Сергей Волков – Пасынок судьбы. Искатели (страница 32)
Я посмотрел на искателя, которого буквально трясло от накатившего охотничьего азарта, и сказал:
– Ну, хорошо! Пусть даже все так, как ты говоришь! Давай позвоним Слепцову и расскажем ему все!
– Опять ты со своим Слепцовым! – поморщился Борис: – Они только спугнут его, эти скорохваты! Нет, я предлагаю другой план: мы с тобой приезжаем в Корьёво инкогнито, поселяемся у какой-нибудь бабули, устанавливаем за домом скрытое наблюдение, и выясняем, там Судаков или нет!
– А если там? – угрюмо спросил я, ругая себя за то, что не задавил идею Бориса в зародыше, невольно начав обсуждать детали.
– А если он там – мы его… – Борис воровато оглянулся, сунул руку в сумку и вдруг вытащил черную, рубчатую гранату-«лимонку»: – Видал!? «Ф– 1»! Долбанет так, что одни подметки останутся!
– Где ты ее взял? – изумленно и испуганно спросил я.
– Купил! По случаю! – улыбнулся Борис, пряча гранату в сумку: – Ну так как, ты поедешь?
– У меня в четверг собеседование – я вроде бы работу нашел! – ответил я, твердо решив отговорить Бориса от этой дурацкой затеи – ну что за напасть, право-слово! Не дети ведь уже, взрослые люди, а занимаемся черти-чем!
– Так до четверга мы вернемся! – уверенно сказал меж тем Борис: – Смотри: мы сегодня там, ночью – наблюдаем, завтра днем – наблюдаем, и… Короче, в среду вечером вернемся, я тебе обещаю!
– Но ты хоть знаешь, где это? – я понял, что решимость Бориса непоколебима.
– Так ты что, не слышал? Смоленская область, Вяземский район, деревня Корьёво! А дом мы найдем по памяти! Ну, или спросим, на худой конец!
– А как туда добираться?
– С Белорусского вокзала – электричкой до Вязьмы, а там автобусом! Да не ссы, старик – язык до Киева доведет!
Я задумался. С одной стороны, сильно сомнительно, чтобы Судаков прятался так близко от Москвы, а с другой – неплохо было бы съездить в деревню, отдохнуть, развеется на природе. Как там все обернется – это бабушка надвое сказала, а когда еще мне удастся выбраться из Москвы?
– Паганелю будем звонить? – оттягивая время, спросил я.
– Да ты что, забыл? Он же свалил в Германию! Поедем вдвоем!
Я опять задумался. Ехать? Не ехать?
– Ну чего? – теребил меня Борис, заглядывая в глаза: – Едем, нет?
Я решительно кивнул:
– Ладно! Поехали! Уговорил!
Мы заскочили ко мне, перекусили, я переоделся в походно-спортивную одежду, захватил умывальные принадлежности, только тут вспомнил:
– Э-эх! Голова садовая!
– Что случилось? – удивленно воззрился на меня Борис.
– Я забыл презентовать Надежде Михайловне ликер!
– Эх ты, действительно, голова садовая! – упрекнул меня Борис: – Ладно, не расстраивайся, возьмем с собой! Пейзане будут рады!
– Кто?
– Ну, пеоны… А-а-а, да деревенские жители же, неуч!
Белорусский вокзал встретил нас шумной толчеей, гомоном и неразберихой, всегда встречающейся там, где собирается много народу. Шныряли нищие, беспризорники, у табло табунились какие-то беженцы-каракалпаки с чумазыми, вшивыми детьми на руках, мимо чинно прохаживались благодушные стражи порядка…
Мы благополучно успели на трехчасовую электричку, и даже умудрились занять сидячие места. Вагончик тронулся, перрон остался, мимо поплыли московские улицы, мы переехали Москва-реку, потом потянулись громады новостроек, спальные районы Крылатского, слева, вдалеке – Троекурово, и наконец, минув МКАД, электричка покинула столицу, резко набирая скорость.
До Вязьмы нам предстояло «трюхать», как выразился Борис, полных три часа, да еще и с хвостиком.
Я, утомленный позавчерашней пьянкой и полу-бессонной ночью в квартире Паганеля, вскоре уснул, привалившись головой к подрагивающей стенке вагона, а Борис вставил в уши наушники плеера, врубив его на полную громкость – аж мне было слышно!
Проснулся я от толчка – электричка где-то остановилась.
– Где это мы? – хриплым спросоня голосом спросил я, крутя головой – пока я спал, стемнело, и за грязным окном лишь светились сквозь ненастный осенний мрак тусклые фонари.
– Можайск! – ответил Борис, переворачивая в плеере кассету: – Часа два ты продрых, поздравляю! Всегда завидовал людям, которые могут спать в дороге – не так скучно!
– Борь, что ты слушаешь? – осведомился я, потягиваясь и разминая уставшее после сна на жесткой лавке тело. Вместо ответа искатель молча вставил мне в ухо наушник и нажал кнопку. В ухе зашипело, заиграла музыка, и высокий, резковатый голос запел:
– Что это? – удивленно спросил я, снимая наушник. Борис улыбнулся:
– Песня, соответствующая моменту! Это из раннего «ЛСД», слыхал такую группу?
Я кивнул, а Борис продолжил:
– Я современную музыку вообще слушать не могу, все эти рэпы-рэйвы-техно-дэнсы… Чего там еще есть? Хип-хоп? Бр-р-р, муть! Так, собрал коллекцию любимых в ранней молодости групп, благо, на «Горбушке» все можно достать, теперь балдею!
Я в свое время тоже увлекался музыкой, поэтому у нас с Борисом, оказавшимся упертым меломаном, нашлось о чем поговорить аж до самого Гагарина.
Народу в электричке становилось все меньше и меньше, да и типажи поменялись – если в начале с нами ехали одни москвичи, то теперь на остановках в вагон залезали мрачноватые, дряхлые бабули с корзинками и котомками.