Сергей Волков – Твой «Демон Зла»: Поединок (страница 48)
Сергей брел, особо не выбирая направления, по ещё не до конца оттаявшим дорожкам, перешагивая лужи и собачии экстременты — в Москве о том уровне культуры, когда владельцы собак убирают за своими четвероногими любимцами, оставалось только мечтать.
На Сергея временами накатывали приступы необороимой тоски и отчаяния, временами, наоборот, мозг вдруг начинал мыслить очень трезво и здраво, и эти смены состояний доводили Сергея до иссупления — он мог и, самое главное, должен был спасти Катю, но совершенно не знал, КАК это сделать.
Пару раз ему на встречу попались пешеходы, спешащие по своим делам, по дороге проехало несколько машин — и все, он практически был один среди голых березок и таких же голых зданий, возвышающихся вокруг.
Обогнув одну из девятиэтажек, Воронцов вышел на довольно оживленную улицу, машинально глянул на вывеску на доме, и внутренне сжался — улица называлась «Снайперская».
Тут было уже достаточно людно, у перекрестка виднелись палатки, блестел стеклом витрин продуктовый магазин на другой стороне. Возле магазина топтались несколько бомжеватых личностей, одетых с подчеркнутым пренебрежениме к моде и времени года — кто в трико, кто в пиджаке… Они живо напомнили Сергею «свою братву» из его двора — таких же спившихся, опустившихся типов, вечно торчавших возле магазина на углу.
Сзади послышался шум останавливающейся машины. Сергей внутренне сжался, приготовившись к немедленным действиям, но птом мысленно обругал себя — кретин, кому тут есть до него дело? И тут же сзади, вслед за хлопнувшей дверцей послышалось:
— Гражданин! Одну минуточку!
Медленно, как можно равнодушнее и спокойнее, Сергей обренулся и замер: в двух метрах от него стоял сине-голубой «сорок первый» «Москвич» патрульно-постовой службы, а рядом с машиной возвышался, властно маня его к себе рукой, здоровенный старшина с коротким автоматом-»сучкой» на шее.
Мысли Воронцова заметались, как в лихорадке: «Попался?! Вряд ли, не со спины же они меня узнали! Тогда почему? Плохо выгляжу, ночь в теплотрассе точно не придала моему облику элегантности! Значит, обычная проверка докумнетов! А документы…».
«Додумать» он не успел — старшина небрежно козырнул и проговорил, ощупывая Сергея недобрым взглядом выпуклых, круглых, наглых глаз:
— Восемнадцатое отделение, старшина Руленко. Ваши документы, пожалуйста!
«А документов-то у меня — только институтское «оо-шное» удостоверение! Показывать или нет? А если обо мне уже сообщили, как говориться, всем постам? Что делать, мать твою?!», — Сергей был в отчаянии, однако внешне старался сохранаять равнодушное спокойствие, и с наигранной ленцой в голосе сказал, скорее по наитию, чем осознанно:
— Нету с собой, старшина, не ношу!
Милиционер внимательно посмотрел на Сергея, потом обренулся к машине, где сидели ещё двое — сержант за рулем, и то ли лейтенат, то ли старлей — рядом:
— Нету у него! Что, берем?
Сергей увидел, как к стеклу приблизилась бледная от недосыпа или похмелья физиономия офицера, серые глаза осмотрели его, и последовал утвердительный кивок — берем!
— Садитесь в машину, вам придется проследовать с нами в отделение для установления вашей личности! — скучным голосом сказал старшина, и аккуратно, но крепко взял Воронцова за раненную руку, сделав движение, мол, давай, мужик, садись!
Сергей медлено сделал шаг к распахнутой дверце, решая про себя новую дилемму — старшину он бы уложил с одного удара, ребром ладони по кадыку, благо, тот стоял очень удобно. Потом из пистолета — в водилу и «летеху» рядом… А потом? «А потом, в случае попадания в руки милиции ты автоматически становишся трупом — своих они не прощают!», — безжалостно прозвучал в голове Сергея «внутренний голос».
Воронцов усмехнулся и полез на заднее сидение…
Восемнадцатое отделение милиции города Москвы, двухэтажное кирпичное здание, серое и какое-то сиротливое, оказалось совсем рядом — на пересечении Снайперской улицы с улицей Молдагуловой. Доехали молча.
Сергей следом за старшиной вылез из «Москвича», и уже по пути к дверям отделения его вдруг обожгла тревожная мысль: «Пистолет!».
Он уже так привык к своей «пушке» под курткой, за поясом, что как-то и забыл, что основная масса людей ходит без оружия, и что в глазах милиции любой вооруженный человек — потенциальный преступник.
«Сейчас меня обыщут, найдут пистолет, и тогда…». Что будет тогда, Сергей не знал. У него было разрешение на ношение оружия — на обороте институтских корочек, заламинированное под общий пластик. Но показать его — значит показать и удостоверение, а Сергей очень сильно сомневался, что когда менты увидят надпись «Отдел Охраны НИИЭАП», у них не всплывут нехорошие ассоциации — все же Воронцовых много, а НИИЭАП — один…
В конце концов он решил действовать таким образом — обыщут, найдут оружие — придется показывать удостоверение и дальше действовать по обстановке. Не обыщут — значит, прокатило…
Старшина привел Сергея в дежурку, отделенную от вестибюля стелянной решетчатой перегородкой. За перегородкой сидел толстый лысый майор и грыз яблоко. Он безо всякого интереса поглядел на Воронцова, потом вопросительно — на старшину.
— Вот, товарищ майор, без документов! Куда его?
Майор опять посмотрел на Сергея, более внимательно и настойчиво, словно бы пытался узнать в этом небритом хмуром человеке кого-то занкомого, потом кивнул:
— Давай в «обезьянник»! — и официально обратился к Воронцову: — Место жительства?
— Город-герой Москва! — в том же тоне ответил Сергей, и шагнул в отделенную решеткой от основной дежурки каморку с низкой, грязной лавкой. Пахло тут так, что впору было залезать в противогаз. Действительно, «обезьянник»!
— Где-то я его видел! — задумчиво сказал майор, глядя на Воронцова, потом посмотрел на страшину: — Руленко, ну-ка, посмотри на стенде — нет у нас такого персонажа?
Старшина поправил автомат, подошел к застекленному стенду с грозным транспорантом наверху: «В розыске», внимательно начал разглядывать фотографии, изредка бросая взгляд на Сергея. Продолжалось это все довольно долго, и все это время Сергей сидел, сильно напрягшись — мало ли, вдруг он уже в розыске?
Но оказалось — нет. Добросовестно сличив лицо Сергея с доброй сотней лиц на стенде, старшина отрицательно покачал головой:
— Не, товарищ майор, такого нет!
— Ладно, бес с ним! — пробурчал майор, вновь берясь за яблоко: — Но где-то я его видел?
Старшина ушел. Майор доел яблоко, сыто рыгнул и полез в коробок — за спичкой. Ковыряя в зубах, он достал из стола приложения к «Аргументам и Фактам» «Я — молодой», и углубился в чтение.
— Товарищ майор! — подал голос Сергей из-за решетки: — А со мной-то как? У меня дел полно, я же на работе!
Майор флегматично посмотрел на Воронцова через плечо, потом с ленцой сказал:
— Через пять минут заканчивается мое дежурство! А с тобой мой сменщик разберется! Я-то все равно не успею! Пока запрос пошлют, пока ответ придет…
Майор зевнул, потом притянул к себе открытый журнал, лежащий на столе, что-то записал туда, с хрустом потянулся и взялся за телефон.
Сергей сидел на краешке грязной скамейки — сесть нормально было противно, и с умилением наблюдал, как милиционер, вытирая платком потеющую лысину, врет жене про сверхурочную работу, а потом звонит какой-то Валюше и договаривается о встрече.
Смена пришла не через пять минут, а через полчаса. Худой, чернявый, нервный капитан, полная противоположность толстому майору, вошел в дежурку быстрым, порывистым шагом, на ходу глянул на Воронцова, потом остановился у стола. Майор не спеша встал, менты пожали друг другу руки, о чем то не долго переговорили, и майор ушел.
Капитан перелистал журнал, потом долго звонил по телефону, потом разговаривал с зашедшими патрульными, потом снова звонил, и Сергей в результате понял, что если он сейчас не обратит на себя внимание, то просидит тут до вечера.
— Товарищ капитан, обратите на меня внимание, пожалуйста! — подчеркнуто вежливо, но настойчиво сказал Сергей, вставая и подходя к самой решетке: — У меня работа стоит!
— Документы надо С СОБОЙ носить! — сварливо ответил капитан, не глядя на Воронцова: — Вы все думаете, нам делать больше нечего, как всех подряд с улицы тащить сюда, а потом время на вас тратить! Сиди пока, сейчас, разгребусь маленько с делами и займусь тобой!
Пришлось сидеть. Так прошло ещё полчаса, и только тогда капитан «занялся» Сергеем. Он включил компьютер, что-то невообразимо «286-ое», серое и пыльное, долго и кропотливо, одним пальцем набивал Воронцовские данные, потом входил в сеть, делал запрос в информатории — Сергею хорошо было видно из-за худой капитановой спины весь этот процесс.
На пыльном мониторе замигала надпись: «Ждите ответа!».
— А сколько ждать, товарищ капитан? — осведомился Сергей.
— Иногда час, иногда — пять минут! Это — техника! — глубокомысленно изрек капитан, и снова занялся своими делами
Ответ пришел минут через пятнадцать. Капитан закрыл монитор спиной так, чтобы Сергею не было видно, прочитал все, что выскочило на экране, потом выключил компьютер, и гремя ключами, двинулся к двери «обезьянника».
— Ну что, все в порядке? — улыбнулся ему Сергей.
— В порядке, в порядке! — проворчал капитан, отпер решетку: — Выходите! И на будущее, чтобы не было больше подобных эксцессов — носите с собой паспорт! А то нехорошо — работаете в приличной фирме, я вашего начальника немного знаю, ваши тут, неподолеку, стоянку охраняют, хорошо охраняют! А вы — без документов!