Сергей Яковлев – Драйверы (страница 6)

Эх, жисть-жистянка!

С Мурманском — не так, антипатия у меня к нему в душе какая-то непонятная. И водка там невкусная — ощущение такое осталось, и архитектура — дрянь: сталинский «вампир» какой-то желто-серый. А менты так вообще волки позорные, суки заполярные! Ногами, лежачего…

Ну, и Бог бы с ним, с Мурманском — век бы его не видать, если бы не работенка. Работа подвернулась. Рейс. Перегнать грузовик, «КамАЗ», до Мурманска. Там разгрузиться, затем снова нагрузиться — и назад, вниз, до Питера. «Туда, сюда, обратно — обоим нам приятно». Обычная работа, но оплата… Восемьсот! Аванс — триста. «Зеленых»! Это круто!

Сердце мое возликовало, душа возрадовалась. Я хоть и не профессиональный водила — сразу об этом честно сказал, — но за такие «бабки»!.. Зуб даю — доведу шаланду. Да за такие деньжищи я без тягача весь груз на себе дотащу! С песнями! Одним словом, люблю я такую нескучную работу. За восемьсот красивых американских долларов!

Ну, а уж права с нужными категориями, слава Богу, в наличии имеются. И даже — спасибо армии родной и ее доблестному полковнику Гене Логинову — в двух экземплярах. Так уж случилось, что последнее время только этими правами и живу: то во Псков на «газоне» за триста рэ слетаешь, то до Москвы «зилок» перегонишь.

Эх, свой бы фургончик приобрести — «Газель», или «мерс». Как ни крути, а грузовичок — средство производства, более-менее постоянный кусок хлеба.

Как мой, трагически погибший, или точнее — безвременно ушедший видеопрокатик. Что ни говори, а кормил он меня. Вечная ему память. Аминь.

Да, хорошее дело — средство производства. Но увы мне, грешному — нет стартового капитала: ни на фургончик, ни даже на ларек какой-нибудь захудалый не скопилось. Профукали мы с Лидусей денежки наши большущие, понакупали себе ерунды всякой типа квартиры, одежды и еды, понимаешь. Теперь вот сидим, кукуем… Ну, да ладно.

Заказчик на меня случайно вышел через… В общем — неважно. Скажем, через одного давнего знакомого. Вполне приличного мужика — рыбой на рынке торгует, на Сенном. Я ему несколько раз рыбу-селедку в бочках из морского порта на каком-то «зилке» возил и еще где-то с ним пересекались. Закорешили, в общем. В моем полусиротском «бизнесе» такое частенько случается. Причем, закорешили давненько уже, еще в то время, когда я Зайцевым был. Вот намедни утром я с этим «рыбником» случайно и встретился.

Честное слово — совершенно случайно. Такое бывает: он идет, я иду… Узнали друг друга, поздоровались. А он мне сразу в лоб: «Есть дело, Витя». Завернули к Сенному рынку. Вокруг — ящики, бочки, бомжи, бездомные кошки, грязные проходы и ларек-контейнер с дверью. В контейнере стол стоит письменный, в углу ящик железный в виде сейфа, а между столом и сейфом — человек усатенький. Сидит, пишет что-то. Прямо офис, только секретутки и факса не хватает.

Представил меня «рыбник» этому усатенькому человечку. Мелковатый, но чувствуется — деловой. Побазарили, потрендели, то да се… Как жизнь? Как дела? В общем, сначала ля-ля-ля тополя, потом о главном: есть работа. Халтура разовая — перегнать машину с грузом.

— За тебя, Витя, этот человек ручается, — усатенький мне говорит. — Я его давно знаю, а он тебя давно знает. Говорит, что ты водитель хороший и человек честный и душевный.

Вот это мило. Это он хорошо сказал — «душевный». Я даже слегка покраснел от «чувства глубокого удовлетворения», внезапно переполнившего мою душу.

Надо же — хороший, честный, да еще и душевный! Ох, льстец, ну азиат усатый! Но, в принципе, мне нравится, когда обо мне вот так: откровенно и по-хорошему. Конечно, я и сам много мог бы порассказать о том, какой я честный, умный, добрый, порядочный и скромный… Да что там трендеть! О моей скромности, наверное, уже ходят легенды, а о моей патологической честности трехсерийный фильм давно пора снимать. С Евгением Матвеевым и Деми Мур в главных ролях. И по карманам я не шарю, и сумочки в трамваях с детства не срезаю, и даже — не чета некоторым! — еще ни одного Норильского комбината или контейнера с платиной налево не толкнул. А пусти меня к нефтяной трубе, так я ее, нефть эту, назад в недра закачаю…

Действительно — получается, что по нынешним временам я добрый и честный малый, да к тому же и не депутат. И разумеется, душевный. Приятно, черт побери. Люблю!

Все же ликованье — ликованьем, рекомендация — рекомендацией, но… неужели у него своих постоянных водил нет? Берет, считай, первого встречного. Тоже мне — «деловой»! Да за такие-то «бабки» у него батальон профессиональных шоферов со стажем на стреме стоять должен и ждать сигнала — вперед!

Это меня сразу как бы чуточку насторожило. Немного, но все же. Сей маленький фактик в мире галактик следовало обмусолить со всех сторон.

Итак, что мы имеем? При «наличии отстутствия» имеем совершенно неожиданное предложение работы за восемьсот долларов.

Вообще-то, это многовато. Насколько я в этой области подкован: наемному драйверу за перегон большегрузной шаланды туда-сюда, то есть за три тысячи километров, максимум баксов четыреста могут заплатить, или, как сейчас говорят, «отстегнуть». Да и то — вряд ли. В частном секторе с «тонно-километрами» строго. У этих ребят, которые на свои «кровные бабки» крутятся, не забалуешь, у них приписок не бывает. Это вам не социализм, батенька.

А тут — вдвое…

Значит, или груз криминальный, или особо ценный. А может, и в комплексе, то есть и криминальный, и ценный. Это я сразу просек. Кстати, о птичках: вполне может быть, что отсюда и отсутствие постоянных водителей. Берут на рейс и… разбегаются? Хозяин в одну сторону, шофера — в другую. Ищи их потом. В принципе-то, логично. Сейчас многие «деловые» так делают, чтобы не светиться. Никаких «порочащих» связей, и концы в воду. Поработали и разбежались.

А что, если водилы не успевают убежать?

Если, если… Не многовато ли этих «если» для начала набирается?

«Ого! — сам себе думаю. — Пожалуй, зря я возрадовался и возликовал — в душе, разумеется. Над этой бодягой еще крупно поразмыслить надо, поморщить лобик, пошевелить извилиной».

Хозяин, наверное, увидел в моих прищуренных глазках немой вопрос и легкое сомнение и сказал:

— Э-э-э… Миня здесь все знают. Любого спроси. Я, Витя, никого не обманываю и всегда хорошо плачу за работу. Все будет по-честному.

Ну, раз «по-честному», тогда что же…

— Когда? — спрашиваю.

— Завтра, послезавтра… Я тебе позвоню, — отвечает.

Вот уж фигушки вам! Позвонит он. Умный какой. Так я и дал тебе свой номер. Я и сам по телефону звонить умею.

А может, ну его на фиг с его работой, сразу и бесповоротно?.. А дальше что? Кушать-нямать что будем? Хавать? Вот то-то и оно…

Эх, нищета наша голытьбовая, мать-перемать! Ну, что за жизнь такая?! Ни в одной заначке денег не осталось — все подъели, все кончилось. Хоть на панель иди. Впрочем — тоже бесполезно. Разве только дворником.

Как-то так случилось, что деньги вдруг понадобились неимоверно. Так почему-то всегда бывает с деньгами — вдруг они кончаются. Разом. Вот, кажется, вчера еще имелась энная сумма, еще утром что-то где-то шелестело и позвякивало, и вдруг… И Лидусе ее нищенское содержание, как всегда, задерживают.

А тут сразу — такой кусок!..

Но и «втемную» я играть не привык — не люблю, когда меня пытаются не по назначению использовать.

И чего это я такой настороженный?! Чего киксую? Криминальный, не криминальный — мне какая разница? Мое дело телячье: сопеть в две дырки, штурвал вращать и педаль к полу давить. Все остальное — зола, шелуха и тлен. Но уточнить кое-какие аспекты не помешает. В конце концов, имею право знать, понимаешь.

— Что-то ты очень щедро обещаешь? — спрашиваю усатенького.

— Потому что — по-честному — процент от сделки плачу водителям.

Далось ему это «по-честному»! Будто бы и признался, если и задумал что иное. Будто бы так и сказал: мол, «кинуть» тебя задумал не «по-честному».

— И документы на груз и машину в порядке? — бестактно полюбопытствовал я.

— Все в порядке, не сомневайся, — заверил хозяин.

— А что за груз?

— Водка. Но все бумаги у меня есть. Ты мне верь.

Вот! Водка оказывается. Ну, я где-то так и думал.

— Да верю я тебе, верю, — сказал я вслух. А сам подумал: свежо питание, но се…, то есть верится с трудом. Особенно этот твой «офис» в контейнере на задворках рынка доверие внушает. Прямо вот так сразу и хочется безоглядно тебе поверить. Аж слезы — на глаза!

Да-а… Значит все-таки водка, живительный напиток русского народа. Огненная вода. Так, так, так…

— А обратный груз будет?

— Будет, будет. Но обратный — совсем ерунда. Железки всякие. Металлолом. Одно сгрузим, другое погрузим… Там грузчики будут, и здесь — грузчики. Тебе только машину туда и обратно вести надо.

Ну, металоллолом — это проще. А вот водка…

Почему-то терзали меня смутные сомнения. Даже и не знаю — почему бы это? Чего-то вдруг заробел я. А ведь вполне возможно, что для этого контейнерного парнишки толкнуть в Мурманск машину водки обычное дело, и только я, ущербный, с непривычки и по серости своей нервничаю, ищу подвох.

А платит, вернее, обещает, круто.

Ну, а на чем он меня подловить и кинуть может? Да ни на чем! Я ему ничего не должен и ничем не обязан. В крайнем случае, если жареным запахнет — заглушу движок, хлопну дверцей кабины и «гуд бай, май френд». А до Питера, до Лидуськи своей, я в любом случае доберусь, хоть на карачках доползу.