Сергей Янин – Лайон Нейгард и предвыборный заговор (страница 2)
Лэнсберри заговорил шепотом.
– Мой друг в мэрии говорил, что Элисон был очень недоволен вскрывшимися фактами и требовал – цитирую: «Повесить эту остроухую суку на вратах Элв Каэлора».
– Сильно, - Лайон сделался задумчивым. – Впрочем, Элисон пообещал мне в личной беседе «закопать меня на своём заднем дворике», если я не позволю ему войти в долю отцовской компании. Я ему не позволил и по-прежнему жив, как видите.
– После дебатов его рейтинг упал почти вдвое и теперь у Эллимайны есть серьёзные шансы занять его место.
– Эльфийский мэр в Бёрке? – Лайон разразился смехом. – Это самая смешная шутка за последний месяц. Лэнсберри, вы просто душка. Рассмешили меня до слёз.
– Прекратите паясничать, Лайон! – побагровел Лэнсберри.
– Я ещё даже не начинал, - всё ещё посмеиваясь, ответил Лайон.
– Элисон – жестокий человек. Он уже подмял под себя половину бизнеса в городе и договорился с лидерами «Энци Сацио» о разделе сфер влияния в Винслоу.
Этот разговор окончательно утомил Лайона. Он слышал от разных людей о заговорах, готовящихся убийствах чиновников и бизнесменов, но большинство этих историй были всего лишь разыгравшейся паранойей.
История Лэнсберри была складной, но ей не хватало доказательств. Элисон из тех, кто в мыслях уничтожил не меньше половины города. Но Лайон не верил в то, что хлыщ с замашками шоумена способен на убийство. Сам или с помощью киллеров.
Но Лэнсберри верил в свою историю. У него бегал взгляд, зрачки были расширены, он так сильно потел, что не помогал даже дешёвый одеколон.
Лайон набрал побольше воздуха в лёгкие, будто собирался нырнуть в воду.
– Элисон, безусловно, редкостная мразь, но до мэра Госетти ему далеко. Элисон любит быть в центре внимания. Он не станет марать руки. Это не в его психологии, - Лайон цокнул языком. – Я не знаю, откуда у вас информация об уговоре мэра с мафиозным кланом, но заверю – если это правда, Элисон роет себе очень глубокую яму. И если так – не нужно ему мешать.
– Как бы ты этого не отрицал, ты слишком похож на своего отца. Тот тоже полагался на своё умение «видеть» людей.
Лайон резким движением припёр Лэнсберри к стенке.
– Я непохож на своего отца! Ни внешне, ни внутренне. И если вы посмеете сказать это ещё раз – я съезжу вам по физиономии!
Лайон зашагал обратно к Гранд-Театру.
– Лайон, постой! – Лэнсберри догнал уходящего парня и протянул визитку. Этика высшего света требовала от молодого человека взять её, но Лайон выбил карточку из рук и, не сбавляя темпа, смешался с толпой людей на проспекте.
Глава 2
Сэнвелл ожидал Лайона на парковке и, сильно удивился, когда парень появился со стороны Оушен Стрит.
Помощник коротко кивнул в знак приветствия и завёл мотор. Машина нырнула на одну из узких односторонних улиц и выкатила к заливу. Пошёл холодный дождь, который Лайон почувствовал даже внутри салона автомобиля. И хотя Сэнвелл оперативно поддал жару в автомобильной печке, парня пробивала дрожь.
Лайон снял туфли и лег, уставившись в потолок. Сэнвелл, всё это время ехавший молча, поправил зеркало и спросил:
– Старик остался доволен?
– Сложно назвать это удовлетворением, ведь его обокрал собственный кузен.
– Не представляю, что он сделает.
– Я тоже, - Лайон зевнул и пальцем провёл по обшивке автомобиля.
– А спектакль?
– Актеры сыграли добротно, а вот сценариста я б к постановкам больше не допускал, - устало ответил Лайон. – Я приехал в театр сдать вора, а спектакль шёл в комплекте.
Лайон заметил между водительским и пассажирским креслом скрученную газету.
– Что интересного пишут в «Вестнике Бёрка»?
– Как всегда, господин Нейгард. Авторская колонка сетует на возросшее число преступлений. Особенно много говорят об убийстве молодого полицейского в Винслоу. Но, думаю, парнишка просто попал под горячую руку.
– Почему?
– Общаюсь с бывшими коллегами по работе, потому, немного в курсе событий.
– Ты так давно служишь моей семье, Сэнвелл, что я забываю о твоей работе в полиции.
– Ничего страшного, сэр, - отчеканил помощник. Его испещренное морщинами лицо приняло привычное озабоченное выражение. – После криминала, блок новостей о жизни города. Ничего нового вы там точно не найдёте. На восьмой-девятой странице – новости экономики. Ваши акции подорожали на три пункта. Думаю, это хороший знак.
– Акции отцовские… Продолжай, - незаинтересованным тоном попросил Лайон.
– В конце как всегда спортивные новости и минутка высокой поэзии, - растягивая последние слова, сказал Сэнвелл.
– Надеюсь, это был сарказм в твоих словах?
– Конечно, сэр.
– Приятно слышать. За твоей непроницаемой угрюмостью, я, порой перестаю видеть человека, который научил меня давать сдачи.
В Ньюрчестере они попали в долгую пробку. Молчание на заднем сидении действовало на нервы. Лайон прокручивал яркие моменты спектакля в голове, но раз за разом, когда он пытался воспроизвести арию Эллимайны, в сладкоголосое эльфийское пение вмешивался Лэнсберри со своими теориями заговоров. И все декорации тут же превращались в синеватый дым.
Лайон судорожно пытался занять себя хоть чем-то, но кроме созерцания каждого сантиметра кожаной обивки сидений, да подсчета протяжных гудков стоящих в пробке машин, придумать ничего не мог. От тоски его спас сон: рваный, беспокойный, он перенес его в комнату без окон и дверей. Черные стены, изрисованные детскими рисунками, изображали разные сценки из чьей-то жизни. На кожаном белом диване посреди комнаты сидели Лэнсберри, актриса Эллимайна и мэр Элисон. Увидев его, они улыбнулись и позвали к себе, но стоило Лайону приблизиться, как те превратились в синеватый дым, оставив его в этой запечатанной комнате одного.
Лайон проснулся уже за городом. Его еще долго не покидало ощущение замкнутого пространства. Лишь оказавшись дома и приняв горячую ванну, молодой человек избавился от навязчивых мыслей. Давний отцовский друг обратился пылью, а разрисованный изнутри куб рассеялся, словно бы никогда и не снился.
***
Прошла неделя, прежде чем Картер Лэнсберри вновь напомнил о себе.
Обедая в небольшом ресторанчике «У дядюшки Плута» на окраине Редвина, Лайон попросил официанта принести свежую газету. Обычно он читал прессу утром, а когда был очень занят или ленился, просил краткий пересказ Сэнвелла. Однако этим утром ему позвонил телеведущий Анджело Кларити и спутал всё его расписание. Шоумен иногда консультировался с Лайоном, прося совета, как общаться с той или иной звездой, которую он пригласил в свою вечернюю передачу «Время победителей».
Вот уже два года Лайон собирал досье на каждого живущего в городе Бёрк. Люди и нелюди, потомки древних родов и владельцы компаний, художники и писатели, скульпторы и актёры – на всех Лайон составлял психологический портрет и время от времени приторговывал этой информацией.
Первую полосу «Вестника Бёрка» занимала обширная статья об открытии трех новых станций метро, связавших районы Фрул и Крайт наземной веткой. С фотографии ухмылялся Элисон. Лайон подметил, что мэр заметно поправился. Вторая и третья страницы также не представляли для Нейгарда особенного интереса, а вот на четвертой он увидел еще один знакомый портрет. Надпись над ним гласила:
«Члена городского совета упекли в психлечебницу!».
Два полицейских удерживали Лэнсберри, закованного в смирительную рубашку. Фотограф передал его измученное лицо, всклокоченные сальные волосы и полубезумный взгляд.
Лайон пронесся по двум колонкам со скоростью бегуна-спринтера. Вкратце, неделю назад Лэнсберри собирал сторонников своей теории заговора. Кому-то из совета его идеи пришлись не по душе, он настучал кому следует, и зачинщика удалили из общества.
Лайон поднял глаза с газеты. За соседним столиком сидела молодая девушка в шляпе с широкими полями, сером жакете поверх кремовой блузки. Её яркая фиолетовая помада словно призывала его: «Подойди и познакомься!». Он так и сделал. Заказав у официанта бутылку шампанского, летящей походкой Лайон оказался у ее столика.
– Я заметил, что у вас не занято, – он мило улыбнулся. Девушка подняла на него глаза, но ответом не удостоила. Лайон предположил, что молчание означало приглашение и сел напротив.
– По-моему, я ясно дала вам понять, что знакомства меня не интересуют, - сказала девушка, продолжая игнорировать Лайона.
– Ваше молчание мне сказало об обратном, - парень попытался мило улыбнуться. Не подействовало.
Пока она молчала, Лайон её изучал. Стройная, миловидная, макияж, подчёркивающий полные губы и большие глаза, копна темно-русых волос, перехваченных на затылке изящной заколкой. Она сосредоточенно читала папку с бумагами.
«
Не имея возможности подглядеть файлы, Лайон продолжил разглядывать незнакомку. Вязаный серый жакет поверх блузки перевязывал широкий синий пояс. Он еще раз отметил ее второй размер, но долго засматриваться не стал, побоялся отвлечься и упустить важное. Она сидела в строгой позе нога-на-ногу, как будто на рабочем месте.