Сергей Волжин – Бесов Холм. Том 1 (страница 47)

Молодчик весь подобрался – возможность бесплатно угоститься дурманящей разум и вызывающей иллюзии загубью вскружила ему голову. Он чуть ли не подпрыгнул от радости, звонко рассмеялся и махнул лучникам: мол, расходитесь.

– Оть так пударок, сударь Гант! От души дякую. Доброй дороги! – Он поклонился и, приплясывая, вернулся в таверну.

Алистер подошёл к орку и, оглядев опустевшую пристань, спросил:

– Чего этот малахольный от тебя хотел?

– Жизнь свою до срока закончить хотел.

Их задумка удалась. Гант с тревогой посмотрел на восток, туда, где сегодня ночью произошло нечто, что растревожило всех местных духов стихий. Некоторые из них вопили от нестерпимой боли. Другие, беснуясь, хохотали, потеряв дарованный им разум. Он это чувствовал. И ещё сон… Тот странный сон о пустом безжизненном мире, где с ним разговаривало неведомое существо, обещавшее покой и свободу его народу. Он знал, что в том сне с ним говорило зло и оно ещё окажется у него на пути. Не присущее его народу чувство отчаянья и страха дрожью пробежало по его телу. Шаман шумно выдохнул и зашёл по трапу на ладью.

Навстречу новой жизни

Разговор с купцом был короткий. Он искренне поверил, что Вольные являются частью разбойничьего лесного Братства, хоть и удивился, увидав в их рядах восьмилетнюю девчушку. Душегубы, чего с них взять. За своё спасение он щедро отсыпал им золотых и, отдав приказание отплывать, скрылся у себя в отдельной палатке.

Длинная тридцативёсельная ладья вышла на большую воду и, подгоняемая духами ветра, призванными Гантом, разрезая железным килем воду, отправилась на север. Гребцы и нанятые для охраны воины не были против компании Вольных. Времена настали лихие, и полтора десятка бравых рубак, умеющих обращаться с луками и мечами, не были сейчас лишними. Присутствие же такого богатыря, как Гант, добавляло уверенности, что в дороге всё пройдёт спокойно.

Орк представлялся команде светловолосым воином в начищенной кольчуге и расписных красных шароварах. Никто не замечал, что его доспехи плохо блестели на ярком солнце, а штаны не намокали от попавшей на них воды. Шаман продолжал поддерживать морок, расходуя на него и на поддержку попутного ветра всё больше сил с каждым днём.

На Эйрин команда ладьи почти не обращала внимания. Маленькая знахарка всё больше времени проводила с Гантом, слушая его рассказы. Он пытался учить её разговаривать с духами природы, просить у них помощи, понимать их. Духи Орма вели себя не в пример спокойнее своих южных собратьев: их не коснулась Тьма, и они охотно шли на контакт. Хотя Эйрин и очень старалась, выходило у неё откровенно плохо. Лишь однажды на её зов отозвался полудикий дух. Закончился ритуал огромной волной, захлестнувшей ладью и чуть не повредившей парус. По итогу серьёзного разговора Алистера с Эйрин и Гантом было принято решение отложить учёбу до приезда в Ферн.

Аксен много спал. Думал о судьбе своих товарищей по дружине. Как ни крути, он подвёл их всех – и прямо накануне битвы. О своей судьбе после прибытия в Ферн он не заботился. Вольные показались ему нормальными мужиками. Он перестал ловить на себе озлобленные взгляды Ганта и решил, что раз уж дикарь с Урусских островов смирился с его компанией, то с Грундиганом, как с бывшим воеводой и ветераном Империи, он как-нибудь договорится. Ну а если нет – Аксен никогда не боялся смерти. Будь что будет. А вот необъяснимое чувство гложущей пустоты действительно тревожило его. Долг перед Империей исчез, а новой цели в жизни он не видел. Несколько дней после побега его воспалённый разум рисовал ему такую цель, но теперь она казалась смешной и абсурдной. Защищать Эйрин?! При новой жизни бунтаря ему вряд ли придётся с ней много видеться. Для проверки преданности Вольным его, скорее всего, отправят на какую-нибудь стычку с Имперскими легионами или Серебряными дружинами. И Аксен не был уверен, что не даст проткнуть себя в первом же бою со своими бывшими друзьями. Тяжёлые мысли терзали бывшего десятника, но всё же иногда, когда он смотрел на Эйрин и сжимал подаренную ею Триглаву, ему, пусть и на время, становилось легче.

Поджигая мосты

Пройдя две версты от особняка Местралей, члены Вспомогательной Магической ячейки впали в уныние. Путь до Чернобровой винодельни предстоял неблизкий. В Ладосе стояла невыносимая духота, да и послеобеденное солнце пекло нещадно. Байя и Брастер, обливаясь потом, пыхтели в унисон. Нарцисс хоть и не выказывал усталости, но всё же нервничал больше остальных: белила на его лице стали влажными и слипались в маленькие комочки, подводка глаз растекалась чёрными пятнами. Ляйсан же бодро вышагивала впереди. Врождённая выносливость её предков позволяла ей не замечать жары, а радость возможной встречи с хозяйкой прибавляла сил.

Нарцисс остановился возле фешенебельной трёхэтажной таверны, достал небольшое зеркальце и, состроив гримасу, как мог поправил макияж. Заметив у входа вывеску с тремя прибитыми подковами, он обратился к плетущимся сзади коллегам:

– Мои туфли стоят пять золотых! В них подобает ступать лишь по дворцовому мрамору, а не топтать загаженные городские закоулки! До Чернобровой лиги полторы через все трущобы Ладоса. Так может, арендуем здесь пару лошадей?

– Ага, карету мне, карету! Полцарства за коня! – пропыхтел в ответ Брастер.

Он остановился и очередной раз утёрся рукавом. Пить на жаре самогон неясного происхождения, а именно его он принимал в толпе, было типичной ошибкой новичка. Осознав это, он решил отпустить очередную шпильку в сторону Нарцисса, но был так измотан, что смог лишь повторить уже избитое и неоригинальное:

– Вы, сударь, изволите жаловаться на столичные дороги или больше переживаете за свой фасад?

Нарцисс приготовился что-то съязвить в ответ, но, припомнив недавний разговор с Байей, моментально принял невозмутимый вид, убрал зеркальце за пазуху и лишь хмыкнул, максимально подчёркивая своё несомненное превосходство над несчастным, не стоящим и толики его внимания паяцем. Он нарочито чинно поклонился и, обойдя коротышку, зашагал к отставшей руководительнице.

Брастер проводил его кривой улыбкой.

– Что, ни презрительного взгляда, ни язвительных реплик? – вытянул шею в ожидании он. Так и не дождавшись ответа, он махнул рукой и, поднявшись по ступенькам таверны, сел в кресло-качалку под навесом.

Нарцисс, подойдя к Байе, деликатно кашлянул и в следующее мгновение почти в религиозном ужасе отвернулся в сторону. Выдающаяся во все стороны магичка тяжело дышала и обмахивалась платком. Её толстая коса почти расплелась, мокрое платье прилипало к телу и теперь абсолютно не скрывало форм, а лишь раскрывало любому наблюдающему их корпулентность. Невероятным откровением для Нарцисса стал тот факт, что белья, как оказалось, мадам Розенблат не признавала и не носила его вовсе.

– Сударыня, разрешите высказать предположение, что, взяв в аренду двух лошадей, мы сможем быстрее добраться до винодельни, – краснея всё больше и больше с каждым словом, проговорил Нарцисс. – Ведь, как я понимаю, скорость сейчас главный фактор.

– Сейчас я дала бы любому за заклятье Неутомимости, – пробормотала тем временем Байя.

Нарцисс яростно завертел головой, избегая смотреть в глаза своему руководителю. За несколько дней в ячейке он понял: когда Байя переходит на такой слог, стоит как можно строже соблюдать субординацию.

– Стражи ясно дали понять, что следят за всей волшбой в Ладосе, – не на шутку перепугался светский модник.

– Да уж куда яснее. Не беспокойтесь, сударь Меврэ. На ваш статус настоящего мужчины я и не думала покушаться. – Байя глубоко выдохнула и принялась промакивать грудь платком. – Просила же предоставить доступ к сети перемещающих кристаллов, так нет! Вспомогательная ячейка – мать вашу! Можете засунуть это назначение себе в задницу!

В разных точках Ладоса были установлены двадцать четыре кристалла с наложенными на них чарами Быстрого Перехода. Имевшие к ним доступ могли практически моментально перемещаться по всему городу. Сетью пользовались старейшины Родов, заслуженные маги и Дворцовые стражи. На членов Вспомогательной ячейки этой привилегии, увы, не хватило. Вот на эту казавшуюся сейчас вопиющей несправедливость и сетовала Байя.

– Да, доступ к кристаллам нам бы не помешал, но сейчас речь не об этом. Я предлагаю арендовать нам пару лошадей. А этому, – Нарцисс кивнул на Брастера, – и ишака хватит.

Байя устало покачала головой и заковыляла под навес таверны. С трудом втиснувшись в кресло, она откинула голову и принялась изо всех сил наслаждаться какой-никакой прохладой в тени.

– А то мула, – без особого энтузиазма добавил Нарцисс, поняв, что его уже не слушают.

– Коллега, месячного жалованья нашей ячейки едва ли хватит на ваш замысел, – всё же удостоила его ответом Байя. – Но если же вы соизволите оплатить из личных накоплений – ничего не имею против.

– Таки да, – встрепенулся Брастер. – Сколько там, вы говорите, стоят ваши туфельки, сударь богатей? Как раз на лошадку хватит!

Нарцисс смутился и опустил голову, разглядывая свои щегольские туфли. Пристрастие к модным новинкам всегда сильно било по его бюджету. Он растратил почти всё фамильное наследство, пытаясь угнаться за дворцовой знатью, чьи вкусы на одежду менялись быстрее, чем ладосские текстильни успевали шить наряды. Сейчас в его карманах брякало около двадцати серебряных монет и лишь один имперский золотой. К тому же близился срок оплаты аренды жилья, и расточительство было сейчас не по карману.