Сергей Жарков – Викинги. Первая иллюстрированная энциклопедия (страница 45)
Итак, в эпоху викингов главным занятием скандинавских женщин, особенно в холодные и темные сезоны, зимами помимо достаточно трудоемкого приготовления пищи было прядение шерсти, льна и конопли, ткачество, пошив одежды и белья из полотна и домашней грубой шерсти, вязание, плетение, а также украшение одежды вышивкой, плетением, декоративными вставками, плетение циновок.
Фигурка «Будды» на деревянной бадье из погребения знатной скандинавской женщины в Осеберге. (Норвегия, IX в.)
Деревянная посуда скандинавов эпохи викингов. Норвегия, IX в.
В целом можно сказать, что домашние ремесла в Скандинавских странах в эпоху викингов, как и в крестьянском быту всей Европы, были необходимым, непременным занятием в сельских усадьбах. Вечерами скандинавы работали при огне очага, лучинах, а более богатые– при факелах или сальных свечах. Отапливали только жилое помещение– дровами, в безлесных местностях хворостом, но главным образом торфом. С наступлением весны работы переносились на воздух: начинался сезон сельскохозяйственных работ, мореплавания и морских промыслов, резко увеличивалось число поездок. Выгоняли на луга и перегоняли на горные пастбища скот, обрабатывали землю и т. д. Впрочем, скандинавы, прежде всего мужчины, не сидели все время дома и зимами, они были привычны к холоду, к физическим неудобствам и лишениям. Для передвижения по снегу использовали сани, короткие лыжи, по льду – особые подошвы с шипами. В целом можно сказать, что скандинавы эпохи викингов не отделяли себя от природы, они были теснейшим образом связаны, спаяны с ней и не только подчинялись ее циклам и явлениям, но и использовали их. Поэтому нет ничего удивительного в том, что при всей своей суровости и воинственности скандинавы эпохи викингов любили со вкусом отдохнуть от работы, пообщаться и развлечься. Вот как об этом повествуют саги: «Зимой часто устраивали пиры, и рассказывали саги, и занимались многим другим, что придает веселье домашней жизни». Действительно, в эпоху викингов в скандинавском обществе в качестве одного из способов интересного общения был обычай гостеприимства. В ту пору считалось долгом чести оказать гостеприимство путнику, которого следовало вначале накормить, предоставить ночлег на хуторе и по возможности расспросить, узнав заодно и новости. Часто на хуторе оставались ночевать заблудившиеся или припозднившиеся путники.
Деревянная посуда скандинавов эпохи викингов. Норвегия, IX в.
На долгое время, например на всю зиму, могли остаться те, кто не успел уехать в осеннюю навигацию или претерпел бедствие на море. Правда, надо сказать, что чужих людей, тем более чужеземцев, скандинавы принимали на зимовку в свой хутор не очень охотно и часто за какую-то плату. Приезжему человеку следовало строго соблюдать законы и обычаи страны, а также правила данного хутора. Кроме того, ему ставили определенные условия, например, спать и столоваться отдельно от хозяев. С другой стороны, такие путники своими рассказами, участием в играх и забавах помогали скоротать скандинавам длинную зиму. Так, например, в «Саге о Гисли» рассказывается о побирушках, которых принимали «в гостином доме», но иногда кого-то из них приглашали даже в домашние покои, чтобы «развлечься его рассказами». Скандинавский этикет требовал спросить у заночевавшего званого или незваного гостя или гостей, хорошо ли прошла ночь; причем этот обычай равно действовал и в доме бонда, и во дворце конунга. В сагах часто упоминается, что хозяева и гости соблюдали своего рода «табель о рангах». Так, в «Саге о Курином Торире» говорится: «Торкель не хотел принимать ночлег от рабов – знатных гостей должен встречать и приглашать хозяин». Кстати, когда честность и намерения пришедшего на хутор человека вызывали обоснованные подозрения, ему отказывали в приюте, что порой не оставалось неотомщенным.
Богато украшенный скандинавский рог для питья эпохи викингов. Исландия.
В целом можно сказать, что скандинавы эпохи викингов вообще любили побеседовать и попировать с друзьями и гостями. Пирами праздновались дни жертвоприношений богам; то же было при начале зимы после жатвы; по приезде с морских набегов, в самые короткие дни, в знак радости возврата солнца; в исходе зимы, чтобы в ожидании близкого лета пить за победы. Это было урочное время в году для пиров. Тогда они пировали поочередно друг у друга: «Для мужчин веселье, – говорит сага, – когда они пируют большим обществом». Поэтому неудивительно, что у скандинавов повсеместно было принято гостевание. В вечер накануне Нового года «люди по древнему обычаю» варили брагу и подносили ее домочадцам и гостям в «питьевых горшках». В случае какого-либо торжества в зажиточных и особенно богатых хуторах было принято приглашать на гостевание родичей, друзей, нужных людей – на срок две недели и более, а в некоторых случаях на целую зиму или на все лето, причем с целой свитой из нескольких десятков человек. Гостевали и на праздник дис – богинь плодородия, и по другим поводам.
Навещали друг друга родичи и свояки, получали приглашение погостить и принять участие в застолье друзья, соседи, добрые знакомые. По обычному приглашению в гости полагалось приезжать на «три ночи» (как говорилось выше, скандинавы отсчитывали сутки по числу ночей, а годы – по числу зим, т. е. по самым тяжелым и опасным временам суток и года). Приезжали с сопровождающими, с членами семьи или спутниками из числа челяди и соседей. В Скандинавии эпохи викингов длительные гостевания зависели от погоды. Так, во второй половине октября, с началом так называемых «зимних ночей» разъезды были затруднены плохими погодными условиями, поэтому гостевания растягивались до полугода (между сезонами мореплавания), в крайних случаях– по году. Правда, надо сказать, что и обычное гостевание в три дня обходилось хозяевам недешево, так как скандинавы не скупились на кушанья и все, что было лучшего в доме, подавали самое свежее и вкусное: мясо, рыбу, хорошее крепкое пиво. Но иногда угощение на столах хозяев было вполне обычным и состояло из кислого молока, похлебки, каши, хлеба, браги, пива. Могли подать и мясо. На таких встречах во время застолья пили за предков и богов. Кстати, обычаев пить в Скандинавии было много: Einmenning – питье в одиночку, когда каждый один выпивал свой кубок; Twimenning, когда двое мужчин или мужчина с женщиной пили из одного кубка; Hwirfingsdryckia– круговая, когда бокал обходил все общество; Sweitardryckia назывался обычай викингов пить всем вместе за отдельным столом; Witishorn – карательный кубок, осушал нарушитель законов пирующего общества. Питье оживляло все сходбища и пиры; играть свадьбу, собирать поминки на древнем скандинавском языке называлось «пить свадьбу, пить поминки». Состязание в том, кто больше выпьет, не имело ничего необыкновенного в их пировых обществах. Славные борцы в таком бою, однако ж они иногда уступали силе хмельного, и опьянение с его обыкновенными последствиями было нередким делом. Поэтому так много предупреждений насчет губительных последсвий пьянства встречается в сагах. Так, например, в «Речи Высокого» говорится:
А вот такие советы-предостережения дает Брюнхильд любезному Сигурду:
Шум да пьянство многим принесло душевное горе. Иным причинило смерть, других ввело в беду: Мало ли каких мучений для человека.
Сюда принадлежит также древняя исландская поговорка:
Заботливое угощение гостей составляло требование древнего гостеприимства. Скандинавские зажиточные бонды и вожди любили показать свою значимость и богатство пышными пирами, которые, как уже говорилось, могли продолжаться несколько дней. На расставанье гостям дарили подарки в отплату за беспокойство в дороге и на память о радушии и гостеприимстве хозяев.
На этом фрагменте гобелена из Байё показан пир знатных норманнов восседающих за одним столом с Вильгельмом Завоевателем и его двумя единоутробными братьями – епископом Одо и Робертом, графом Мортена, которые с достоинством сидят по обе стороны от герцога.
В целом можно сказать о древних скандинавах, что они охотно и щедро разделяли с друзьями богатство и добычу морских набегов. Они жили полной силы жизнью, их правилом было: «Мужество лучше отчаяния, веселость лучше горевания в каких бы то ни было случаях». Им нравились веселье, шум, радость. «Отчего гости так скромны и молчаливы? – спрашивал норвежский конунг, Эйстейн, когда в один вечер все сидели за столом молча, потому что пиво было нехорошо. – На пирушке, – продолжал он, – принято быть веселым; придумаем какую-нибудь потеху и развеселимся. Приличнее всего, – сказал он брату, конунгу Сигурду, – начать это с нас, братьев».