Сергей Волжин – Бесов Холм. Том 1 (страница 60)
Мир на краю гибели
Смешавшиеся воедино бушующие Источники открыли Эбинайзеру все тёмные тайны этого святилища. Стоявшая перед ним девушка Великим Провидением была обещана Тёмному Богу, вернее, Тёмной Богине. Две с половиной тысячи лет назад древние маги уничтожили только тело, но дух Богини избежал смерти. Теперь, чтобы вернуться, она нуждалась в сосуде, рождённом в этом мире. Три ворожеи готовили возвращение Тёмной Госпожи, а четвёртая была для неё вместилищем.
Но ладосские чародеи не успели. Колодец опустел. Он больше не выталкивал из себя волны Силы, и грохот прекратился. Огромное облако чёрного дыма полностью закрывало девушку. Кад-Давра пришла в этот мир вновь и торопилась занять принадлежащий ей по праву сосуд.
Сейчас Эбинайзер не мог полагаться на магию Светлого Источника. Непостижимо, но факт: сейчас его просто не существовало. Вместо него бушевала серая разъярённая мешанина энергий. Зачерпнуть её он не рискнул бы даже под угрозой явления всех Трёх Тёмных.
Темнокожий маг выхватил из кармана золотой трилистник и поднял его над головой. Близость вечного врага заставила кулон, напитанный магией Триглавы, засверкать, словно маленькое солнце. Осколки вплавленных кристаллов завибрировали и потрескались от исходящей из него Силы. Полагаясь на удачу, ведь ни один святой текст не указывал, как изгонять дух Древнего Бога обратно в его мир, Эбинайзер громогласно, нараспев стал читать один из считавшихся сильнейшим наговоров защиты от Тёмных сил.
Лучи яркого света коснулись чёрного облака. Оно застыло, будто в страхе, и, дрогнув, начало покидать тело девушки. Полуэльфийка раскрыла глаза, и нечеловеческий вопль вырвался из её груди. Неведомый доселе страх окончательной смерти охватил Тёмную Богиню. Ей, повелительнице тысяч миров, грозила гибель от рук этих никчёмных смертных созданий. Они почти сделали это в прошлый раз и вот теперь, кажется, всё-таки достигнут цели.
Из-за сомкнутых щитов витязей Иллиан наблюдал, как Эбинайзер Кин борется с Тёмным Богом. Ментальный круг распался, но даже без него он видел, каких колоссальных сил требует поддержка чар, которые сейчас плетёт его руководитель. Темнокожий маг сильно рисковал, обращаясь к неподвластной ему силе. Использовать силу Триглавы могли лишь прошедшие ритуал сопряжения, требующий вместе с абсолютной верой самоотверженного служения заветам церкви.
Иллиан лишь на миг обратился к Потоку, и его тут же затянуло в неистовый вихрь энергий. Неожиданно перед ним открылся вид ночного Ладоса. Яркая луна светила в небе. Город спал. С высоты птичьего полёта он увидел сад, раскинувшийся вдоль крепостной стены. Глянув вниз, различил бесформенное чёрное пятнышко на залитой магическим светом поляне. Его бросило вниз, он замер в ужасе. На обугленной траве лежал его отец. Грудь была разорвана, одежда тлела на искалеченном теле. Истиан Галлан издал хриплый стон, глаза последний раз блеснули золотом, и, сделав прерывистый, глубокий вдох…
«Истиан Галлан мёртв. Убит в Ладосе прислужником Тёмных. До окончания похода не информировать Галлана-младшего. Приказ Совета».
Иллиана вышвырнуло обратно из бушующего круговорота. Он стоял среди абсолютно чужих ему людей, глубоко под землёй, далеко от родного дома и второй раз за сегодня плакал. В памяти вертелись обрывки разговоров с отцом: его обещания больше не уезжать надолго и ссоры, когда он, как всегда, не выполнив обещание, возвращался позднее срока. Образ стал таять, пока в темноте не остались лишь глаза, мягкие и добрые, согревающие любовью глаза отца. Голову резануло болью, из далёкого далёка донеслись слова слепого учителя:
«Если ты затаил на него обиду – прости. Ведь может статься, потом ты будешь жалеть о словах и мыслях на его счёт».
Иллиан стоял, не моргая глядя перед собой. Слёзы градом катились по его щекам. В голове непрерывно звучало: «Истиан Галлан мёртв. Убит в Ладосе… Затаил обиду – прости. Истиан Галлан… Мёртв… затаил обиду – прости… потом будешь жалеть…»
Тем временем чёрное облако будто встрепенулось, заискрило зелёными всполохами и начало поглощать свет трилистника. Оно пульсировало, становилось всё больше и больше. Три алтаря полностью скрылись в нём. Дым коснулся умерщвлённых на столбах жертв, и они стали разлагаться с невероятной скоростью. Ещё до того, как тела полностью исчезли в непроглядной тьме, от них остались лишь серые, ветхие скелеты. Та же участь постигла и тело обезглавленной ведьмы.
Люди попятились к выходу. Эбинайзер тоже сделал шаг назад, но, прикоснувшись к висящему на груди кристаллу, вдруг выпрямился и расправил плечи. Кристалл засветился ярким красным светом – он обратился к специфическому колдовству ведьмаков Дан-Квали. Он напитывал наговор жрецов Триглавы своей жизненной эссенцией и обдуманно шёл на смерть. Слившись с золотым свечением Трилистника, свет из кристалла образовал барьер, сдерживающий страшный туман.
– Убейте девку! – закричал Эбинайзер. – Она тело для древней твари. Погибнет тело – сдохнет и она.
Две эльфийских стрелы прошелестели над его головой, но, лишь прикоснувшись к разрастающейся тьме, рассыпались в прах.
– Кин, это бесполезно! – выкрикнул Артур. – Нужно уходить! Нужно предупредить Совет! Мы вернёмся…
– Уходите все! Эта сука не получит мой мир! Я уничтожу её! Имя Кинов навечно останется в истории!
Крики Эбинайзера выдернули Иллиана из оцепенения. Подняв полные слёз глаза, он увидел красное свечение, исходящее из кристалла, и всё понял. Он никогда не любил лекции по заморскому колдовству, но техники островитян Дан-Квали изучил досконально, ведь то была родина его кумира. За один день он потерял двух самых близких ему людей, и теперь на его глазах, принося себя в жертву, умирал третий.
– Уходим! – скомандовал Артур, и воины медленно попятились назад.
Крепкие руки подхватили Иллиана и поволокли к выходу. Тут он окончательно пришёл в себя и, вырвавшись, бросился в заполняемый тьмой зал.
– Я не уйду! – крикнул он в чёрный туман. – Ты сдохнешь, Тёмная мразь! Я не отдам тебе его!
– Ты спятил, Галлан?! – заорал Эбинайзер. – Вали отсюда, мелкий идиот! Я справлюсь без тебя!
Иллиан остервенело раскрыл перед собой Серый, объединённый Источник и, пропуская его через себя, до предела напитал силой Умножающее заклятие.
– Ты чего удумал?! – услышал Иллиан приглушённый рёвом беснующейся энергии голос Эбинайзера. – Уходи отсюда!
Но было уже поздно. Единственный оставшийся в живых чародей Великого Рода Галлана отпустил заклятие, избрав целью пульсирующий знак Триглавы в руках Эбинайзера Кина. Неимоверная мощь обрушилась на кулон, и тот буквально взорвался, заливая нестерпимо белым светом всё вокруг.
Эбинайзер поднялся с мокрого пола. От жаркой вспышки всё ещё болели глаза, рука, сжимавшая символ Трёх Светлых, нещадно ныла – кристальная крошка превратила ладонь в кровавое месиво. Он обратился к Источнику, тот, как и прежде, чистый и светлый, ровным потоком тёк перед его внутренним взором. Зачерпнув немного тёплой и ласкающей энергии, он сотворил простенькое восстанавливающее заклинание. Ощутив его живительное воздействие, Кин осмотрелся: зловещий дым исчез, обнажённая полуэльфийка лежала на ступенях мёртвого колодца, к ней осторожно приближались Серебряные. Эйхард отдал приказ, и двое витязей спешно побежали к выходу, чуть не сбив с ног бренненского чародея, который испуганно выглядывал из коридора.
– К-кто-нибудь видал, куда под-девался наш юный герой? – прошептал Райзер. Поймав на себе изумлённые взгляды, он добавил: – Я т-тоже не видел.
Времена – они меняются
– Жители Эделии! Сегодня мы приветствуем героев, покрывших себя вечной славой! Двадцать дней назад нашему миру грозила катастрофа! Воистину то был страшный день. Услышьте меня! Забытое зло измышляло вновь прорваться в наш мир. Захватить его и поработить каждого живущего, и в том есть наша вина. Мы забыли слова наших предков! Мы слепо полагались лишь на силу магической Семинарии и сталь наших солдат. Учение Триглавы мы променяли на магические тома и дружинные тактики. И вот на юге несколько обезумевших от злобы ворожей готовили возвращение одного из Трёх Тёмных! Я говорю вам правду. Древние легенды не врали. Наш мир не одинок. Рядом с ним существует мир тёмный и ужасный. Мир, породивший ночные ужасы, бродящие по дорогам, погостам и чащам. И их время пришло. Вечный мертвец, Кад-Давр, пытался возродиться. Но благодаря мужеству и отваге группы ладосских чародеев, вставших на пути зла, его удалось остановить. Так приветствуйте же поборников Света! Ветеран, снискавший себе славу на войне с мятежными магами Севера, – Эбинайзер Кин! И потерявший по вине Тёмных приспешников, к моему величайшему сожалению, отца Иллиан Галлан!
Мюриэл Листон поклонился и сделал шаг назад. Двое представителей бывшей Центральной Магической ячейки Ладоса шагнули к мраморным перилам балкона Башни Совета. Внизу, на главной площади, тысячи жителей стольного Ладоса собрались узреть своих героев. Одни благодарно склоняли головы и молились Триглаве, ниспославшей им спасение, другие, ликуя, размахивали руками, приветствуя победивших зло. Эбинайзер Кин, гордо вскинув голову, выбросил вверх могучий кулак и издал громогласный клич победителя. Сегодня он был героем Эделии, и никто и никогда теперь этого у него не отнимет. Иллиан Галлан, последний представитель своего древнего рода, понурый и измождённый, безразличным взором смотрел в молодое осеннее небо.