Сергей Юрьев – Выжить, чтобы умереть (страница 36)
Им наперерез выскочил человек в пиджаке и бриджах, наставил на них объектив и пару раз щелкнул крохотным фотоаппаратом. Ловко уклонившись от удара загорелой ноги в красной туфельке, он метнулся к принцессе.
– Позвольте представиться, ваше высочество! Конрад Имидж, журнал «Funny Pictures», репортер.
– Не люблю репортеров, – попыталась отделаться от него Анна.
– Да! Я их тоже терпеть не могу, – согласился Конрад. – Однако вы же понимаете, что здесь я в совершенно ином качестве. Все! На прошлом я поставил крест. Впереди только будущее. Мы все здесь в одинаковом положении, ваше высочество, только шансы у каждого из нас разные. – Он перешел на шепот: – И я по своим каналам добыл информацию, что именно ваши шансы оцениваются экспертами как наибольшие. И еще мои… Так что я предлагаю обойтись без заходов, условностей и заключить союз. Наш с вами. Против всех! Идет?
– Я предпочитаю не принимать поспешных решений… – Анна не успела закончить фразу, заметив, что в горло ее собеседника уперся клинок.
– Разве вы не видите, что дама не желает с вами разговаривать?! – Аристократ слегка надавил на эфес, острие рассекло кожный покров, из крохотной ранки на шее репортера начала по капле сочиться кровь.
– Виноват, – немедленно отреагировал тот. – Не смею более беспокоить. – Он заговорщически подмигнул Анне и неспешно попятился к противоположной переборке под смешки двух оставшихся на диване девиц.
Аристократ расчертил клинком воздух, так что едва не срезал хохолок волос на голове одной из этих красоток, и привычным движением отправил шпагу в ножны. Девицы ойкнули и притихли.
– Уинстон Стюарт, младший герцог Блейкуотский. К вашим услугам. – Он коротко кивнул и поспешно отошел в сторону, явно не желая дать повода, чтобы его обвинили в излишней назойливости.
– Я, конечно, понимаю, что меня никто не любит, не ценит и не жалеет! Но мне все это до лампочки. Я сам по себе, и мне ваша любовь побоку. – Похоже, старикан, сидевший за столом, насытился, и ему захотелось поговорить. – Но от судьбы не уйдешь. Вот мне на роду написано быть богатым и счастливым. Так что могу поделиться своей удачей с любой из вас – все равно с кем. – Он попытался жестикулировать, но вдруг весь как-то обмяк, едва дотянулся до нагрудного кармана, дрожащими пальцами достал оттуда несколько разноцветных таблеток, затолкал себе в рот и запил клюквенным соком. – Чего уставились? Я все сказал.
Таблетки ему, похоже, не очень-то помогли, и он задремал, безуспешно пытаясь поднять тяжелеющие веки.
– Если не сдохнешь, дедушка, раньше времени, то я вся твоя, – пообещала девица в купальнике, и они с подружкой на пару заливисто рассмеялись.
– Веселые, – пробормотал старик. – Я страсть люблю веселых. – И тут сон сморил его окончательно.
Но вздремнуть ему не удалось, поскольку рок-музыкант к тому моменту расчехлил гитару-синтезатор со встроенной акустической системой и тут же ударил по струнам:
С последним аккордом Сэм со всего размаху долбанул гитарой об стол. Инструмент и мебель удар выдержали. Даже чайный сервиз, хоть и разлетелся во все стороны, но чашки и блюдца из композитного фарфора, ударившись о стены и потолок, не понесли ни малейшего ущерба. Только ошметки закусок обляпали костюм старика, которому рокер помешал проспать момент перехода в горловину Лабиринта.
Чувствовалось, что Сэм раздосадован незначительностью разрушений, которые произвел финал композиции. Он прокричал, глядя под потолок:
– И запомните, тупицы: все, за что вы мне платили, отчего тащились, как удавы – полная бредятина! Я парил ваши бледные мозги тем, что мне диктовал продюсер, такой же безмозглый придурок, как и вы все. А теперь я ухожу! И не надейтесь, что я вернусь. Так что слушайте вы! Кто на меня поставил! Плакали ваши денежки!!!
Только теперь Анна обратила внимание на висящие под прозрачным потолком видеокамеры, которые теперь хаотично обшаривали объективами кают-компанию, чтобы миллиарды зрителей на сотнях планет могли наблюдать последние минуты тех, кто вот-вот отправится навстречу неизвестности и смерти. Она подбежала к Конраду, выхватила из его рук гитару, которая оказалась неожиданно легкой, и несколькими точными ударами ослепила вселенную.
Глава 17
Срок наступления смерти во многом зависит от того, какие цели ставит перед собой человек при жизни.
Едва убедившись в том, что автопилот ведет истребитель в нужном направлении, Матвей сорвал с конверта печать. В конце концов, Фернандо не говорил, что в письме содержится что-то секретное. Мальчишке-то какая разница, получит он послание от папаши в заклеенном конверте или во вскрытом… Но все оказалось гораздо интереснее: послание было адресовано вовсе не какому-то там мифическому сынку.
«Командор! Я ни минуты не сомневался, что вы вскроете конверт. И правильно! В печати стоял датчик, и как только вы ее взломали, я получил сигнал на частоте, известной мне одному. Ставки в Игре делаются буквально до последней секунды, до самого момента вхождения претендентов в Лабиринт. Так что я успею заложить все имущество, “подмести” все счета и залезть в партийную кассу – чтобы все поставить на вас, мой дорогой командор! Вы – мой единственный великий шанс сделать Сопротивление не потешной декоративной организацией, а по-настоящему значимой силой, с которой все будут считаться. Да, очень и очень многие ставят на вас, но у меня есть собственное “сарафанное радио”, и мне точно известно, что все структуры и лица, подконтрольные Корпорации, ставят на принцессу Анну и какого-то придурковатого герцога. Если вы, командор, победите, то Корпорация понесет такие финансовые потери, что очень нескоро от них оправится. Зато Сопротивление сможет обзавестись армией и флотом, прикупить на черном рынке вполне приличную планету на задворках галактики, и оттуда начнется крушение империи зла, опутавшей вселенную своей липкой паутиной.
Впрочем, дорогой мой, бесценный мой командор, вам на это, скорее всего, абсолютно наплевать. И правильно! Ваша задача – выжить и победить, что в данной ситуации – одно и то же.
Так вот – чтобы иметь шансы на победу, вам необходимо выполнить два обязательных условия. Первое: как только ваш кораблик начнет затягивать в воронку, немедленно отключите двигатели. Господа из Корпорации затем ко мне и обратились, чтобы я отделил вас от прочей компании и впарил вам этот чудный истребитель. Вы, конечно, не в силах были отказаться. Вообще-то, такая боевая машина под рукой – вещь полезная даже в Лабиринте. Но этот прикол в Игре не использовался уже лет двести – обычно всех игроков скопом отправляют на дистанцию одним кораблем, который запрограммирован так, чтобы избежать первой ловушки. Так вот: как только почувствуете, что ваш истребитель начинает стягивать с заданного курса какая-то неведомая сила, просто выключите двигатели. Повторяю еще раз, потому что это важно, причем для вас важнее, чем для меня. Я рискую лишь перспективами своего дела, а вы – жизнью. Второе: обязательно сойдитесь с одной из тех девиц, что стартуют вместе с вами. Новому миру нужны Адам и Ева. Конечно, и у парочек шансов ничтожно мало, но одиночки не проходили Лабиринт никогда. В бардачке лежит еще один пакет – там досье на всех четверых дамочек, участвующих в забеге. Время подлета к воронке Лабиринта – примерно двадцать минут, так что у вас есть время изучить их со всей тщательностью. И сделайте это обязательно! В противном случае вероятность встречи с любой из них в Лабиринте будет равна нулю. Это все, чем я могу помочь. Да! Вас наверняка удивил странный способ передачи информации. К сожалению, Корпорация контролирует все информационное пространство в этой системе, ее службами считывается все, что записано на цифровых носителях, да и запись всего, о чем мы говорили, уже наверняка лежит на столе старины Смайли, директора аналитического департамента Корпорации. Так что единственный надежный способ сохранить нашу с вами тайну – довериться старому, доброму письму. Прошу извинить за каракули, но надеюсь, у вас хватит терпения, чтобы их разобрать. В конце концов, от этого зависит не только мой выигрыш, но и ваша жизнь.