Сергей Якушев – В Зоне опять шел дождь… (страница 6)

А я наблюдал за его буднями. Сталкивался с зомби, бюрерами, контролером. Однажды стал свидетелем вообще жуткой сцены. На болота приползли двое — окровавленный сталкер и намертво вцепившаяся в него псевдособака. И неизвестно, чья больше была заслуга, в том, что они дошли к Доктору.

Доктор за неделю выходил их и отпустил, после чего подозвал меня к окну посмотреть на прощание. Они долго стояли и смотрели друг на друга — сталкер, едва не убивший собаку, и собака, едва не прикончившая сталкера. Затем сталкер достал из кармана кусок бутерброда и протянул псевдособаке, потрепал жесткую щетину на ее уродливой голове и, не оборачиваясь, ушел. А Доктор сказал, что еще двое отыскали свой Путь.

Именно у Доктора я окончательно уяснил, что убивать созданий Зоны нужно только из самообороны. Человек, одинаково старательно лечивший и людей, и монстров, настолько выбивался из всего этого безумного мира, что что-то во мне снова сломалось. Он предлагал мне связаться с военными, чтобы меня забрали. Но я остался. Наверное, навсегда.

Позже, простившись с доктором, оставив ему свой бронекостюм «Скат» и переодевшись в одежду новичка, я уже сам добрался до Ростка, только очищенного «долговцами». Генерал Воронин — командир клана, сам бывший офицер, предлагал мне вступить в «Долг», но я отказался. Клан предлагал защиту, стабильность и уверенность, но я предпочел стезю одиночки. Человека, который однажды уже избежав смерти, пробует судьбу снова и снова…

Доктор говорил мне об этом. Когда я прощался с ним, он серьезно посмотрел мне в глаза и проговорил:

— Зона пощадила тебя. Но не пытайся понять почему и не старайся повторить. Прими это как данность, как и все мы.

На заветах Отца Диодора и Доктора я протянул в Зоне полтора года. Достаточно, чтобы стать матерым ветераном, и накопить в теле достаточно радиации, чтобы процесс стал необратимым. Но уходить из Зоны было некуда. Другого мира я просто уже не знал.

…Кое-как затянув бинтами рану, я наспех заштопал штанину и заклеил ее клейкой лентой для прочности. Спустился в диспетчерскую и осмотрел тела убитых. Снял данные с их ПДА. Странно, но Борова среди них не было. Невероятно живучая и удачливая сволочь. Затем отыскал живых бандитов. Они были рассеяны по территории вокруг и находились в разной степени обездвиженности. Кого кровосос надел на штырь. Кому просто оторвал ноги, а затем остановил кровь. Такая пища сохранялась недолго, но это избавляло от необходимости охотиться. Видимо он заманивал отметками ПДА других сталкеров. Помочь бандюкам было уже невозможно, и я просто добил умирающих. Прошептал общую заупокойную молитву, как учил Отец Диодор, и побрел дальше.

По старой привычке двигался не по асфальтированной дороге, а чуть сбоку, скрываясь в тени кустов. Количество аномалий поражало — по три на квадратный метр. Некоторые явно затухающие, другие, наоборот, новые и сильные. Я начал опасаться, что мне не хватит болтов для прощупывания дороги. Также в глаза бросалось и большое количество артефактов. В основном простые — «Медузы», «Капли» и «Кровь камня». Но оставлять хабар нельзя. Поэтому я прилежно собирал через один — необходимо оставить и тем, кто идет следом. Снова сделал отметку в ПДА. Данные бандитов уже порядочно устарели, и карту аномалий в Темной долине пришлось делать заново. Я еще раз удивился тому, как они протянули столько времени и несколько выбросов.

Радиоактивное болото, что растянулось почти по всей долине, обходил с запада — на востоке огромное радиоактивное поле, как и на мосту. В принципе, отсюда уже можно было выйти и на Свалку, но я хотел встретиться с Сидоровичем, а значит, следовало по старой дороге спуститься на Кордон.

Несколько раз я замечал стаи слепых собак, гоняющих по лужайкам круглые тушки псевдоплотей. В таких случаях я затаивался, чтобы животные не кинулись на меня, прервав свои увлекательные игры.

Так, собирая артефакты и обходя аномалии, припадая на землю и оглядывая горизонт в бинокль, я добрался до полуразрушенной фермы. ПДА мягко выдал с десяток отметок нейтралов, и я впервые за рейд позволил себе расслабиться. Знал, там где есть несколько сталкеров-одиночек, обязательно горит костер, тепло и почти безопасно. Даже нога перестала болеть.

Я вошел на территорию фермы и сразу заметил троих сталкеров-часовых. Парни стояли подле крытых сараев — скотных дворов и стискивали в руках автоматы. Двое опытные — на них потертые комбинезоны, лица обветренны и суровы, а один явно новичок — перемазанный глиной пыльник и испуганный взгляд. Помахав сталкерам, я вошел в сарай.

У дальней стены вокруг костра сидели еще шестеро. Кто-то быстро просматривал старую карту, что-то то и дело переспрашивая у товарища, один дремал положив под голову рюкзак, еще несколько обедали. В темном углу сидел «долговец» и перебирал автомат.

— Мир вашему столу, — кивнул я, присаживаясь.

«Долговец» как-то странно взглянул на меня из тени, но промолчал. Остальные сдержанно поздоровались. Они больше походили на визитеров — тех, кто в Зоне проездом. Посмотреть, пострелять, набраться впечатлений. Не люблю я таких.

Один из сталкеров, видимо самый болтливый, заговорил явно продолжая:

— Ну, так слушайте дальше. Слухи о цене на этот артефакт ходят самые разные. Но все сходятся в одном, тот, кто найдет его, озолотится на всю жизнь. Вот только никому еще не удавалось даже близко к нему подобраться, хотя где он расположен известно почти всем. Говорят, что Зона сама выбирает, кому что дать, если так, то истинного владельца Ценного, пока нет. Но и шанс пробуют почти все.

Путь к нему не близкий. Через Рыжий лес и вдоль берега Припяти. Его сторожат мутанты и аномалии, а последний, как рассказывают бывалые, — контролер.

Один сталкер, уж не помню, как его звали, с напарником пошли разыскивать Ценного спустя всего пару месяцев после прибытия в Зону. И что с того, что «зеленые»? Зона сама решает, кому что, а значит, шансы равны и у матерых ветеранов и у новичков.

До Рыжего леса они добрались без особых проблем, все-таки по несколько ходок в Зону у них уже было. Пару раз отбивались от бандюков, затем напоролись на засаду «Монолита», разогнали стаю слепых собак. Не впервой. Куда хуже стало в самом лесу. Здесь, помимо полей аномалий, множество самых разных мутантов — от слепых псов до кровососов. Все они голодные и злые.

Первым их встретил снорк. Ну, каждый знает, что это такое. Мерзкая, что-то сипящая в старый рваный противогаз, тварь, роняющая кровавые слюни и норовящая вцепиться в горло. От такого главное оружие — иметь место для маневра. Он хорошо прыгает, но в этом его и главный плюс, и главный минус: в момент прыжка он ничем не защищен, а значит, если достаточно хладнокровен, всегда есть возможность нашпиговать его свинцом. С другой стороны, если замешкался — подомнет под себя и разорвет — весит он, не дай Бог.

Сталкерам повезло. Пока снорк одного выслеживал и прыгал, напарник почти отстрелил ему передние лапы, поле чего уже вдвоем они отправили зверюгу на тот свет.

После победы парни немного передохнули и двинулись дальше. Чуть впереди их ожидала очередная неприятность — Жарка. Более мерзкой является только невидимая Воронка. Пришлось бросать болты и, поминутно рискуя быть изжаренным, сталкеры гуськом, след в след начали нащупывать проход.

Прошли Жарку. Еще немного по леску и вот он, берег Припяти. Теперь совсем рядом. Отстрелялись от стаи собак и почти бегом. Слева река с неизвестно, какими еще тварями, за ней станцию видно. И вот впереди странное сооружение. Вроде летнего кинотеатра. Без крыши, только стены. Вошли внутрь. Там опять «монолитовцы». Отстрелялись, отбились. Нашли вход в подземелье. А там контролер. Стрелять сразу нельзя — Зона осерчает, как никак он главный страж. Стоит, шатается, а в голове вопросы зазвучали. «Кто такие, зачем пришли?» Отвечают: «За Ценным прибыли. Хотим судьбу испытать». Контролер усмехается. А вопросы злее стали: «Почему решили, что достойны Ценный забрать?». Говорят: «А кто, как не мы? „Зеленые“, а через Рыжий лес мимо „Выжигателя“ прошли, вон она станция, совсем рядом». Контролер еще шире усмехается. Говорит: «Один снорк это не все дети Зоны. Рыжий лес — не саркофаг с Монолитом». Один тут совсем разозлился: «Или убивай», — говорит, — «Или пропусти, а не то сами пройдем и возьмем, что захотим».

Тут Контролер и отступил на шаг. «Иди», — говорит, — «Но твой напарник здесь останется».

Сталкер и пошел, хотя чувствовал, не видать ему больше второго номера.

В самом подземелье тьма — ничего не видно. И лишь в одном углу светится. Подошел туда, а там шарик — маленький, вроде «Вспышки». Сияет. И что в нем такого ценного? Взял он его и исчез. Больше никто его никогда не видел…

А суть в том, что каким бы не был ценным артефакт, не бросай своего товарища монстрам…

Я слышал эту историю и раньше. Только конец у нее был иной. Однако визитеры, видимо узнали ее впервые. Кто-то нервно засмеялся, не доверяя рассказчику, кто-то начал расспрашивать о точном месте Особо Ценного. А я просто быстро перекусил и, привалившись спиной к шершавой кирпичной стене, закрыл глаза. Неожиданно кто-то легонько хлопнул меня по ноге. Раненой. Я с неудовольствием открыл глаза.