Сергей Журавлев – Римские игры (страница 3)

– Верю, – обреченно согласился захмелевший Антон. – Но вы этого не сделаете.

– Правильно, а почему? – хитро заулыбался папаша.

– Вы же знаете характер своей дочери, Катька может взбрыкнуть и назло вам бросит все и уедет ко мне. Получится, сами себя накажете.

– Соображаешь, – одобрил сановник. – Поэтому вместо кнута я предложу тебе пряник. Ты какие языки знаешь?

– Английский, французский, – не смог сдержаться и пьяно икнул Кравец. Это его развеселило, и он задиристо добавил: – Могу и по-латыни, и немного по-немецки говорить.

– Ну, в Америку и Англию навряд ли получится. Туда попадают по очень серьезной протекции. А вот насчет Франции попробую. Через границу Екатерине точно не прорваться. Наша граница на нашем замке. Мое решение в отношении вас такое. Ты едешь в длительную служебную командировку в Париж или что-нибудь рядом с ним. Через два года дочка заканчивает учебу, и, если вы не передумаете, черт с вами, женитесь. После командировки подумаем, где вам жить дальше. Ну а если ваша любовь не выдержит испытания разлукой, то нечего и огород городить. Согласен?

Антон после выпитого на голодный желудок, практически без закуски, чувствовал себя отвратно и готов был на все, лишь бы его отпустили где-нибудь отлежаться.

Папаша слово сдержал. Молодой специалист в области международного права Антон Кравец получил направление на работу в Министерство внешней торговли, и через полгода начальник европейского отдела сообщил ему, чтобы он готовился к командировке в Италию. С Францией, очевидно, вышла заминка, но молодой специалист не расстроился. Перед поездкой он несколько месяцев ходил на курсы итальянского языка при министерстве. Так он попал в Рим.

В понедельник в советском торгпредстве на улице Клитунной, 46, новичок познакомился с начальником юридического отдела представительства Министерства внешней торговли СССР в Риме. Пал Палыч не стал особо заморачиваться, кинул ему стопку договоров и со словами: «Изучай пока. Я по делам» – исчез за дверью. Минут через 15 прибежала раздраженная секретарь руководителя итальянского филиала Внешторга.

– Итальянцы из фирмы «Zambelli» уже сидят в переговорной, а от вас никого нет. Где Пал Палыч?

– Не знаю, – честно ответил Антон. – Я новый юрист. Только что прибыл, еще не в курсе.

– Быстро пошли на переговоры. Потом разберемся.

С этого началась его трудовая деятельность за границей. Руководитель представительства с сочувствием отнесся к новичку, но поблажек делать не стал. Экспертиза договоров, составление ответов на запросы, представление советской стороны на арбитраже – все это сразу навалилось на новичка. Кравец пытался отговариваться, ссылаясь на отсутствие опыта, но это сразу пресекалось. К удивлению новоприбывшего, о том, почему всем этим должен заниматься новичок, а не начальник юридического отдела, никто не заикался. Позднее под большим секретом секретарь сообщила, что Пал Палыч – сотрудник с «третьего этажа» посольства. Так Антон узнал, где находится резидентура КГБ в Риме. На третий этаж простым смертным вход был запрещен. Там за постом охраны, за бронированными дверями трудились на благо страны разведчики из КГБ и ГРУ. Там же расположились три пункта шифрованной связи с Москвой, соответственно посла, военных и чекистов.

Его регулярное участие в больших и малых торгово-экономических переговорах сразу выявило две проблемы. Первое – это не очень хорошее знание языка, а второе – отсутствие в посольстве необходимых справочных материалов по правовым вопросам. Начальник отдела, занятый секретными делами, практически запустил это дело.

С языком вопрос решился довольно просто – при посольстве функционировал кружок по изучению итальянского языка, и Антон стал его дисциплинированным посетителем. Со вторым также нашелся выход. Кравец без проблем записался в крупнейшую библиотеку Италии. Национальная центральная библиотека Рима, больше известная как Библиотека Виктора Эммануила II, открывала свои двери читателям совершенно бесплатно. Прекрасное здание, демократические порядки – все здесь нравилось бывшему московскому студенту, кроме графика работы. С восьми утра до шести вечера, воскресенье выходной. Молодому юристу пришлось договариваться об официальном библиотечном дне для работы с литературой.

Практически при каждом посещении читальных залов молодой человек заказывал для ознакомления не только справочники, кодексы и комментарии по праву, но и альбомы по изобразительному искусству. Еще в Москве, попадая на выставки и вернисажи, которые так любила Катя, он слышал о неких русских авангардистах, но работ их ни разу не видел. Это разжигало любопытство. Теперь у него появилась такая возможность эти работы увидеть. На пытливого юношу в больших роговых очках, интересующегося и юриспруденцией, и искусством, обращали любопытные взоры библиотекари. Как молодые, так и постарше. По правилам библиотеки на дом можно было брать книги, оставляя в залог какой-нибудь документ. Советским гражданам категорически запрещалось передавать чужим людям свои документы. За нарушение сразу грозила высылка из страны. Антона примечала одна пожилая сотрудница. Она-то невольно подсказала юноше один не совсем законный вариант. Да что уж там, настоящее жульничество, но без криминала.

– Синьор, я заметила, что вы всегда уходите последним, – как-то отметила она, доброжелательно улыбаясь.

– Вы так рано закрываетесь, что я не успеваю посмотреть нужные материалы.

– Так берите с собой. По нашим правилам вы можете брать с собой две книги.

– Да, но я не могу оставить в залог документ, – со вздохом пожаловался постоянный читатель.

– Не обязательно паспорт. Можно удостоверение личности, водительские права или профсоюзный билет, – пояснила заботливая женщина.

– Я не гражданин Италии.

– Да вы что? – удивилась библиотекарь. – Вот почему у вас такой правильный, как по учебнику, итальянский. Откуда вы?

– Из Советского Союза.

– Мой сын очень хотел побывать в России. Вы чем-то похожи на него. Скорее всего, молодостью и, наверное, очками. Он носил почти такие же. Ему нравились книги Ленина, Плеханова, Бакунина. Во время войны он пошел в маки, партизаны. Там и погиб. Знаете, мой мальчик всегда носил в кармане, как талисман, значок – красную звездочку, – женщина замолчала и отвернулась, сдерживая слезы. – К сожалению, это не помогло.

– Он погиб в бою? – вежливо поинтересовался Антон.

– Нет. Мой мальчик попал в облаву и у него нашли поддельные документы, которые он должен был передать в отряд. Он был связным между партизанами и фотографом, делавшим новые документы. Его пытали, но мастера он не выдал. Это фотоателье и сейчас находится по старому адресу, и мастер тот же.

– Ваш сын герой, и вы должны им гордиться, – попытался хоть как-то успокоить женщину Антон. – Мой отец тоже погиб на войне.

– Если бы у вас был студенческий билет, вы могли бы брать книги на дом, – перевела разговор библиотекарь с тяжелой для нее темы. – Зато некоторые наши студенты теряют или забывают свои билеты в библиотеке. У нас их целая коллекция.

– Можно посмотреть? – Антон еще не до конца осознал мелькнувшую в его голове мысль, а мозг уже дал команду к действию.

Женщина пожала плечами и достала из стола стопку маленьких книжечек с тиснением на корочках «Carta studente». Он быстро просмотрел их и вернул назад. Сотрудница библиотеки, занималась укладкой сданных читателями книг на тележку для отправки в хранилище и не заметила, что одной не хватает.

– Кстати, подскажите, пожалуйста, синьора, где находится то фотоателье, мне как раз надо сделать снимок.

Женщина объяснила, как найти мастера, и, задумавшись, добавила:

– Я очень хорошо запомнила, у них тогда был пароль «Справедливость и свобода», а отзыв «Сегодня Испания, завтра Италия». Фотомастер сражался еще в интербригадах в Испании, потому и хромает из-за полученного ранения.

Именно с этого все и началось.

Прошла осень, зима, началась весна, приближалось 8 Марта. Кравец освоился в коллективе, завел дружеские связи, руководство отмечало его профессиональный рост. По воскресеньям традиционно большинство советских служащих собирается в посольстве. В такие дни в актовом зале проводятся общие собрания, концерты, показывают кинокартины, лекции, обязательно политинформация. В перерыве к молодому человеку подошел солидный мужчина, перед которым народ опасливо расступался.

– Товарищ Кравец, нам надо с вами поговорить, пройдемте, – безапелляционным тоном заявил офицер безопасности.

Никогда еще молодой юрист не поднимался в «святая святых» на третий этаж. Вместе с сопровождающим они миновали два пункта охраны и наконец прошли в кабинет без вывески.

– Здравствуйте, Антон. Меня зовут Владимир Сергеевич, – представился хозяин кабинета. – Пришло время нам с вами познакомиться. Присаживайтесь.

Гость осторожно опустился на край стула справа от Т-образного стола. Его движения были нарочито медленными, словно он пытался выиграть время. Сопровождающий безопасник сел с неестественной прямотой напротив. Напряженный взгляд офицера госбезопасности словно стремился проникнуть в мысли молодого человека. Антон, чувствуя, как внутри нарастает нервозность, старался не смотреть в глаза этого человека, избегая его пронзительного, подозрительного взгляда. Начальник, наоборот, казался положительно предрасположен к гостю. Сначала он доброжелательным тоном поинтересовался, как устроился Антон на новом месте, как идут его дела в торгпредстве.