Сергей Жихарев – Хроника миров Багрониума. Книга 1. Скитальцы. Возвращение (страница 20)

В середине поляны рос огромный древний дуб. Его крона разрослась до такого размера, что в проливной дождь все члены племени могли укрыться под ней. Внизу, у основания старого дерева был построен навес, и крепился он на массивных столбах, вкопанных в землю. Кровлю этого строения покрывали связанные в небольшие пучки тонкие ветки, вперемешку с травой.

Под навесом стояли широкие лавки и длинный стол, смастерённые из обработанных брёвнышек. Там же находился трон, сделанный из огромного старого пня, на котором восседал глава племени, самый мудрый и сильный воин.

Это место служило в основном для приёма пищи и собраний, где решались наболевшие вопросы среди жителей общины. Как ни странно, оно было всеми любимо, и практически каждый вечер там собирался народ, чтобы перекусить и выпить сладкого эля.

Жилища были построены из толстых брёвен, а широкие пласты древесной коры, густо обмазанные глиной, надёжно защищали скаты крыш. Насчитывалось их около двадцати, и располагались они строго по кругу. Только одно строение выделялось по размеру и было выше всех. Эта хибара главаря и предводителя племени. Там он жил с супругой и тремя своими чадами.

Гога стоял, скрестив ручищи на груди, представляя, сколько почестей и похвалы он получит от главаря племени. На его морде читалась гордость за себя любимого, а бравая ухмылка только подтверждала значимость его поступка.

Толпа галдела и пыталась тайком взглянуть на пленника. Гога считал себя единственным хозяином трофея, а посему, махая своими лапищами, он раздавал мощные оплеухи каждому, кто пытался открыть мешок. Из его пасти сыпались угрозы и обещания жестокой расправы над теми, кто надумал отнять у него заслуженную победу.

Стоя в горделивой позе, страж забора решил, что сначала покажет пленника главарю, тем самым подтвердив свою высокую значимость в этой общине. Кто-то из дальних рядов орущей оравы крикнул:

– Расступитесь, Гард идёт! Дорогу нашему главарю!

Толпа раздвинула свои ряды, пропуская гордо шагавшего огромного великана. Гард, как и подобает вождю племени, был выше на целую голову даже самого высокого воина. Под меховой накидкой виднелись огромные мышцы. Капюшон, наброшенный на массивную голову, придавал ему таинственный и суровый облик.

Медленно двигаясь через галдящую ораву жителей, тот подошёл к Гоге и его трофею. Сбросив капюшон с головы, Гард, прищурив глаз, посмотрел сначала на Гогу, а затем на мешок, который валялся у его толстых ног. Поглаживая огромную челюсть, он спросил:

– Гога, ты зачем собрал народ, отрывая их от насущных дел? Что в мешке? Страж забора.

– Мой царь! Я выследил и поймал опасного злыдня. Он бродил вдоль забора и пытался найти место, где тайком проникнуть в наш лагерь. Полагаю, это один из тех карликов, что в прошлом году ошивались здесь, задумывая что-то недоброе против племени. Теперь ты видишь, как хорошо я несу службу, охраняя спокойствие твоё и общины. Кто-то из толпы захихикал и выкрикнул:

– Да, великий Гога, молодчина! Теперь под шумок попроси деревянную медальку! Народ засмеялся, услышав язвительный прикольчик. Гард поднял свою лапищу вверх, и толпа сразу замолчала. Указав на мешок, тот сказал:

– Развязывай, Гога. Предъяви нам хитрого лазутчика. Если это враг, обретёшь награду и разные излишества. Но увижу лажу – получишь в рыло за то, что взбаламутил меня и народ. Ясно?

Гога поднял мешок и вытряхнул оттуда своего пленника. С глухим шлепком на землю выпал уставший от ожиданий Борк. Поднявшись, он не спеша поправил балахон и осмотрел своё оружие. Убедившись, что всё на месте, тот оглядел это стадо монстров и подумал: «Вот так великаны! Верзилы-переростки! Даже мой брат Молох меньше. Ну а рожи-то какие страшные. Жуть! Да! Сомневаюсь, что они будут мне друзьями. Придётся размять свои мышцы, надавать всем по шее и втихаря, превратившись в птичку, слинять отсюда». Его мысли прервал громкий рёв Гоги.

– Гляди. Вот он, проклятый лазутчик. Вражина! – И здоровяк бесцеремонно ткнул Борка своей лапищей. Тот пошатнулся, но не упал.

– Эй, верзила! Полегче! Ты не гляди, что я меньше ростом. Приложусь, мало не покажется.

Стоявший напротив главарь этой банды Гард, нагнувшись, пристально вглядывался в этого пленника. Судя по тому, как морщился лоб и шевелились мохнатые брови, в его черепушке явно кружились какие-то воспоминания. И тут, к удивлению Гоги и всей оравы, которая внимательно наблюдала за происходящим, Гард положил здоровенную лапу на плечо пленника и спросил:

– Скажи мне, мил-дружок. Тебя случайно не Борком кличут? Очень уж похож на бессмертного воина из наших легенд.

– А чём ты говоришь? Каких легенд? «Чёрт! Неужели прошло столько времени, что про меня есть уже сказания? Скверно». – Подумал Борк.

– Отвечаю на твой вопрос, предводитель этого племени. Меня действительно зовут Борк. Гард выпрямился и, растянув свой большой рот в подобие улыбки, крикнул:

– Я не ошибся! К нам действительно попал в гости величайший бессмертный воин! Дозволь представиться.

– Меня зовут Гард. Я глава этой общины. Для нас великая честь, что ты посетил нашу скромную обитель. Сказав добрые слова приветствия, Гард как-то злобно посмотрел на Гогу. Подойдя к нему, тот по-отцовски обнял стража забора и тихо спросил:

– Ты вообще понимаешь, кого взял в плен? Охренел, что ли, дуболом! Хочешь, чтобы мы в одночасье подохли здесь? Ты представляешь, на что способен этот воин? Тот помотал огромной головой, показывая всем своим видом, что не знает и понятия не имеет, о чём толкует его вождь.

– Гога, ты слышал о Туре «Светлом»?

– Да, мой царь. Я знаю легенду об этом страшном воине, которого боятся все. Многие болтают, что встреча с ним очень опасна для здоровья. Гард перестал обнимать Гогу и тут же, схватив его за шею, злобно прорычал прямо в мясистое ухо.

– Так вот, толстый мордоворот! Вбей в свою тупую башку, что Борк – братишка Тура! А ты знаешь, чем грозят попытки обидеть его семью?

– Да откуда мне об этом знать, мой царь. Я же не такой древний, как ты. Гард, покачав головой, указал толстым пальцем на свою рожу.

– Гога, посмотри на мою челюсть. Видишь? Она была сломана и срослась неправильно. А знаешь нашего старого колдуна Зубу? Заметил, сколько на нём гниющих бородавок, которые не заживают? И как ты думаешь, кто повинен в этом? Что, насупившись, молчишь? Не знаешь? Так я тебе открою тайну! Это последствия недоброго и нахального отношения к незнакомцам. А именно к Туру. Так что, Гога, без обид. Я предупреждал, что будет, если облажаешься. Теперь придётся разбить твою морду, чтобы в следующий раз смотрел внимательней, кого берёшь в плен.

Гога сразу понял: тумаков и крепкой взбучки ему не избежать. Тот на всякий случай закрыл своей лапищей голову, чтоб тяжёлый кулак Гарда не проломил его бестолковый череп. Ожидая мощную оплеуху, Гога вдруг услышал голос пленника.

– Погоди, Гард! Не стоит калечить своего собрата. Ты же хребет ему сломаешь. Дозволь мне самому преподать урок нахальному выскочке. Гард с удивлением посмотрел на рядом стоящего Борка и воскликнул:

– Да как скажешь, родной! Даю тебе своё полное разрешение на вручение заслуженных «подарков».

Гога, услышав слова Гарда, с облегчением выдохнул и про себя подумал: «Футы пронесло. Ну а этот хлюпик, что он может мне сделать. Да ни хрена! Силёнок маловато!» Перестав бояться жестокой расправы над собой, Гога выпрямился и с презрением посмотрел на своего пленника.

Борк заметил, как в глазах у Гоги появилось самодовольство и бесстрашие перед ним. Тот улыбнулся и без всякого предупреждения молниеносно нанёс мощный удар в пузо этого увальня.

Гога, не ожидав такого расклада, вскрикнул от невыносимой боли. Рухнув на колени, тот, задыхаясь, начал хрипеть. Борк по-дружески похлопал по огромному плечу Гогу и, нагнувшись, прошептал:

– А это тебе добавочка. Урок, так сказать, от высокомерия. Отведя руку назад, Борк нанёс сокрушительный удар в широкую челюсть стража забора.

Получив такую подачу, у Гоги поплыли круги перед глазами и зазвенели в голове колокольчики. Теряя сознание, он повалился набок, распластав здоровенную тушу на мягкой траве.

В толпе раздались восторженные вопли. Ведь никто из этой общины и представить не мог, чтобы мелкий человечек сотворил такое с великаном, который превосходит его в два раза по росту и в три по весу.

Гард с опаской посмотрел на Борка, гордо стоящего над Гогой. Почесав свою лысую черепушку, тот нахмурил мохнатые брови и воскликнул:

– Ну, Борк, ты и выдал! А говорил, что я его покалечу. А сам-то что сделал? Погладил по-братски? Ну и силён же ты, бродяга!

– Да всё с ним будет нормально, Гард. Щас полежит, подумает и очнётся. Да не волнуйся, не потеряешь ты своего стража стены. Слушай предводитель. Может, покормишь путника? У меня от этих разборок сосёт под ложечкой, аппетит разбушевался зверский. Гард улыбнулся и, развернувшись к своему племени, объявил:

– Женщины, готовьте много жратвы и питья! Сегодня у нас будет праздник! Мужики, одни валите в лес на охоту, а другие за дровами и родниковой водой. Раздав указания народу, Гард обернулся и предложил Борку:

– Пойдём ко мне в барак, там ты заморишь червячка и поспишь. Вечером, когда всё будет готово, я разбужу.

Дойдя до хибары главаря, они поднялись по крутой лестнице с широкими ступенями. В дверях их встретила женщина Гарда. Её звали Кула. Она молча поклонилась и, указав место, куда надо проходить, спросила: