вниз. – До него примерно полтора километра.

– Лагерь? – недоверчиво спросил электрик. – Может, ты что-то спутал, Андрей?

– А с чем это, интересно, можно спутать? Что, у вас в сельве стоят не нанесенные на карту туристские кемпинги? – усмехнулся майор. – Думаю, мы нашли именно то, что искали. Впрочем, скоро увидим.

– Да, мне тоже хочется самому убедиться, – сказал Мануэль.

Оставшуюся часть пути они прошли быстрее: пришедший азарт заставил электрика забыть об усталости. Правда, когда преодолели половину расстояния, Лавров сбавил темп: здесь надо было держаться осторожнее.

Они прошли еще сто метров… и еще… Здесь, по всем правилам разведки, надо было рассредоточиться. Однако у них не было рации, а Лавров не был уверен, что Мануэль правильно оценит ситуацию и не совершит какого-нибудь опрометчивого поступка. Поэтому он велел электрику держаться в двадцати шагах сзади и не открывать рта.

– Действовать только по моей команде, – дал он своему спутнику последнее напутствие. – Если махну рукой «ложись!» – сразу ложись. Покажу— «беги, мол» – побежишь. И никакой самодеятельности, ясно?

– Понял, Андрей, – кивнул электрик. – Я не подведу.

Они двинулись дальше – вначале шагом, а последние метры ползком, – и наконец выбрались на опушку леса. Прямо перед ними находилась ярко освещенная вертолетная площадка, на которой стоял вертолет. Возле него прохаживались двое часовых. Приглядевшись, Батяня заметил еще двоих людей, прятавшихся в окопах по углам площадки. За площадкой находился сам лагерь. Правда, с той точки, где находились Лавров с Мануэлем, его было плохо видно и нельзя было оценить его размеры. Надо было менять позицию, обойти лагерь и выйти к нему западнее. Для этого надо было вернуться в глубину леса. Правда, стоявшая на площадке винтокрылая машина была большим соблазном: имея вертолет, можно было бы сразу вывезти наших ребят из сельвы. Охрана не представляла большой преграды: Лавров был уверен, что справится с ней. Но без шума, видимо, не обойтись. А как тогда искать энергетиков? Ведь он не имеет представления, где они находятся. Так что от этой возможности приходилось отказаться.

Лавров обернулся и сделал знак Мануэлю: «давай назад». Электрик послушно развернулся и пополз прочь от лагеря.

Лишь когда они удалились от лагеря на полкилометра, они поднялись и двинулись в обход. Шли опять со всеми предосторожностями: враг был совсем рядом. Лавров двигался совершенно бесшумно, а вот под ногами Мануэля несколько раз хрустнули ветки. Впрочем, на таком расстоянии в лагере не могли этого услышать.

Наконец – была уже глубокая ночь – они вновь вернулись к базе неизвестных боевиков, но уже совсем в другом месте. Отсюда весь лагерь отлично просматривался. Лавров велел Мануэлю отойти метров на двадцать, вешать гамак и спать. А сам достал бинокль и стал разглядывать два ряда колючей проволоки и стоящие за ней домики.

«Проволока натянута кое-как, – отметил про себя майор. – Пройду без шороха. Часовые тоже не проблема – ходят, как на параде. Так что часика два отдохну – и можно будет нанести визит в этот их лагерь. Сколько это будет? Ага, как раз в три часа. Взять языка и хорошенько его расспросить. Глядишь, и скажет, где тут прячут наших».

Приняв решение, майор осторожно накрылся плащ-палаткой и немедленно погрузился в сон.

Специальный агент Фернандес привык спать чутко. Поэтому, когда уже за полночь в глубине леса вдруг несколько раз хрустнули ветки, он мгновенно открыл глаза. «Кто-то крупный, – подумал он. – Но не ягуар – тот двигается совершенно бесшумно. Может, олень или пекари? Или это человек? Значит, нас обнаружили?»

Тут, словно отвечая на его мысленные вопросы, пискнул сигнал вызова, и голос Лимберга произнес:

– Ты слышал?

– Слышал, – подтвердил Фернандес. – Думаешь, нас заметили?

Помедлив, командир «контрас» уверенно ответил:

– Нет, не думаю. Просто не могли – мы ничем себя не обнаружили. А даже если бы они что-то заподозрили, мы бы это сразу заметили: у них не тот уровень организации. Сразу поднялась бы беготня, шум… Нет, это не гости из лагеря.

– Тогда это, пожалуй, заблудившаяся группа туристов из штата Кентукки, – предположил Фернандес. – И с ними десяток местных гидов.

– Ну, соотечественников мы бы услыхали километров за пять, не меньше, – заявил Лимберг. – Нет, скорее уж это наш соперник – русский шпион. Шагает в кирзовых сапогах, кроет матом проклятых янки и на ходу пьет водку прямо из бутылки…

– Ага, и тащит на себе местного проводника – чтобы пустить его впереди себя, когда будет штурмовать лагерь, – закончил Фернандес. – Что ж, симпатичная получилась картинка. Ладно, сойдемся на том, что это олень – я слышал, что здесь их много.

– Было много, – подтвердил Лимберг. – Хотя возле нашего лагеря их не осталось – ребята всех извели на жаркое. Знаешь, я все-таки схожу проверю – а то чем черт не шутит.

– Нет, Берт, не надо, – не согласился Фернандес. – До операции осталось меньше двух часов, а ты куда-то пойдешь. Так не делают, сам знаешь. Ясно ведь: двуногих там нет, только четвероногие.

– Оставлять в тылу потенциального врага – так тоже не делают, – возразил Лимберг. – Я быстро – туда и обратно. Обернусь буквально за полчаса. Если это семейка пекари или оленей – они уже ушли к реке, на водопой. А если наш русский соперник… зачем нам соперники, верно?

– Ладно, давай, – согласился Фернандес. – Только…

Он хотел сказать «только быстро», но не закончил. Разговаривая с Лимбергом, он по привычке осматривал лагерь. И в этот момент разведчик увидел нечто такое, что сразу заставило его забыть о хрустнувшей в сельве ветке.

– Стой, Берт! – скомандовал он. – Погляди-ка на этот домик с темными окнами, о котором мы говорили!

– А что такое? – недовольно отозвался Лимберг, который, как видно, уже направился прочь от лагеря. – Ну, стоит домик, как стоял… Ах ты дьявол! Вижу! И что будем делать?

– Пока ничего, – отвечал Фернандес, который уже вновь достал бинокль. – Посмотрим, что будет дальше…

Глава 20

После визита сеньора Чумпитаса энергетики решили, что собирать вещи для побега пока не стоит – предстоял еще один визит «важного человека», и перед ним барак могли обыскать. Поэтому Малышев получше спрятал драгоценную отвертку, и энергетики стали ждать.

Долго ждать им не пришлось. Послышались шаги, дверь распахнулась, и в барак вошли сразу несколько человек. Впереди шли четверо боевиков с автоматами. Они заняли места по обе стороны от двери, наставив оружие на узников. За ними вошел уже знакомый им сеньор Чумпитас. А затем появилось новое лицо. Это был невысокий человек в гражданском костюме и темных очках. Они мешали рассмотреть глаза вошедшего, тем не менее Луценко показалось, что он где-то уже видел этого человека.

– Вот, сеньор, эти так называемые специалисты, – подобострастно произнес Чумпитас, показывая на энергетиков. Тут он заметил, что те все еще сидят, и заорал:

– А ну, встать! Живо!

А поскольку узники не спешили выполнить приказ, он дал сигнал охранникам, и те кинулись вперед. Тогда энергетики не спеша поднялись.

– Я вижу, они у вас привыкли к вежливому обращению, – заметил гость. И снова инженеру показалось, что он уже раньше слышал этот голос.

– Да, мы создали им вполне цивилизованные условия, – подтвердил Чумпитас. – Они получали ту же пищу, что и наши сол… бойцы, купались, даже играли в компьютерные игры.