Сергей Жарковский – Дочь Сета (страница 25)

Наступила тишина, но и она была недолгой. Раздался громкий треск. Тело дважды умерщвленного Сета превращалось в белый мрамор. С его дочерью тоже происходили метаморфозы. Хвост укоротился и распался на две половины. Появись ноги и руки. Морда трансформировалось в лицо. Умирающая змея превратилась в прекрасную девушку.

Тело мраморного Сета стремительно покрывалось трещинами. Вползшая в зал эфа с интересом наблюдала за этим процессом, а когда мрамор с душераздирающим грохотом развалился на множество мелких кусков, быстро убралась восвояси.

Сети и Сет больше не занимали мысли Оргора. Он смотрел на Архола – единственного, кому удалось уцелеть на поле страшной битвы. Прижимаясь к стене, горбун медленно продвигался к двери.

– Аини! – воскликнул Оргор. – Только не говори мне, что отсюда нельзя войти в Круглый Зал.

– Конечно, можно! – ответила девушка. – Тут есть потайная дверь.

Аини отыскала нужный рычаг, и, как только каменная плита скользнула в сторону, Оргор ворвался в зал.

– Ты куда-то спешишь, Архол? Почему не прощаешься с невестой?

– Ты! – прошипел горбун. – Только ты всему виной! Дай мне оружие, и честный поединок решит, кому из нас двоих жить, а кому умереть!

– Никакого оружия, одноглазый! – ответил Оргор, с помощью Раззака удерживая Архола на безопасном расстоянии. – Ты прекрасно используешь вместо него свои грязные лапы!

Горбун тут же доказал справедливость замечания Оргора. Его рука метнулась к шее противника, но Оргор был готов к этому. Раззак и рука Архола встретились, и двузубый меч отхватил горбуну руку по локоть. Стали отчетливо видны оголенные кости, ткани и сухожилия, но крови не было.

Архол рванулся к двери. Оргор. не собирался оставлять одноглазого и теперь уже однорукого в живых. Он бросился следом и обязательно настиг бы беглеца, но тут в щиколотку Оргора вцепилась чья-то рука.

– Мой милый, – шептала Сети, отталкиваясь свободной рукой от пола и подползая все ближе. – Мой милый, я не хотела… Это все Архол. Оживший мертвец околдовал меня. А я всегда любила тебя, Оргор. Ты же знаешь это, хотя и боишься признать правду!

– Ты…

Оргор хотел выплеснуть в лицо Сети все обвинения, но, встретившись с ее зелеными глазами, позабыл нужные слова. Было очевидно, что Сети умирала. Кровь из страшной раны на шее перестала течь. Лицо сделалось бледным как мел, а губы посерели.

– Разве я виновата в том, что состою в родстве с Сетом? – шептала девушка. – Я навсегда покидаю этот мир и хочу быть прощенной за все зло, которое невольно причинила тебе. Исполни последнюю волю умирающей.

– Чего ты хочешь? – хрипло спросил Оргор, наклоняясь к лицу Сети. – Я готов простить умирающую.

– Всего лишь один поцелуй, Оргор. Один прощальный поцелуй.

– Оргор вновь почувствовал, что тонет в двух зеленых озерах, и наклонился еще ниже.

– Не делай этого!

Голос Аини доносился издалека и Оргор не слушал его.

– Не делай этого! – вновь закричала Аини. – Вспомни, кто она!

Оргор вырвался из мира грез очень вовремя. Он едва успел отпрянуть, как прекрасное лицо Сети исказила гримаса ненависти. Рот девушки раскрылся, обнажив змеиные клыки и черный раздвоенный язык. Не добившись поцелуя, который стал бы для – Оргор а роковым, Сети зашипела. Волна отвращения, окатившая Оргора, заставила его вонзить Раззак точно между зеленых глаз.

Шипение оборвалось. Девушка-змея дернулась, чтобы затихнуть навсегда.

– Пойдем! – Аини взяла возлюбленного за руку, и ее тепло вернуло Оргора в реальность. – Нам надо спешить. Следует закончить то, что начали.

– Закончить?

– Да. Это змеиное гнездо нужно сровнять с песком пустыни, чтобы ни у кого больше не возникло желания возродить проклятый культ!

– И ты знаешь, как это сделать? – Оргор поразился и позавидовал энтузиазму хрупкой египтянки.

– Конечно, но мне потребуется твоя помощь.

Они вновь двинулись по бесконечным переходам. Оргор заметил разительную перемену в поведении змей. Твари чувствовали, что их покровителей больше нет в живых. Если совсем недавно их можно было обратить в бегство только угрозой, то теперь змеи расползались по дальним углам коридоров, едва заслышав шаги людей.

Аини остановилась у каменной двери, на которой, к удивлению Оргора, не было ни одного изображения.

– Раньше я могла сама открыть ее, но теперь с петлями что-то произошло. Дверь заклинило.

– Это мы еще посмотрим! – Оргор сунул Раззак за пояс, уперся ногами в каменный пол, навалился на дверь плечом и с силой толкнул.

Дверь распахнулась. Впервые за несколько дней Оргор увидел солнечный свет и понял, что успел отвыкнуть от него. Свет пробивался через затянутое паутиной отверстие в потолке и освещал помещение, полное каменных шестерен и зубчатых колес. Все детали механизма непонятного назначения были покрыты толстым слоем пыли, как и узкая винтовая лестница, ведущая наверх.

– Строители Храма Сета позаботились о том, чтобы святилище в любой момент могло быть уничтожено, – пояснила Аини. – Мне как-то удалось подслушать, как об этом рассказывал Абделькадир.

– Зачем было строителям заботиться об уничтожении собственного творения? – удивился Оргор.

– Наверное, они боялись того, что тайные знания культа Сета попадут к тем, кому не предназначены. Нужно опустить этот рычаг – и все кончится.

Оргор подошел к центральной детали механизма – огромному, вытесанному из камня рычагу.

– Если я сделаю это, что уничтожит Храм Сета?

– Конечно то, что доступнее всего в пустыне – песок.

Оргор навалился на рычаг всем телом, затем повис на нем. Раздался скрежет. Шестерни и зубчатые колеса пришли в движение. Оргор наконец наклонил рычаг до самого пола. Скорость вращения колес увеличивалась с каждой секундой. От грохота задрожали каменные стены. Оргор и Аини не могли видеть, как в стенах разных помещений Храма Сета отодвинулись, пропуская песок, бесчисленные заслонки, но юноша и девушка чувствовали нарастающую вибрацию.

Храм боролся с пустыней за свое существование, и в этой борьбе не было места человеку.

Оргор подхватил Аини на руки и понес по вздрагивающим ступеням лестницы к отверстию в потолке. Девушка свободно проскользнула наверх, а Оргору пришлось напрячься, чтобы расширить лаз. Выбравшись наружу, он зажмурился от ударившего в глаза света и рухнул на горячий песок, чтобы впитать всем телом его живительное тепло. Раскаленная пустыня казалась раем в сравнении с прохладой и темнотой Храма, таившей в себе угрозу всему живому.

– Смотри, Оргор! – позвала Аини.

Оргор нашел в себе силы только для того, чтобы, опираясь на локоть, поднять голову.

Открывшаяся картина была величественной и пугающей. Песок вокруг небольшой надземной части Храма пришел в движение. Он перекатывался красными волнами, опадал и вздымался. Казалось, что под пустыней проснулся и вздохнул полной грудью некий исполин. Волнение песчаного моря достигло ног вскочившего Оргора. Он собирался подхватить Аини на руки и бежать как можно дальше, но в этот момент надземная часть Храма Сета исчезла, погрузившись в песок. На ее месте, взметнув к небу песчаные брызги, выпрыгнула и застыла одинокая каменная плита. Пустыня окончательно и бесповоротно поглотила Храм Сета.

– Вот теперь все на самом деле кончилось, – заключила Аини. – Ушло, чтобы никогда больше не возвратиться. Мой отец отомщен!

– Кончилось-то кончилось, – мрачно заметил Оргор, всматриваясь вдаль. – Но на такой жаре человеку долго не протянуть – вот что меня беспокоит. Где, примерно, мы находимся?

– В центре Аравийской пустыни, – ответила девушка.

– Что ж. Это я уже слышал от покойного Гафура. Пусть в центре. Все равно надо идти.

Оргор и Аини, ориентируясь по солнцу, двинулись на север. Путешествие по раскаленным пескам обещало быть не просто изнурительным, а изматывающим и… весьма коротким. Без воды и пищи нечего было и мечтать о том, чтобы добраться до людей. И тем не менее Оргор шел. С отчаянием и одержимостью обреченного упорно продвигался на север. Он не помнил, когда Аини пожаловалось на то, что слишком устала. Он ничего не ответил девушке, а просто подхватил ее на руки и, утопая по щиколотку в песке, продолжал брести в прежнем направлении. От жары и жажды девушка потеряла сознание, а у Оргора начались видения. Он видел то Абделькадира, снимающего собственное лицо, как маску, то Ахмеда, сражавшегося на ринге с Сетом. Когда над раскаленной пустыней раздалось шипение, Оргор ожидал появления Сети, но вместо нее из дрожащего от зноя воздуха вынырнули три вездехода. Заметив Оргора и девушку, люди в камуфляжной форме остановили машины и бросились навстречу путникам. Первый из них, рослый араб с автоматом, был совсем рядом, когда ноги Оргора подкосились и он, выронив Аини, рухнул лицом в песок.

Оргор пришел в себя от рокота двигателей и понял, что именно его истомленный разум принял за шипение.

– Смотри-ка, – раздался совсем рядом знакомый голос. – Он приходит в себя.

– Дай ему воды!

Только опустошив половину фляжки, Оргор открыл глаза и увидел склонившегося над ним Птолемея.

– Ну, говорить-то можешь? – с улыбкой поинтересовался Одной Левой.

– А есть о чем? – спросил Оргор, горло которого издавало звуки, напоминавшие скрип колес несмазанной телеги.

– Он еще спрашивает! – возмутился Лагу. – Сначала заявляет, что собирается уйти из моего прекрасного цирка. Потом исчезает, как будто его никогда не существовало, а закутанная в плащ девушка подсовывает мне письмо с непременным условием вскрыть его через три дня. Я прочитываю письмо и узнаю, что украшение и гордость моего цирка – Оргор – похищен и искать его следует у черта на куличках! Я беру с собой взвод спецназа, мчусь сломя голову в указанное место. Нахожу торчащую из песка каменную плиту и моего силача с девушкой! Спасаю ему жизнь, а теперь узнаю, что и говорить нам, собственно, не о чем! О боги!