Сергей Жоголь – Оскал хохлатого дрозда (страница 17)
Пит так рассмеялся, что несколько кусочков яблока вылетели у него изо рта.
– Джулия умеет готовить, но основная её заслуга не в этом.
– У неё пышное тело и сладкие губы. Признавайся, я ведь угадал?
Пит поднял с пола вывалившейся кусок яблока и сунул его в рот.
– Друзьям лорда Альберта Джулия не приглянулась. Да и сам лорд назвал её трактирной девицей.
– Ну ладно лорд, а ты сам-то, наверное, не раз похлопал эту Джулию по её упругой попке. Признавайся, тебе она по вкусу или нет?
Пит покраснел и замотал головой.
– Я ещё мал для таких дел, к тому же Джулия часто поколачивала меня и называла грязнулей. Меня любила только Толстуха Ханна, но всё равно не так сильно, как своих карапузов. Их у неё двое.
– Ну а деревенские красотки, такие, кто помоложе, они что, не приставали к тебе, не звали на сеновал? – Кочерыжка хитро́ подмигнул. – Ты же настоящий красавчик, или тебе не нравятся девчонки?
Пит покраснел ещё сильнее, потом откусил от яблока очередной кусок и произнёс с набитым ртом:
– Мне очень нравятся некоторые девчонки, но они тоже избегают меня, называют Неряхой и смеются надо мной. Зато некоторые постояльцы проявляют вовсе нездоровый интерес, такие как мэтр Шлохо.
– Он к тебе приставал? – кочерыжка вытер ладонью глаза, которые слезились от лука и отложил нож.
– Терпеть его не могу. Когда он меня схватил, я специально вылил на него пиво. Слышали бы вы, как он орал. Правда, за это хозяин устроил мне такую трёпку. Признаюсь, что когда лорд Альберт приехал на наш постоялый двор, я сначала подумал, что ему нужно того же… того же, что и Шлохо. Но лорд Альберт был со мной добр, он даже отругал Эйна, когда тот избил меня. Лорд Альберт влюблён в какую-то женщину и именно к ней мы держим путь.
– Похоже, твой хозяин везёт тебя в бухту Зелёных Лоз. Он называл тебе это место, ведь так?
Пит перестал жевать и уставился на кока.
– Куда мы едем не знает даже Рикон. Гуриец точно знает, возможно, Малыш тоже. А что это за бухта Зелёных Лоз.
Кочерыжка воровато огляделся, потёр подбородок и, приблизившись к Питу, прошептал:
– А кто-нибудь из твоих друзей называл имя Луизы-затворницы?
Пит почувствовал волнение и шагнул к двери.
– Я зашёл лишь за тем, чтобы попросить ведро…
Кочерыжка придержал мальчика рукой, потом достал целую корзину яблок и поставил перед Питом.
– Вот, бери сколько хочешь. А что за друзья, с которыми у вс на постоялом дворе встречался твой лорд? Расскажи, сколько их было, о чём они говорили.
– Я ничего не знаю, знаю лишь, что стряпня Джулии им пришлась не по вкусу, они даже эль пить не захотели. Вы дадите мне ведро, а то Рикон будет меня ругать?
Кочерыжка подошёл к двери, приоткрыл её и выглянул в коридор. Потом плотно прикрыл дверь. Питу стало страшно.
– Ешь яблоки, это всё для тебя, только постарайся вспомнить, о чём говорил твой новый хозяин и те люди, с которыми она встречался в вашем заведении.
Пит отодвинул корзину.
– Мне просто нужно ведро. Я лучше пойду.
Пит снова рванулся к выходу, но кок ухватил его за руку и силой усадил на табурет. Их простоватого добряка Кочерыжка в одно мгновение превратился в злодея. Он скривил лицо и резко притянул Пита к себе.
– А ты случайно не врёшь?
– Пустите же. Мне больно.
– Мне нужно знать, кто были те люди, и о чём говорил с ними твой лорд. Если не скажешь, я удавлю тебя, щенок, а потом выброшу за борт.
Кок так сжал руку Пита так, что мальчик взвизгнул.
– Пусти меня! Я больше ничего тебе не скажу…
Он не закончил фразу, потому что дверь распахнулась. В дверном проёме стоял Малыш Гук.
– Я уже выбился из сил, бегая по всему кораблю, – сказал Малыш.
– Рикон послал меня за ведром.
– Мальчик действительно приходил за ведром. Я угостил его яблоками, и мы немного поболтали, – Кочерыжка заслонил Пита собой.
– Значит, Хилса прирезала шлюха, и Прыщ тут же взял тебя на корабль, – тихо сказал Малыш Гук. – Кто ты такой? Говори!
Кочерыжка попятился.
– Я всего лишь новый кок. Вот ведро…
– Стой, где стоишь!!!
Но Кочерыжка шагнул к печи, схватил кастрюлю и швырнул её в парня. Тот успел прикрыться рукой. Кипяток опалил плечо и ладонь, юноша взревел от боли. Кочерыжка отшвырнул от себя Пита, тот ударился о край стола. Кок схватил со стола нож и полоснул согнувшегося Малыша по плечу. Меч, который тот успел обнажить, с грохотом ударился об пол. Из руки Малыша брызнула кровь.
Малыш, стиснув зубы, прыгнул на кока и попытался вырвать нож. Кочерыжка был гораздо крупнее, но его противник был вёртким как кошка. Выбить нож не удалось, но Малыш ловко ударил кока по голени. Тот смог удержаться на ногах, но ослабил хватку, и тут Малыш ударом кулака наконец-то смог обезоружить своего врага. Кон напоминал разъяренного зверя.
Малыш отскочил, поднырнул под летящий ему в лицо кулак и выбросил руку вверх. Он целил пальцами в горло, но кок успел прижать подбородок и удар пришёлся в челюсть. Голова Кочерыжки лишь слегка дёрнулась. Малыш истекал кровью. Здоровяк сгрёб его в охапку и повалил. Пит бросился на кока и вцепился ему в горло. Кочерыжка отшвырнул его, точно куклу. Пит отлетел и расквасил о край стола нос. И тут на камбузе появился Гуриец. Он был в одной рубахе, но был вооружён до зубов. Увидев Малыша на полу и сидящего на нём кока, Эйн не стал хвататься за меч и вынул кинжал. Далийский клинок вошёл меж рёбер по самую рукоять. Кочерыжка дёрнулся и захрипел. Гуриец вырвал нож из раны и нанёс ещё несколько ударов. Кок повернулся к своему убийце. Гуриец оттолкнул здоровяка ногой, тот рухнул. Малыш с хрипом отполз в сторону. Он держался за горло и громко хрипел. В этот момент на камбузе появился лорд Альберт.
– Что здесь происходит? – Кохни покосился на Пита, у которого из носа текла кровь, и сдвинул брови. – Ты снова изувечил мальчишку?
– Это не он, милорд, – прохрипел Малыш, потом кивнул Питу. – Спасибо, приятель, я не забуду того, что ты хотел для меня сделать. – Он тяжело дышал, его лицо было кроваво-пунцовым. Сделав несколько глубоких вдохов, Малыш поднялся, подобрал свой меч и сунул в ножны. Потом он подошёл к мертвецу и перевернул его. – А ты не погорячился, Гуриец? Может его стоило расспросить?
– Я думал о том, как спасти тебе жизнь, дурак.
Гуриец приблизился к трупу и, припав на колено, разорвал рубаху на его груди.
– Он не просто так оказался на этом корабле, убедитесь в этом сами, милорд.
На груди мертвеца, прямо под левой ключицей, красовался выколотый чёрной краской рисунок – длинный меч, перерубающий хвост скорпиона.
***
Глава четвёртая,
– Я не знал, что он шпион, Гуриец! Клянусь! Когда шлюха прирезала Хилса, мне понадобился кок. Я ждал вас, как мы и договаривались. Времени оставалось мало, а этот парень подвернулся очень кстати. Вот я и взял его на корабль, – Нел Прыщ стоял на коленях, Гуриец лезвие кинжала к его горлу. – Я и знать не знал, что он из братства, будь оно не ладно.
Малыш сидел на перевёрнутой бочке возле грот-мачты и правил на кожаном ремне свой далийский кинжал. Свой меч он вынул из ножен и зажал между колен. Все четверо матросов сгрудились вдоль борта и опасливо поглядывали то на своего капитана, то на мёртвое тело кока, лежащее у трапа. Рикон и Пит стояли в стороне, лорд Альберт не пожелал участвовать в допросе. Накануне он, пошептавшись с Гурийцем, спустился в свою каюту.
– Если бы я не знал тебя столько лет… – Гуриец зло скалился. – Только это удерживает меня от того, чтобы не проткнуть твою шею немедленно.
– Да-да, конечно, мы же старые друзья.
– Кроме Малыша у меня нет друзей, а ему сегодня обожгли лицо и едва не свернули шею, и всё это случилось по твоей вине.
– Конечно-конечно, я виноват, прости.
– Так вот, если я узнаю, что ты навёл на нас людей Энмара Ридли, или ещё кого-то из их гнусного братства, моя рука не дрогнет, и я без всякого сожаления перережу тебе глотку.
Эйн надавил на клинок, Прыщ заорал:
– Нет-нет! Не делай этого, Эйн! Я докажу, что не предавал тебя.
– Прикажи своим людям снять рубахи, ну а потом Малыш продемонстрирует нам, как он умеет стричь. Он не цирюльник, но ему приходилось видеть, как пастухи стригут своих овец, так что со своей задачей он справится. Он уже обрил многих из тех, кто попадался нам на пути и не вызывал доверия. Думаю, что потерять волосы не так страшно, как лишиться головы. Ну-у!
Гуриец подтолкнул капитана, тот, прямо на коленях подполз к матросам и рявкнул:
– Чего уставились, идиоты? Сказано вам, раздевайтесь!
Прыщ поднялся с колен и дёрнул одного матроса за рукав. Тот быстро стянул с себя рубаху. Остальные тоже разделись по пояс. Гуриец внимательно осмотрел грудь и бока каждого. Потом настала очередь Малыша. Он проверил о ноготь остроту своего клинка и приступил к работе. Матросы хмурились, но ни один из них не посмел возразить. Видимо все они знали, что Эйн не любит шутить. Бритьё голов заняло не так уж и много времени, по крайней мере меньше, чем предполагал Пит. Он изредка потирал ушибленный нос и, открыв рот, следил за тем, что происходило на верхней палубе.