Сергей Зиненко – Черное Солнце (страница 10)

— Так, — Нико принялся массировать свои виски, — почти…. — закричал он, — почти! Есть! Стоп. Ты хоть представляешь, насколько это сомнительная идея? — повернул голову на бок Нико.

«Так вот откуда у Диармайда эта глупая привычка поворачивать голову как сова», — подумала Мелисса. «Нет, это сейчас не важно. Что за книга, при чём тут консильери уничтоженного клана? Почему, хоть раз в жизни, не сказать всё прямо!?»

— Лучше я придумать не смог, — вздохнул Диармайд, — но мои дальнейшие планы — всё равно требуют огромной мощи. Скажи, а Ричард справится с зельем?

— Справится, — кивнул Нико, — он даже Драконью Ярость почти сварил, с такой ерундой точно справится. А ну ка расскажи в деталях, что ты удумал, — ухмыльнулся Нико, сверкнув глазами.

— Не скажу, а то не сбудется, — ответил ему похожей ухмылкой Диармайд, — обещаю, масштаб этих планов тебе понравится.

Мелисса замычала от отчаяния, уронив голову в ладони.

— Ты можешь хоть раз нормально ответить на вопрос: что мы вообще сейчас делаем и зачем? На кону жизнь Лу. Неужели ты так легко можешь им рисковать? — не выдержала она.

— Хорошо. Я всё тебе расскажу, но после того, как мы достанем книгу, обещаю.

— Так вот какой он — легендарный Нико Фальконе, — сказала Мелисса, когда они уже возвращались в отель.

— Нико — не настоящее его имя, про Фальконе, думаю, даже говорить не стоит, — отозвался Диарайд, садясь за руль арендованной машины.

— Какая разница. Нико и Нико. По крайней мере теперь мне стала ясна природа ваших… неординарных характеров.

— У Лу возможно, а меня больше сформировала скотобойня и Орсино. Может он и редкостный мудак, но научил он меня тоже многому, — сказал парень, повернув ключ зажигания.

— Думаешь? А я видела сегодня обратное. Ты даже некоторые его жесты неосознанно скопировал. Поверь, мне со стороны виднее. Орсино… встречалась я с ним несколько раз. Личность он неприятная.

— Думаешь? — оскалил улыбку Диармайд, почёсывая зубы.

— Хватит! — дёрнула его за руку Мелисса, — это уже начинает раздражать. Что с тобой случилось после прорыва?

— Не знаю, просто чешутся зубы и всё. Ничего не могу с собой поделать.

— Привет, — сказал Диармайд не оборачиваясь. Он никак не мог заставить себя отвести взгляд от вида ночной Спарты.

— И как у них с Лу? С виду она такая заботливая, как мамочка. Решил найти себе суррогатного родителя? — ехидства в голосе Нико было столько, что на целую толпу людей хватило бы.

— Она вечно читает Луиджи нотации. Её бесят его тупые шутки, а когда Лу засматривается на какую-то девушку, мне кажется, что Мелисса вот-вот его прикончит. Он постоянно пытается её поддеть или устроить какой нибудь розыгрыш, но за всё время, пока они вместе, Лу не изменил ей ни с одной девушкой. Как у них? Я думаю до того, как я начал воплощать в жизнь свои идеи — у них всё было просто замечательно.

— Она мне напоминает…

— Да, — Диармайд прервал Нико, — Каллисто. Лу любил её. Они в чём-то похожи, наверное… я плохо знал её.

— Одного я за тобой раньше не замечал: откуда такая маниакальная тяга к секретам? Мне уже начинало казаться, что ты и от меня будешь скрывать свои планы. Безумные планы, должен отметить.

Диармайд вздохнул, почесав запястье. Из-за прорыва на новый ранг оно слишком быстро заживало. Это бесило его.

— В Египте я встретился с магом разума. Не поверишь, она вообще ничего не смогла мне сделать. Позже на мне испытали ожерелье правды: артефакт, способный заставлять говорить правду. Мне удалось скрыть совсем крохотную часть своих тайн.

— Погоди, — прочистил горло Нико, — ты смог сопротивляться влиянию предмета? Но твои глаза тут ни при чём. Единственные кто способен на такое… — Нико замолчал, не договорив до конца.

— Что Нико, что ты только что хотел сказать!? — оживился Диармайд.

— Бесит, когда не говорят всё? Так. Успокойся, сначала я возьму у тебя несколько анализов. Незачем поднимать шум из-за ерунды.

Нико был одет как всегда: остроносые туфли, брюки, жилетка поверх рубашки и шляпа-котелок, из-под которой выбивались розовые пряди. За это время он никак не изменился.

— Неплохой номер: картины, гигантская кровать, тумбы семнадцатого века. Привык к роскоши Диармайд? — закрутился на месте Нико, расставив руки в стороны.

— Нет. Номер снимала Мелисса. Мне по-прежнему плевать где спать. Но если у меня будет выбор, я выберу что-то подобное. Ты сам знаешь, мне нравится красивый вид за окном. Люблю часами на него смотреть.

— Седьмой ранг… — тихо сказал Нико, — это какое-то безумие. Ты в двадцать лет догнал меня. Даже не представляю, как такое произошло. Неужели способ лечения Жиля де Ре настолько эффективен?

— Думаешь? — Диармайд потянулся к холодному кофе и с отвращением сделал глоток. С отвращением не потому, что кофе был холодным, а потому, что он сам по себе был отвратительным. С тем, который варят в Турции — даже рядом не валялся.

— А может и нет… ты сам по себе сплошной уникальный фактор, может их наложение и стимулировало твой рост, или какое-то особое стечение обстоятельств. Сам знаешь — у магии очень изменчива природа.

— Что-то удалось узнать про Паоло? — Диармайд перешёл к интересующему его вопросу.

— К вечеру у тебя будет даже примерное расписание его посещений туалета. Он живёт не особо скрываясь, работая цирковой собачкой у молодого лидера Адамиди. Мелкий только три месяца у власти, а успел такого натворить, что некоторые за голову хватаются. Если бы не авторитет Отцов Ночи и его опекуны — пацана бы уже давно пришибли. Возможно даже это сделал бы я. Мелкий засранец потребовал, чтобы я вступил к нему в клан. Хвала Нюйве, ему хватило ума не посылать ко мне убийц из-за отказа.

— Кому хвала? — врождённое любопытство взяло верх.

— А? — Нико улыбнулся, — Нюйва — это богиня из мифологии поднебесной империи.

— А что ты думаешь о том, что я задумал?

— Ну-у-у, я не знаю. Мало того, что нет гарантий, работает зелье или нет, так ещё и всё зависит от того, захочет она тебе помочь или нет. Женщины, знаешь ли, существа не постоянные и очень своенравные.

— Ерунда… — улыбнулся Диармайд, — я, почему-то, нравлюсь девушкам.

Нико захохотал.

Глава 6

Что такое сила? В мыслях Диармайд часто раздумывал об этом. Возможность убить как можно больше врагов, или средство, благодаря которому другие, более слабые, не смогут навязывать их точку зрения, или же возможность самому навязывать собственную волю. Раньше, до того, как Диармайд начал приближаться к желаемому, он считал, что желает силы, чтобы защититься от других. Только чем сильнее он становился, тем сильнее искажалась его точка зрения. Сейчас сила уже была нужна ему не для защиты, а для нападения, и Диармайду это нравилось. Он без зазрения совести упивался властью и чувством собственного превосходства. Хотя… о какой совести идёт речь? Как можно говорить о том, что уже почти умерло. Единственные, кого Диармайд ценит — близкие знакомые, на всех остальных ему уже было плевать.

Парню всегда нравился момент суток, когда горизонт уже светлел, но на улице ещё было темно. Утренняя влага в воздухе наполняла каждый вдох свежестью, а прохлада — бодрила. После того, как Нико ушёл, хохоча во весь голос, Диармайд даже не лёг на кровать, наблюдая за тем, как ночь за окном, превращалась в утро.

Утренняя тишина, застывшая в ожидании дня, была развеяна завибрировавшим на подоконнике телефоном. Номер никак не был подписан, но Диармайд узнал цифры.

— Ричард, — парень спешно ответил на звонок.

— Похоже я тебя не разбудил, — донёсся голос старика из простого, водонепроницаемого телефона.

— Не разбудил, — тихо сказал Диармайд, всё ещё заколдованный магией утра. Сад за окном медленно светлел, оживая; птицы уже во всю пели, ласково отгоняя ночную тишину, подготавливая сад к дневной суете.

— Паоло в полдень будет выбивать долги из задолжавшего продавца морозной пыли, можно будет поймать его на входе или выходе и пообщаться. Или ты хочешь получить его полное расписание?

— Нет, этого достаточно, скинь адрес. Скажи, а пропажу этого наркоторговца заметят?

Из телефона прозвучал глубокий вздох.

— Нет. Он мелкая сошка, чьё место очень быстро займёт кто-то другой. Просто… не создавай много шума.

— Не беда, Нико возьмёт с собой вуаль тишины. Спасибо Ричард.

Ну вот, крылья мельницы начали вращаться быстрее.

Антуан работал таксистом в Греции уже три года. До этого он жил в французской глубинке, и чтобы приехать сюда, ему пришлось влезть в чудовищные долги. Но оно того стоило. За какой-то год ему удалось отработать деньги и сейчас он, с чистой совестью, отправлял большую часть заработанного жене и детям. Сначала он работал в Афинах, но из-за конкуренции пришлось перебраться в Спарту. Может зарабатывал он здесь и меньше, но было тут как-то спокойнее и эмигранта это устраивало.

В полдень среды он приехал к одному из самых дорогих отелей военной столицы, уже предчувствуя громадные чаевые. Одно было странно — обычно постояльцы таких заведений вызывают машины премиум класса. Но кто поймёт, что в головах у богачей?

— Святые угодники, — простонал Антуан, — маги, — таксист схватился за голову, когда увидел, какая публика направилась к его машине. В его сердце тлела тщетная надежда, что они просто пройдут мимо. Как и всякий нормальный человек, к магам Антуан относился со страхом, враждебностью и неприязнью. А как ещё можно относиться к монстрам, в любой момент способных уничтожить тебя, всю твою семью и даже город, в котором ты живешь. Чёртовы звери в людском обличии.