Сергей Возмищев – Исла Корто. Часть 2. «Глаз Игуаны» (страница 2)

– Зачем они это делают? – я не удержалась и перебила Сэма. Меня просто потрясла мысль о том, что в двадцать первом веке кто-то может находиться во власти диких верований, допускающих человеческие жертвоприношения.

– Зачем? Они думают, что это необходимо для поддержания вселенского равновесия. И вот что меня беспокоит: если они узнают, что ты нашла их культовую железку, то наверняка захотят поговорить с тобой. О справедливости, например.

– Как же они могут об этом узнать?

– Ну, мало ли. Я такого начитался, что начинаю верить в чудеса. Всякие тонкие материи, духовные связи и прочее. Если бы эта штука работала, кто-то бы точно это почувствовал, независимо от расстояния.

Я вздрогнула. Мне внезапно стало холодно. Сэм заметил мою реакцию.

– Что с тобой?

Видимо, пришло время рассказать ему всё.

– Она работала, Сэм.

– Что? – он даже привстал в кресле, пытаясь посмотреть мне в глаза.

Я закрыла лицо руками. Меня начинало знобить, несмотря на тёплую погоду.

– Она работала. Два раза. Я молилась за нас, за тебя и она… он словно реагировал на моё состояние.

– Ну, дела… – Сэм опустился на место. – Ты ничего не путаешь?

– Нет. Оба раза камень как будто вздрогнул, и я поняла, что услышана. Потом мне было очень плохо, сутки я лежала без сил.

– Знаешь, я в тебе не ошибся, с тобой не заскучаешь. Однако лучше заканчивать с этой чертовщиной. Я не особо верю во всё это, но очень уж убедительно пишет этот профессор.

– Но ведь полгода прошло, и всё спокойно. Ты правда думаешь, что мне что-то угрожает?

– Анна, я никогда с таким не сталкивался и ни в чём не уверен. Но в своей жизни понял одно: если угроза хоть сколько-то вероятна, забывать о ней нельзя. Бойся бед, пока их нет. И лучше беспокоиться, чем сожалеть.

Его деловой тон слегка успокоил меня.

– Что ты предлагаешь?

– Можно сдать твою находку на хранение в банк. И внимательнее смотреть на окружающих, – Сэм наигранно огляделся по сторонам. – Хотя бы ещё год. Время в таких вопросах не всегда имеет значение.

– Паранойя какая-то.

– Я бы сделал так для начала. И с завтрашнего дня я встаю на костыли. Но теперь меня больше интересует, почему тебе удалось «расшевелить» эту штуковину? Как это было?

– Только не проси меня повторить. Я уверена, что давая, амулет что-то забирает в ответ. Жизненную силу или здоровье, не знаю. С каждым разом всё больше. И третий раз может оказаться последним. Ещё мне кажется, что нужно войти в особое состояние, «на заказ» такое вряд ли получится. Наверное, потому и удалось, что просила искренне и не для себя.

– Пожалуй, ты права, – Сэм снова огляделся по сторонам. – Что скажешь на моё предложение?

– Отнести в банк? Нет, дорогой, с ним я чувствую себя увереннее, не знаю даже почему.

– А со мной? – он изобразил в голосе удивление.

– А без тебя я бы вообще ничего не смогла. Ты мой спаситель, рыцарь на сером коне.

– Почему на сером? – спросил Сэм улыбаясь.

– Серый мне больше нравится. За твоё здоровье, мой отважный рыцарь!

– И за нашу удачу, – с надеждой произнёс Сэм, разливая вино.

Глава 3

Прошла примерно неделя. Я ходила на работу, Сэм чаще обычного был со мной, уже довольно уверенно передвигаясь на костылях. В библиотеке он перебирал книги в поисках нужной информации. Сначала это были книги по «нашей теме», как он говорил, а потом я перестала следить за тем, что он смотрит.

Я почти постоянно думала о том, что может быть именно сейчас по острову ходят мрачные татуированные мужчины и заглядывают в глаза каждому встречному, в поисках своей утраченной реликвии. Мне казалось это бредом, таким невозможным абсурдом, что я гнала эти мысли прочь. Но слова мужа разбудили во мне необъяснимый, животный страх, который уже не отпускал меня ни на час.

Тем сильнее я обрадовалась приезду адвоката Хорсмана. Но, как оказалось, преждевременно.

Передав Сэму очередной конверт «от профсоюза», он сообщил:

– Ребята, кто-то наводил про вас справки у людей, которые купили ваш дом. Самое странное, что они не помнят никаких примет. Говорят, что был мужчина, вот и всё. Я, как только узнал, сразу к вам. И это точно не государственные органы или службы, так что будьте осторожнее. Я предупредил нужных людей на всякий случай.

– Вот чёрт, – вырвалось у меня, и в животе сразу стало неуютно.

– Спасибо, мистер Хорсман, – Сэм и глазом не моргнул, услышав такие новости. – Посоветуете что-нибудь?

– Не знаю, – ответил адвокат. – Если мне станет что-то известно, я немедленно сообщу.

После этого разговора несколько дней я жила как на вулкане. О нормальном отдыхе не было и речи. Вечерами мы всё чаще сидели дома, тем более что началось лето, а с ним и сезон дождей. Ночью тревожный сон лишь ненадолго отвлекал меня от реальности. Я вздрагивала при каждом резком звуке или шуме за окном. Сэм старался чаще быть рядом, словом и делом подбадривая и успокаивая меня. Несколько дней, стоивших мне пряди седых волос…

В библиотеке всё оставалось по-прежнему, но нервное напряжение давало знать о себе и здесь. Образно говоря, книги для меня разделились на «своих» и «чужих». В числе вторых как раз и оказались те, в которых упоминались индейцы, их история и мифы. Мне часто казалось, что с их страниц исходит невидимая угроза, что нарисованные в них жрецы только и ждут случая выйти в наш мир и принести меня в жертву своим кровавым богам. Это походило на помешательство, и если бы не Сэм, скрипящий среди шкафов своими костылями, как неугомонный Сильвер, я бы точно сошла с ума.

Свой медальон я носила почти не снимая, спрятав его под плотной тканью специально подобранной рубашки. Иногда в ней было жарковато, но без ощущения лёгкой тяжести на груди я чувствовала себя уязвимой.

Как я уже говорила, пошла вторая неделя после визита мистера Хорсмана, когда одним пасмурным утром в библиотеку вошёл пожилой мужчина. Так обычно выглядят успешные путешествующие учёные: загорелый, подтянутый и моложавый. На нём прекрасно сидел коричневый дорожный костюм с нагрудными карманами. Голову покрывала плотная кепка в тон костюму, с коротким козырьком, а в руках он держал блестящий от влаги зонт-трость. Сквозь лёгкие круглые очки меня изучал цепкий проницательный взгляд. Вошедший уже начал открывать рот, чтобы сказать что-то, как из-за стеллажа с книгами появился Сэм. Всего секунду они переглядывались, после чего Сэм резко двинулся в его сторону, громко говоря:

– К нам сегодня нельзя, мистер! У нас дезинфекция! Крысы совсем обезумели! Выходите, мистер, сегодня мы не работаем!

Посетитель пытался вставить хотя бы слово, выглядывая в мою сторону через плечо мужа, но Сэма было не остановить. Он буквально выдавливал пришедшего, напирая всем телом и повторяя:

– Мы закрыты, мистер! Выходите, пожалуйста!

Выдворив гостя и заперев дверь, Сэм направился ко мне, ворча вполголоса, и вид его не предвещал ничего хорошего.

– Это он, – сказал мне Сэм. – Это профессор Родригес. Я видел его фотографию в книге.

– Ты не путаешь?

Сэм засмеялся:

– Нет. Он там в таком же костюме, и даже кепка такая же.

– Зачем ты его выгнал?

– Чтобы выиграть время и подготовиться. Он обязательно придёт ещё раз, но мы будем морально готовы и что-нибудь придумаем. Пока считаю один – ноль в нашу пользу.

– Пожалуй, ты прав, дорогой. Надеюсь, он не будет за нами следить и ломиться в дом?

– Уверен, что уже следят, а дом обыщут в наше отсутствие. Сегодня ночуем в гостинице. Ты всё ещё не хочешь отнести свою находку в банк?

– Не хочу. Более того, я чувствую, что нам сейчас надо быть вместе, всем троим.

Ситуация складывалась аховая. Однако я уже устала бояться и поняла, что занятие это совершенно непродуктивное. Вместо этого я в очередной раз решила довериться мужу.

Просидев взаперти почти до самого вечера, Сэм вызвал такси, и мы отправились в самый маленький семейный отель на окраине нашего городка. В это время отдыхающих очень мало в Доминикане, а в нашем захолустье и подавно. Так что мы без труда сняли номер на пару дней.

Можно долго спорить о роли судьбы, случая или рока в человеческой жизни. В некоторые моменты ты остро чувствуешь, что сейчас стоишь на распутье, выбираешь направление, куда «идти» дальше. Но я всё чаще убеждаюсь, что как бы человек ни «вертелся», жизнь снова приведёт его к тем обстоятельствам, которые ему суждено преодолеть.

Наверное, поэтому вторым человеком, которого мы встретили возле стойки регистрации, оказался профессор Родригес. Мы собрались к себе в номер, а он спустился по лестнице.

В этот раз, после секундного замешательства, он заговорил первым:

– Вот так встреча! Пережидаете здесь дезинфекцию? – он улыбнулся, видя нашу растерянность. – Составите мне компанию за ужином? Здесь хорошая кухня, без крыс.

Не дожидаясь нашего ответа, он прошёл в сторону обеденного зала. Нам же ничего не оставалось, кроме как молча подняться в номер.

– Ну что, один – один? – спросила я Сэма, когда он закрыл дверь номера изнутри.

– Видимо, это судьба, – с угрюмым видом ответил он.

– Я это же хотела сказать. Пойдём, поговорим. Надеюсь, нас не будут грабить прямо там.