Сергей Зиненко – Собственный путь (страница 25)

Дыхание Диармайда участилось, сердце застучало быстрее, на ладонях проступил пот, в голову начали плыть похотливые мысли. Грайне победно улыбнулась, она смогла освободить свою руку и отступила на шаг, тонкие подрагивающие пальчики развязали тесёмки плаща, он сполз на каменный пол. Девушка была голой: небольшая грудь с ярко-красными ареолами сосков, бледная кожа, как звездное небо была покрыта множеством веснушек.

— Будь ты проклята! — хрипло сказал Диармайд, его плотские желания с каждым вздохом становились всё сильнее и сильнее, он не мог себя сдерживать и как волк набросился на девушку и… Ди проснулся. Он видел, как его предок переспал с принцессой, но затем, сон прервался. Не плавно, как обычно, а внезапно, резко.

Футболка была мокрой от пота, очень хотелось пить. Диармайд пошёл на кухню и увидел в просторной гостиной неяркий свет камина, Нико ещё не спал.

— Тоже не спится? — спросил учитель. Он держал в руках кружку чая, от неё поднимался пар и отчётливо слышался аромат трав.

— Мне снился сон про предка, только в этот раз он странно закончился… Обычно, я очень чётко помню такие сны и никогда не замечаю, как наступает утро. В этот раз, пробуждение было каким-то совсем другим… не знаю как объяснить.

— Сон закончился сексом? — в один глоток выпил кипяток Нико.

— Да.

— Мои поздравления, больше снов о прошлом у тебя не будет. Генетическая память содержит в себе воспоминания до того момента, когда был зачат твой предок.

Диармайд призадумался, всматриваясь в танцующие языки огня, какое-то время в комнате был слышен только треск дров в камине.

— Даже обидно, я так хотел узнать, чем закончилась история Диармайда.

— Тебе легенды мало?

— Ты её читал? В ней сказано — что Диармайд умер от того, что Финн попросил его пройтись босиком по шкуре вепря против роста волос. Потом Финн носил к нему в ладонях живительную воду, чтобы залечить раны, но «случайно» проливал её, не успев донести. А ещё там говорилось, что Грайне была влюблена в Диармайда, а что я видел в итоге — она одурманила его на собственной свадьбе и принудила переспать с ней.

Нико выслушал рассказ Ди. Обстановка, надо сказать, была очень подходящая: ливень яростно барабанил по крыше, в комнате было тепло и уютно, в приятном полумраке слышался треск оливковых ветвей в камине.

— Вот как.

— Кстати никакими стихиями управлять Диармайд не мог, получается он был адептом?

— Не обязательно, ты говоришь, что его родинка по поверьям могла очаровывать женщин? Это очень похоже на эффект кристалла без элемента. Такой кристалл не позволяет управлять никакой стихией, но из-за него может измениться тело. Например, может появиться родинка, очаровывающая женщин, или возможность вырабатывать яд в организме, или способность влиять на разумы других людей. Я точно знаю, подобные способности — это отклонения, и они невероятно редкие.

— Не знаю, на Грайне я эффекта никакого не заметил, а то, что она позже к нему пришла, это больше похоже на саботаж собственной свадьбы, чем на влюблённость.

— Тут вполне уместно сравнение с твоими глазами: если ты попытаешься наслать страх ими на меня — эффекта не будет никакого. Чем сильнее твой противник, тем сложнее повлиять на него.

— Я не заметил за Грайне никаких признаков того, что она маг, — задумался Диармайд. Нико только развёл руками.

— Нико… А тебе обязательно уезжать, может я поеду с тобой?

Нико вздохнул, с сочувствием смотря на ученика.

— Мы ведь уже говорили на эту тему, и не раз, нельзя тебе со мной. Если ты продолжишь тренироваться сам — будешь в полной безопасности. Я уже позаботился обо всех лишних свидетелях, о твоих глазах теперь знает только Ричард; ты можешь доверять ему как мне. Только не влезай в слишком рискованные авантюры, тренируйся и ищи своё место в жизни. Пойми Ди, я хочу, чтобы ты был по настоящему свободным, а не собачонкой на длинной привязи, как я.

Выезжали затемно, далёкое полотно неба только-только начало светлеть, когда Диармайд и Нико уже завели мотор новенького спорткара. Машина была тёмно-синего цвета, угловатый острый дизайн, приземистая посадка, которую Диармайд тут-же раскритиковал. К удивлению парня, Нико ни капли не возражал, когда Ди попросился за руль. Правда парень не понимал, зачем покупать машину, ориентированную только для города, ведь за его пределами дороги хуже некуда. Выслушав замечание, Нико только махнул рукой и со словами: «ничего ты не понимаешь», бросил ключи.

Парень старался объезжать каждую выбоину, но на неровном участке дороги, по дну машины, ощутимо царапнуло камнем. Диармайд с опаской посмотрел на учителя, уже готовясь выслушать шквал нотаций.

— Не парься, это спорткар премиум класса, он может самостоятельно восстанавливать несерьёзные повреждения, такая чепуха его не повредит, — остальную дорогу Диармайд вёл без опаски, но всё равно не торопясь, намеренно оттягивая приезд в город.

— Ди, в бардачке твои документы, — Нико достал паспорт и помахал им. — Он подлинный, в отличие от того, который я тебе сделал раньше, теперь ты официально узаконенный гражданин Греции. Причём к тебе, как к магу, не могут предъявить абсолютно никаких претензий. Ты даже не представляешь, сколько стоил мне этот паспорт, — горько вздохнул Нико.

— Больше машины?

— Этой? Конечно, больше! Ты хоть представляешь… — Нико махнул рукой, — а, неважно.

— Ты сейчас куда уезжаешь?

— Пока в Париж, а оттуда — чёрт знает. Куда прикажут, туда и поеду, мой отпуск закончился, пора браться за работу.

Из центрального афинского аэропорта взлетали небольшие самолёты, вмещающие максимум шесть пассажиров. Они были оснащены множеством боевых орудий. Такие самолёты были больше военной техникой, чем транспортным средством. Самолёты побольше, конечно, можно было построить, но какой смысл — долго такой аппарат не полетает. Небо — территория изменённых, о чём свидетельствовало множество противовоздушных установок, разбросанных по всему городу. Их устанавливали даже в относительно больших деревнях, летающие изменённые — та ещё зараза. Поезда, вполне заслуженно, считались самым безопасным транспортом в мире.

— Машина теперь твоя, документы рядом с паспортом, в бардачке, — Нико махнул рукой на прощание и пошёл ко входу в аэропорт. На полпути он обернулся:

— Ди — не кашляй, — Диармайд смотрел, как учитель скрылся за стеклянными раздвижными дверями, было очень грустно.

Он сел за руль, завёл тихий мотор Циммера, музыку слушать не хотелось. Диармайд просто ездил по окраине города, с пустым взглядом осматривая округу.

Ближе к центру были утренние пробки, куда уж без них, в столице-то. Повсюду слышался рёв моторов, сигналы машин, из открытых окон доносились злобные маты — обычное утро рабочего дня. Особенно долго Диармайду пришлось стоять на подъезде к площади Леонида.

Парковка перед театром была почти полностью заполненной, Диармайду повезло найти два свободных места, в самом отдалённом от здания конце.

— Что, папаша машину купил, а водить тебя так и не научил? Грёбанные мажоры, моя жена и то лучше тебя, придурка, парковаться умеет, — закричал мужчина из открытого окна чёрного внедорожника. — Чего вылупился на меня недоумок, припаркуйся как человек, пока я твою морду не разукрасил. Не видишь, тут и так места нет!

Припарковаться у Диармайда получалась просто отвратно, он залез частью капота на соседнее место. Получилось не сразу, слушая матерные реплики мужика, Диармайд только с третьего раза смог нормально разместить машину. Мужчина тут-же занял освободившееся место, он выбрался из своей машины, с неприязнью поглядывая на парня.

— Чего вылупился? Не нравится что-то?

Диармайд улыбнулся:

— Не стоит грубить незнакомцам, никогда не угадаешь, кем может оказаться встретившийся человек, — Ди кивнул ему на прощание и пошёл к театру.

В кабинете директора было пусто, Диармайд направился в лабораторию под крышей, от неё, на весь верхний этаж, разило чем-то тухло-болотистым.

— Давно не виделись, с чем пожаловали? — едва открылась дверь, заговорил Ричард. Он был в своём привычном кожаном переднике, на лице была защитная стеклянная маска. Все окна лаборатории были открыты, а вонь тут стояла просто нереальная.

Диармайд направился к нему, когда он проходил мимо стеклянного перегонного куба, на стенку, с глухим стуком, налип комок зелёной слизи.

— Бургундская плотоядная слизь? — Диармайд постучал пальцем по стеклу, оно завибрировало, слизь затряслась как желе, но не в силах ничего сделать, прекратила. Вода на дне аппарата бурлила, похоже, животное медленно варилось заживо. К верху колбы поднимался зеленоватый пар, проходя через длинную стеклянную трубку, он скапливался в специальной ёмкости и превращался обратно в жидкость, по консистенции больше похожей на воду. Похоже, источником смрада, была именно слизь.

— Она самая, та ещё тварь. Обитает в болотах, человек то и не сразу понимает, когда это начинает его пожирать, её кислота растворяет всё, — с энтузиазмом заговорил Ричард.

— Насколько я помню, её используют для лечения рака, у вас проблемы?

Ричард широко улыбнулся, обнажив свои идеально-ровные зубы.

— Нет-нет, ещё до изобретения лекарства, слизь использовали для изготовления ядов.

— Тогда, я полагаю, вам нужно кого-то отравить?

— Пока что нет. Нико уже уехал?