Сергей Волков – Твой «Демон Зла»: Поединок (страница 27)
Пистолет Воронцову, с его точки зрения, выдали не самый удачный, можно было бы найти и что-нибудь помощнее, посовременнее. Его «Беретта — ZSM» образца 1980 года, безусловно, была когда-то хорошим оружием, но теперь, спустя семнадцать лет, по мнению Сергея, этому пистолету место было скорее в музее, а не у него в кабуре.
«Они бы ещё «парабеллум» какой-нибудь выкопали, времен прошедшей войны!», — думал Воронцов, заряжая пистолет, и убирая со стола ветошь, шомпол, тюбик с маслом и прочие оружейные причиндалы.
Покончив с пистолетом, Сергей взялся за нож. И без того прокованный и отшлифованный таким образом, что бы не тупиться, нож телохранителя, тем не мение, должен был отличаться бритвенной остротой. Точить нож — дело совсем не такое простое, как кажется. Воронцов вспомнил, как он изрезал себе все пальцы, в течении нескольких дней овладевая этой наукой во время учебы в «Щите», усмехнулся, достал специальные брусочки-наждаки, грубый, мелкий, и гладкий, доводочный, и принялся за дело.
Заточка ножа не терпит суеты и торопливости, поэтому Сергей постарался отрешиться от всех беспокойных мыслей, сосредоточился, и провел узким, соразмерным лезвием по наждаку, вслушиваясь в звук. Если звук чистый, без хруста, а рука с клинком идет по наждаку легко, не встречая никаких препятствий, значит, все в порядке, на лезвии нет ни одной зазубрины, и можно сразу переходить к мелкому точилу, «оттягивать» режущие кромки ножа. Потом — доводка, подшлифовка, и наконец, полировка самого лезвия.
Воронцов, довольный своей работой, полюбовался идеальной зеркальностью лезвия, убрал нож в чехол, и занялся остальным своим снаряжением.
Балончик с газом «Си-эс», специальные очки, сконструированные на основе прибора ночного видения «Сова» и позволяющие видеть в инфракрасном и тепловом диапозоне, пейджер с блинкером — небольшая коробочка с мощной галагенной лампочкой и нудным звуковым сигналом. Если вся эта светомузыка вдруг заработала, значит все, ЧП, бросай все, где и когда бы ты ни был, и пулей лети к клиенту — что-то случилось!
Нескользящие защитные перчатки, которыми можно хвататься за кабель под напряжением и за лезвие ножа, не рискуя при этом пораниться или пострадать, миниатюрный радиопередатчик, закрепляющийся в ухе, наушники, очки-хамелеоны, мгновенно темнеющие и защищающие глаза от резких ярких вспышек, вроде тех, что бывают во время взрыва светошумовой гранаты. Два патрона-насадки «Тарантул», небольшие цилиндрики с тонкими хвостовиками, вставляющиеся в ствол, и стреляющие саморазкрывающейся в полете сетью-ловушкой — оружие необычайно эффективное, особенно в ближнем бою, если неободимо взять противника живым.
Все это добро Сергей рассовал по карманам бронижилета скрытого ношения, который мог так же выполнять и роль разгрузочного жилета, при этом защищая не только от пистолетных пуль остнавливающего действия и ножа, как обычный, «ментовский» «броник», но и неплохо держащий с сотни метров автоматные пули мелкого калибра. Против «Калашникова-7,62» жилет вряд ли устоял бы, но этих «весел», по мощности больше похожих на ручные пулеметы, чем на автоматы, но уж очень громоздких и неудобных, сейчас и в армии-то осталось мало, а уж в городе Москве — и подавно.
Собственно, как телохранителю, Воронцову многое из его снаряжения было вовсе ни к чему, но живущая в каждом мужике детская тяга к оружию и разным «джеймс-бондовским» штукам-дрюкам постоянно толкала Сергея на поиски и приобретение всех этих «прибамбасов», благо, телохранительские корочки давали на это право…
Повесив снаряженный жилет в шкаф, Сергей глянул на часы — ого, уже половина второго! Он провозился со своим оборудованием почти два часа!
«Интересно, приедет Борька или нет?», — гадал Воронцов, заваривая свежий чай на кухне, то и дело выглядывая в окно, не появился ли у подъезда блестящий никелем джип Бориса.
Выглядывал, выглядывал, но все равно пропустил — Борис приехал уже в начале третьего, когда Воронцов и ждать перестал, позвонил в дверь «своим» звонком, и застал Сергея в кухонном фартуке, «шаманящего» на кухне над сковородкой с картошкой.
— Привет, старик! — Борис выглядел слегка располневшим, этаким «новым русским», с «борзеткой», сьемной автомагнитолой, «мобилой», и ключами от машины в руках.
— Давай, заходи! — улыбнулся Сергей другу: — Как твой мустанг, ещё бегает?
— Он ещё лет пять будет бегать, без проблем! — ответил Борис, снимая меховую куртку: — Это, старик, такая техника, езжу и жмурюсь от удовольствия!
Друзья сели на кухне и Борис накинулся на еду, проголодался он действительно здорово. За едой особо ни о чем не разговаривали, он и понятно — некогда. Сергей смотрел на Бориса, и в глубине души испытывал зависть — вот у человека спокойная, хорошо оплачиваемая работа, не надо особо ни о чем беспокоиться, крути себе баранку, и все! Потому и аппетит такой…
И черт же дернул его тогда согласиться на предложение Хосы с этой школой телохранителей!
Борис доел, зачистил хлебом дно сковородки, блаженно откинулся:
— Хорошо! Никогда, кажется, не ел ничего вкуснее! Кстати, ты не забыл?
— Что не забыл? — удивился Воронцов, ставя сковородку в раковину и наливая чай.
— Что значит «что»? — Борис с негодованием посмотрел на друга: — В субботу у нас с Ленкой свадьба! Эх ты!
«Ах ты, черт!», — выругался просебя Сергей: «А я ведь действительно забыл, закрутился с этим Пашутиным! Только бы на этой неделе их не вернули в Москву! Иначе в субботу я буду на работе!». Вслух же он ничего этого говорить не стал, наоборот, кивнул, словно только об этом и думал:
— Как же, помню, само собой! А где все будет происходить?
— У нас, конечно! Что за вопрос! Кстати, вы с Катей — свидетели! Об этом тоже не забудь!
«Вот тебе на!», — снова удивился Сергей:
— А где же официальные приглашения? До субботы осталость всего-ничего!
— Будут, будут вам приглашения! — усмехнулся Борис: — Ленка просто ещё не успела их отпечатать! Там, старик, такие приглашения — закачаешься, она же все же художник, и как мне кажется, не самый плохой!
Воронцов кивнул, отхлебнул чаю, и посмотрел Борису в глаза:
— Борь, я тебе хочу рассказать кое-что… Не то, чтобы особо секретные сведения, я таких и не знаю, но все же что-то такое, о чем не надо особо распространяться…
— Да ты что, Серега! — возмутился Борис: — Я — могила, ты же знаешь!
— Знаю! — подтвердил Воронцов: — Поэтому и хочу иебе рассказать, посоветоваться… Вообщем, так! Когда я был в Питере, на учебе…
Воронцов рассказал Борису все. И про красавицу Ирину, и про несчастного, выбросившегося из окна, и про укол и проверку документов. А потом — про НИИЭАП, про Пашутина, про таинственного «господина Никто», про звонки, наконец, про покушение на своего клиента, про вчерашнюю эвакуацию сотрудников НИИ на какую-то секретную базу, видимо «ФСБ-шную», в Подмосковье и про разговор с Расщупкиным в «Глубокой глотке»…
— Он хотел мне что-то обьяснить, но потом испугался, что я могу его выдать, все же мы с ним знакомы-то — без году неделя, и ничего говорить не стал, намекнул только на какие-то исследования, связанные с воздействием на человеческий мозг, электро-магнитными полями, поглотителями… Понимаешь, Борька, вроде бы, интересоваться этим некому, кроме фирмы-конкурента, но что же там за проект делают, в нашем институте, если за него конкуренты, назовем их так, готовы выложить такие бешенные деньги — я тебе говорил, ФСБ проверяло — не липа!
Борис выслушал Сергея очень внимательно, встал, налил себе ещё чаю, положил сахар, медленно размешал, покрутил головой, словно бы восторгаясь, потом сказал:
— Ну, Серега! Везет тебе на всякие такие штуки, я хочу сказать!
— Борька, договорились же — об этом не вспоминать никогда! — стукнул кулаком по столу Воронцов.
— Все, все, молчу! — с готовностью прервался Борис: — Я что имел в виду — теперь-то заварушка покруче! Тут, мне кажется, такие силы втянуты, что тебя на ходу раздавят, и не заметят! Не надо быть семи пядей во лбу, чтобы понять — Урусов, его отдел, и эти, заказчики из Европы, даже если они и ни чего не знают толком, все равно опыта в подобных делах у них — дай Бог, они… чуют, что ли, что дело серьезное, поэтому и бросали на охрану этого института такие силы! А после вчерашнего, я думаю, вообще усилят бдительность в тысячу раз, ещё бы — бывшего «полкаша» из ФСБ подслушивают их же приборами! Это же не в какие ворота!
И ещё мне кажется, что он расчухал, кто ему, ну, или вам, противостоит!
— И кто же? — спросил Воронцов, напрягаясь.
— Смежное ведомство, вот кто! — торжествующе заявил Борис, довольно приосанился, вытащил из пачки сигарету, закурил, а потом продолжил, видя, что Сергей ждет пояснений:
— Ты «Аквариум» читал?
— Ну! — утвердительно кивнул Воронцов.
— Что «ну»? Если читал, то вспомни — там Суворов постоянно пишет о противостоянии, соперничестве ГРУ и КГБ! Вот тебе и первый из возможных кандидатов! Скажем, какому-то человеку, не обязательно из политиков, просто богатому и не глупому дядьке, пришло в голову совершить государственный переворот! А у этого дядьки есть связи с кем-то из руководителей ГРУ! Они сговариваются, дядька проплачивает это дело, и спецподразделения ГРУ начинают по приказу своего начальства, по вполне легальному, законному, заметь, приказу, начинают охоту за тем, что делает это ваше НИИ… как ты его назвал?