Сергей Воронин – Филипп Обмолов (страница 2)

– А... Здрасте... Улица... Какая?.. Привокзальная?.. – начал лепетать растерянно Павел. – Нет, я не знаю. Вон, женщина идёт. Может, у неё спросим?

– Да, нет. Я живу на этой улице. Просто поздороваться хотела. Меня Люда зовут.

– А... Да... Очень приятно, Я Павел... Вас проводить?

Люда была на полголовы выше своего новоявленного парня, худенькая девушка с длинными чёрными волосами. Красота лиц деревенских жителей отличается от той же у горожан. Может, в том вина свежего воздуха. Павел вырос в деревне, но встретил девушку в городе, лицо которой отличалось от красоты светских львиц. Они с Павлом были похожи. Люда родилась не в городе, а в пределах городской линии, проще говоря, в частном секторе с участками и домами, в каких вырос сам Павел. Она жила с родителями в двухэтажном домике. Придя к ней в первый раз, Павел почувствовал в атмосфере деревянного дома и участка с яблонями и овощными грядками что-то уютное, родное и домашнее. С отцом и матерью своей девушки Павел быстро нашёл общий язык – он же знал все тонкости жизни и работы в таком хозяйстве. Но, полюбив современную городскую жизнь со всеми удобствами под боком, он не хотел из неё выбираться. Приняв как-то душ в ванной комнате своей квартиры, одев костюм, но без галстука, и проехав на автобусе по чистым асфальтированным дорогам города мимо многоэтажных и многоквартирных домов, Павел попал в безлюдный мир частного сектора с галькой на дорогах вместо асфальта, с лающими собаками, мычащими коровами и блеющими козами, и что-то в нём надломилось. Деревенская жизнь казалась ему теперь дикой и убогой, но здесь жила его любимая девушка. Люда не была красавицей – у неё были высокие и острые скулы, на носу были два тёмных несводимых пятнышка, но Павлу нравилась её лёгкая манера общения. Ему даже нравилось получать от неё, шутки ради, лёгкие тумаки в плечо или в рёбра. Люда была простой девушкой. Хотя одна амбиция всё-таки была – она заполучила в своё распоряжение завидного жениха и теперь никому его не отдаст, а вернее никуда его не отпустит. Они поженились, и Павлу пришлось по воле жены вернуться туда, откуда он пришёл – в деревню, хоть та и была в пределах города. Страсть же свою к технике он не оставлял.

Любовь к Людмиле остыла очень быстро, но Павел не думал разводиться. Была ли любовь к мужу в сердце Людмилы, не знал никто. В советское время, наверно, была свобода менять жён, но пользование этой свободой не приветствовалось, и Павел не решился пойти в разрез правилам страны. Они жили вместе и не думали расходиться, тем более в семидесятом году, будучи ещё студентом, Павел стал отцом – у него родился сын, и Люда назвала его Евгением, а Павел теперь опять был влюблён, но уже в своего сына.

Получив диплом и став технологом в производстве самолётостроения, Павел устроился на военное предприятие и занимался любимым делом. К тому же в той школе, где он занимался изготовлением моделей и участвовал в соревнованиях, появилась вакансия преподавателя, и Павлу предложили это место. Он начал учить детей тому, что любил делать сам, нисколько не уставая работать днём на предприятии, а по вечерам и выходным в детской школе.

Евгения Павел первое время тоже приучал к активному образу жизни и к изучению разных видов деятельности, как это делают в школах – ведь обучение разным предметам не призвано тому, чтобы дети в будущем были одновременно и биологами и физиками и химиками и математиками и спортсменами одновременно. Множество изучаемых предметов дарит простор для выбора любимого дела. Так и Павел хотел рассказать сыну обо всём прекрасном, что даёт ему цивилизация, но мама Евгения от хорошей жизни с покладистым и обеспеченным мужем решила считать себя главой семьи. Она принципиально, чтобы показать хоть как-то свою власть, не давала Павлу излишне, как ей казалось, утруждать Евгения ненужными науками и лишним трудом, но Женя не стал маменьким сынком. Жизнь среди людей обязывает разбираться в человеческой натуре и приспосабливаться даже не к окружающим людям, а к целому обществу, которое живёт по правилам страны. В деревне, или в частном секторе, общества нет, есть только соседи, и каждый из них сам себе президент на своей земле, а ты попробуй, сними его с этого пьедестала. Кто-то из сельских жителей, конечно, работает в городе в каком-нибудь коллективе, но все ли люди там одинаковые, или просто их объединяет общая цель. Женя вырос в деревне среди маленьких царей, охраняющих свою территорию, свою землю, свой забор. А уж забор точно обязывает лаять изнутри на тех, кто снаружи. У него было всё – дом, семья, еда – и он был доволен своей жизнью. Ещё в детстве он стал самодостаточным человеком в своём маленьком мире. Павел пытался приложить усилия, чтобы раскрыть ему глаза на необъятные просторы вокруг, но Женя не тянулся к этому, а Людмила поддерживала сына своими претензиями к его отцу. В один момент Павел понял, что сын его остановился в развитии и не соберётся теперь уже никогда идти дальше. Проучившись положенный срок в техникуме и получив диплом, девятнадцатилетним парнем он в конце восьмидесятых начал трудовую деятельность в частной фирме среди людей.

Глупый, хоть и с дипломом на руках, он научился только работать руками. Научился простым популярным действиям с простыми ручными инструментами. Зачем в деревне нужны сложная техника? Он мог построить дом простыми инструментами, но придумать и нарисовать чертёж на пустом месте и спланировать работу по постройке того же дома был не в состоянии. Большая работа требует дальновидности и расчётливости, а Евгений даже и слов таких не слышал никогда. Он был простым работягой, как говорится, с золотыми руками, умеющий сделать всё необходимое по дому. Сложные устройства вызывали у него страх, потому что понять их работу он был не в состоянии. Самый сложный механизм, которого он не боялся – это его старые Жигули, доставшиеся в наследство от маминого отца и ремонтируемые кувалдой и ласковыми словами. Понять окружающих людей он был не в состоянии, а чувствовать их тревоги и слабости ему было незачем – к чему переживать за других, кода у тебя всё хорошо. С активным и развитым отцом Женя превратился в незаметного парня, который по истечении положенного срока превратится в неприметную табличку на могильной плите, которую со временем в свою очередь отнесут на помойку, а на том месте, где лежал его прах, опять выроют яму и закопают другого такого человечка. Имя Евгения не вошло бы в историю, если бы не его сын Филипп Обмолов.

*****

Марина, в девичестве Козлова, в двадцать пять лет обладала фигурой супермодели – длинные ноги, плотные бёдра и высокая грудь. Она любила подчёркивать изящные линии своего тела обтягивающей одеждой. На неё глазели все, кто шёл сзади, тот же, кто шёл ей навстречу, отводил взгляд, потому что голова её, казалось, принадлежала другому телу. На её лицо было страшно смотреть. Плоский вертикальный лоб и маленькие глаза возвышались над длинным острым носом, под которым виднелись тонкие губы, всегда в красной помаде.

Сразу после школы, Марина начала работать продавщицей в маленьком магазине, куда её устроила родная тётка. Но, даже торгуя колбасой и стоя у кассы, среди местных покупателей пошёл слушок о страшной продавщице, пугающей своим лицом детей, с которыми люди приходят за покупками. Поэтому директор магазина, сорокапятилетний мужчина мусульманской принадлежности, перевёл Марину на работу в подсобном помещении, преследую, конечно, и свою выгоду – попка Марины не давала ему спокойно спать дома с любимой женой, поэтому он часто задерживался на работе со своей помощницей, чтобы досконально пересчитать приход и расход товара. Ну и что, что страш-ненькая – если стоять сзади, то и не видно.

Марина жила беззаботной жизнью, особенно после своего восемнадцатилетия, даже когда в это время начались кардинальные перемены в стране. Она меняла любовников, не стесняясь брать у них деньги – тем более было, за что. Романа она встретила в салоне магазина, куда тот вошёл за мясом для шашлыка, а она вышла из кабинета директора, чтобы спросить о чём-то продавщицу, женщину предпенсионного возраста. Роман был высокий рыжеволосый красивый молодой мужчина, и Марина не сразу смогла отвести от него взгляд.

– Пять килограмм свинины дайте, пожалуйста! – сказал Рома продавщице, и Марина услышала его приятный голос. Марине недавно исполнилось двадцать пять лет, и уж свою репутацию она знала лучше других, поэтому, увидев такого привлекательного и прилично выглядящего мужчину, засмущалась и не решилась заговорить с ним, тем более при других людях. Узнав, что надо у продавщицы, Марина ушла, но Романа она встречала теперь часто – он приехал из другого района города и жил теперь в соседнем от магазина доме, поэтому заходил в их магазин часто. Марина влюбилась и выискивала лицо Ромы на улице в толпе прохожих, в магазинах и во дворах близлежащих домов. Однажды она услышала его голос в своём магазине через открытую дверь в подсобные помещения. Она вышла в салон и увидела Романа в стильной жилетке и белой рубашке. В салоне в это время были две старые женщины и подросток, которого послали родители за сосисками. Оценив опасность осуждения её со стороны посетителей, как нулевую, Марина решила брать быка за рога.