Сергей Войтиков – Екатерина Фурцева. Женщина во власти (страница 53)

^{Приказ Е. А. Фурцевой о подчинении киностудии «Мосфильм» Управлению по производству фильмов министерства. 18 октября 1960 г. [РГАЛИ]}

Летом 1960 года коллегия Минкульта СССР детально рассмотрела состояние дел в каждой киностудии Советского Союза. Им предоставили возможность более гибкого расходования выделенных средств для подготовки сценариев. Коллегия усовершенствовала порядок утверждения тематических планов, приняла ряд документов, направленных на улучшение производства художественных фильмов, в частности кинокомедий, а также документальных и научно-популярных. По этим вопросам Минкульт СССР к тому же провел совещание с участием министров культуры союзных республик[583].

В первых числах октября 1960 года Екатерина Алексеевна председательствовала на совещании в Минкульте по планам киностудии «Мосфильм» на 1961 год. В ходе совещания Фурцева выяснила, что из 26 предполагавшихся к выпуску кинокартин только две были посвящены жизни колхозного крестьянства. И это при известных пристрастиях Никиты Сергеевича Хрущева. Хуже того, обе не были обеспечены даже сценариями. Только одна кинокартина должна была осветить движение бригад коммунистического труда. Но и здесь сценарист Алексей Яковлевич Каплер находился «в фазе творческих поисков и раздумий». А ведь приближался XXII съезд КПСС… Досталось руководству киностудии «Мосфильм», начальнику Управления по производству фильмов Игорю Антоновичу Рачуку и его заместителю Ирине Александровне Кокоревой, а заодно и Николаю Николаевичу Данилову как куратору киноуправлений Минкульта.

Екатерину Алексеевну и ее команду не мог устроить тот факт, что «Мосфильм», выпустивший целый ряд весьма посредственных картин, беспрерывно получал первые премии по «социалистическому соревнованию», тем самым подтверждая, что советский суррогат «нездоровой» капиталистической конкуренции — обыкновенная профанация.

В декабре 1960 года, оправившись от болезни, вследствие которой у нее были «повреждены руки», Фурцева провела двухдневный художественный совет по кино, вызвавший у творческих работников, по выражению Ивана Цветкова, «активный интерес». В ходе работы худсовета Екатерина Алексеевна упорно добивалась того, чтобы вызвать кинодеятелей на откровенный разговор. Однако министра и ее команду подвела идеологическая зашоренность. От деятелей культуры требовали отражать «генеральные темы победоносного коммунистического строительства, такие, как освоение целинных земель, перестройка руководства промышленностью и сельским хозяйством, строительство индустрии на Крайнем Севере и на востоке страны, научно-техническая революция и освоение космоса, борьба за предотвращение ядерной войны, героическая борьба наших рабочих и колхозников за коммунистический труд, борьба за национальное освобождение народов колоний и зависимых стран»[584].

На совещании киноработников 3 декабря 1962 года Екатерина Алексеевна поведала, что за развитием киноискусства очень внимательно следил Центральный комитет КПСС:

— Даже трудно сказать, как часто мы (члены руководства КПСС. — С. В.) посещаем театры, сколько смотрим кинокартин. Каждую субботу и воскресенье я в тревоге — где найти новые картины, чтобы они были интересные, чтобы показать членам правительства. Никто из вас — создателей фильмов, такого количества картин не смотрит, как наши члены Президиума [ЦК]. При такой занятости и напряженной работе тем не менее они с таким вниманием в среднем по три-четыре картины в неделю смотрят — и наши, и иностранные, и хронику, и научно-популярные — все картины[585].

…мы должны соответствующим образом, с достоинством ответить на эту заботу, обеспечить важнейший наш участок — развитие искусства кино, — наставляла киноработников Екатерина Алексеевна.

По состоянию на 1961 год, в стране насчитывалось 37 киностудий, 20 из которых выпускали художественные фильмы. Там работало соответственно 20 885 и 13 650 человек.

Фурцева признавала, что с 1953 года положение в киноотрасли изменилось к лучшему, однако отметила и негативные тенденции:

— К сожалению, не только мало количественно фильмов, но тем более их мало в идейном и художественном смысле больших и настоящих произведений. Это можно отнести и к «Ленфильму», и к «Мосфильму», и к Белоруссии, и к Украине. Пусть со мной поспорят товарищи, для которых мои слова неприемлемы. Надеюсь, что такого смельчака здесь не найдется[586].

Следует сразу заметить, что с непосредственным руководителем киноотрасли режиссером Сергеем Герасимовым у Фурцевой сложились отнюдь не радушные отношения. Чего только стоит «комплимент», сделанный Екатериной Алексеевной Сергею Аполлинариевичу на заседании актива работников кино, который состоялся 20 марта 1961 года:

— Я не скрою, что я просто с удовольствием прослушала выступление всех товарищей, особенно т. Герасимова. Я считаю, что это даже первое его в таком плане сильное выступление с идейной стороны. Он, правда, очень красиво и литературно выступает, и вообще он очень образованный человек. (Оживление в зале, аплодисменты.) Но идейно… В общем, вы меня понимаете[587].

Сергей Аполлинариевич, правда, перевел этот сомнительный комплимент в шутку, вызвав своей реакцией вполне законные «смех» и «аплодисменты»:

— Растем.

Надо сказать, что Екатерина Алексеевна не стала взваливать на свои плечи «вермишельные вопросы» кино. Его непосредственными кураторами были вначале Николай Николаевич Данилов, а затем Владимир Евтихианович Баскаков. А председательствовал на заседаниях коллегии по кино главным образом первый зам Фурцевой Александр Николаевич Кузнецов. Не особо желая тратить время на партийные сидения, Екатерина Алексеевна избегала общих отчетно-выборных партсобраний Минкульта, которые по странному стечению обстоятельств назначались аккурат на те дни, когда проходили мероприятия Президиума ЦК КПСС[588].

Председателем рабочего Бюро Оргкомитета по проведению 2-го Международного кинофестиваля (проходил в Москве под девизом «За гуманизм киноискусства, за мир и дружбу между народами» с 9 по 23 июля 1961 года) стал Александр Николаевич Кузнецов. Для сравнения: в 1959 году Оргкомитет по проведению 1-го Международного кинофестиваля в Москве возглавил предшественник Фурцевой — Николай Александрович Михайлов.

Однако, когда речь шла о принципиальных вопросах руководства киноотраслью, Фурцева активно включалась в процесс, поскольку «самое массовое из искусств» с того момента, как Владимир Ильич Ленин осчастливил посредством Анатолия Васильевича Луначарского большевиков своим высказыванием, традиционно находилось в поле зрения высшего партийного руководства страны.

В начале 1961 года в ЦК КПСС получили «сигналы» о том, что за последние два года в Латвии, Грузии и «в самой Москве» работники киносети и прокатных органов чрезвычайно увлеклись показом фильмов капиталистических стран. Не учитывая «идейной и художественной слабости этих фильмов», они сфокусировали интерес зрителей на этих фильмах, показывая их в лучших кинотеатрах, на стадионах и других площадках с большой вместимостью.

В дело вмешался Январский 1961 года пленум ЦК КПСС, посвященный… решению сельскохозяйственных вопросов. Его решения вышли далеко за рамки обозначенной тематики. Высший орган партии, в частности, принял специальное постановление по кинопрокату, демонстрации «слабых в идейном и художественном отношении фильмов»[589].

Вслед за пленумом ЦК КПСС в конце января Екатерина Алексеевна собрала совещание руководящих работников Минкульта СССР по кинематографии[590], а также лично 1 февраля доложила о новых указаниях партии объединенному собранию коммунистов Министерств культуры СССР и РСФСР, Союзгосцирка и Госконцерта.

Приказом Фурцевой тиражирование фильмов капстран теперь производилось «с учетом идейных и художественных качеств». «В корне» изменился порядок: если ранее достаточно было решения председателя отборочной комиссии, сформированной в Министерстве культуры СССР, то теперь Управление кинофикации и кинопроката по рекомендации той же отборочной комиссии вносило предложение о тираже на утверждение одного из заместителей министра культуры СССР. Максимальный тираж в 300 копий был установлен для лучших зарубежных кинолент, тираж в 33 копии было решено выпускать «в силу договорных отношений с фирмами стран». Фурцева также обратила внимание на необходимость «тщательного редактирования» при дублировании фильмов, вплоть до сокращения и изменения диалогов. Решение ЦК и приказ Екатерины Алексеевны резко изменили репертуарную политику. Показ «буржуазных фильмов» был сокращен как в Москве, так и по всей стране.

Для партийно-государственной верхушки существовали закрытые показы с персональным переводчиком и зарубежные кинофестивали, которые Екатерина Алексеевна систематически посещала.

В феврале 1961 года Управление кинофикации и кинопроката отметило, что количество как отечественных, так и зарубежных фильмов (торговля велась более чем с 40 странами) ежегодно увеличивалось. При этом подчеркнули, что кинопродукция стран капиталистического лагеря не представляла идейной опасности, поскольку удельный ее вес в общем репертуаре невысок[591]. Однако были и малоприятные частности, попавшие в поле зрения идеологических органов, а вслед за ними и ЦК КПСС.