Сергей Волков – Пасынок судьбы. Искатели (страница 21)
– Б-борька, пошли на хер отсюда! – я дернул искателя за рукав.
– А если там тупик? – мотнул он головой, но потом обречено махнул рукой: – Ладно, пошли!
– Валите, валите, журналюги гребанные! – донеслось до нас с берега.
– От кого слышу? Сами вы – баптисты муевые! – ответил Борис, который, как я понял, в словесных перепалках любил оставлять последнее слово за собой, и мы двинулись в неизвестность, осторожно ощупывая ногами скользкое дно.
– Как ты думаешь, Паганелю удалось убежать? – спросил спустя некоторое время Борис.
– Не знаю! – пожал я плечами: – Думаю, что да – он же тут все знает, наверняка что-нибудь придумал, и скрылся! Да и побежало за ним, по-моему, только трое, если что, он их из своего пистолета захолокостит!
– Эх! Мне бы этот пистолет, я бы устроил этим дерьмоедам веселую жизнь! Как говориться: «Команда „Газы!“ дана для всех!» – вздохнул Борис.
– Пока что дерьмоеды – это мы с тобой! – невесело пошутил я, прижимаясь по ближе к стене – тут действительно было помельче.
– Это почему же?
– Потому что еще не известно, сколько нам придется шагать, а может, и плыть, и даже нырять в этом дерьме! – и, словно в подтверждение собственных слов, я оступился и с головой погрузился в протухшую, вонючую воду.
Коридор казался бесконечным. Уровень воды был по всюду одинаков – по пупок человеку среднего роста. Временами в полной темноте встречались отсветы расположенных где-то наверху выходов на поверхность, видимо, оттуда сливали в старину нечистоты, или текла и по сей день дождевая вода.
Мы брели, и я старался не думать о том, какие формы жизни могут существовать в этих мрачных тоннелях. Разум подсказывал, что в отравленной гниением и всякими канцерогенами воде не могло существовать ничего живого, однако в памяти всплывали сюжеты из фильмов ужасов, про гигантских канализационных змей, крокодилов, всяких монстров, и тому подобной нечисти…
– Боже мой! – простонал шедший чуть впереди Борис: – Когда-нибудь это болото кончиться?
– Когда-нибудь кончиться! – в тон искателю ответил я, снова поскальзываясь, и лишь с трудом удерживая равновесие.
– У меня есть огромное желание: когда мы выберемся отсюда, собрать ребят, отыскать этих мразюков и их самих загнать сюда! Да еще и заставить понырять! – ожесточенно проговорил Борис, шумно плеснув водой.
– Не думаю, чтобы они собрались в этом месте снова! – с сомнением покачал я головой: – Ты же слышал – они называли нас журналюгами! Они решили, что мы пришли специально, выследить их шабаш, а потом расписать все это в газетах!
– Ну и хрен с ним! – в бессилии ругнулся Борис.
Разговор сам собой смолк – дно плавно уходило вниз, вода начала доходить до груди, а вскоре – и до плеч.
– Серега! – раздался тяжелый голос искателя: – Мне кажется, впереди – свет!
Я, изо всех сил вытягивая шею, вгляделся в темноту – ничего!
– В потолке открылись люки! – крикнул я Борису.
– Где? – удивленно спросил он, вертя, судя по всплескам, головой.
– Не волнуйтесь, это «глюки»! – закончил я стишок, и Борис только плюнул:
– Юморист, твою мать!
Мы продолжали брести, погрузившись уже по шею, и я думал, какие же все-таки странные вещи случаются с людьми в жизни! Вот, к примеру, я. Простой обыватель, ничем не примечательный человек, оказался вовлеченным в дикую историю, начавшуюся со смерти моего друга, и продолжавшуюся здесь, в старинных подземельях под Москвой, о существовании которых я даже не подозревал, как и миллионы москвичей, живущих своей обычной жизнью там, наверху.
Какие еще испытания уготованы мне судьбой? С какими людьми сведет меня она? Что будет завтра, через неделю? Суждено ли нам вообще когда-нибудь выйти на след убийцы Судакова, суждено ли разыскать проклятый амулет?
Вопросы, множество вопрос, не имеющих ответов, теснились у меня в голове. Мы все шли и шли по мертвому поземному озеру…
Выход мы увидели гораздо позже – спустя минут двадцать – двадцать пять. Впереди замаячило белесой пятно, дно круто пошло вверх, вода отступила, мы уже не брели – почти бежали, расплескивая воду, щурясь на яркий дневной свет.
– Это сток! – уверенно сказал Борис, указывая на круглое, метра полтора в диаметре, отверстие в сплошной стене, перегородившей тоннель. Когда-то уровень воды в нем был выше, и она вытекала через отверстие. У стены громоздилась целая баррикада из досок, обломков бревен, какого-то плавучего мусора.
Борис, разбрасывая кучу гнилого плавника, полез на верх, высунулся в отверстие, и только присвистнул:
– Вот не везет, так не везет!
– Что там? – спросил я, выжимая рукава и полы пальто.
– Это дырка находится прямо посредине крутого берега реки, по-моему, Яузы! – ответил Борис, выглядывая наружу: – Внизу вода, сверху – обрыв! Чего делать?
Я поднялся, оскальзываясь на гнилых досках, к нему, и тоже высунулся, оглядываясь.
Положение было серьезным. Либо мы прыгаем вниз, в холодную октябрьскую воду, либо проявляем чудеса скалолазания, взбираясь вверх по гладкой, одетой в гранит поверхности. Правда, у второго способа был свой плюс – берег реки не обрывался вертикально вниз, а имел небольшой уклон, и теоретически, на нем можно было удержаться.
– Давай сделаем так! – предложил дрожащий от холода Борис: – Я полегче тебя, поэтому ты подсаживаешь меня вверх, и толкаешь, а я, распластавшись по поверхности, пробую дотянуться до парапета! Если удается, вытягивая потом тебя!
Других вариантов у нас все равно не было – снова лезть в воду нам решительно не хотелось!
Я подсадил искателя, и Борис проворно вкарабкался мне на плечи, пытаясь руками ухватиться за какую-нибудь выемку.
– Поднимай выше! – прохрипел он, переступая ногами. Я уперся ладонями ему в подошвы, поднатужился… и вытолкнул Бориса на верх!
– Порядок! – донеслось до меня: – Я уже на набережной! Попробуй закинуть мне свое пальто!
Я стянул мокрое, тяжелой, жутко грязной пальто с плеч, и с третьей попытки забросил его наверх.
– Давай, Серега! – крикнул Борис: – Хватайся!
Высунувшись из стока почти целиком, я изо всех сил потянулся и намертво вцепился в болтающееся, мокрое одеяние. Борис поднатужился, и вскоре мы уже бежали вдоль набережной Яузы, пытаясь согреться, и на ходу обсуждали, что делать дальше.
– В таком виде ни в метро, ни в такси, ни куда! – синими губами с трудом бормотал Борис, на бегу выжимая куртку.
– С-слуш-шай! – стуча зубами, сказал я ему: – Д-до м-меня от-т с-сюда ч-час с н-небольш-шим п-пешк-ком! П-побеж-жали!
И мы побежали.
Мы неслись, как угорелые, не обращая внимания на удивленные взгляды людей, перебегали улицы под носом у отчаянно тормозящих автомобилей, срезали, ныряя во дворы, с одной только мыслью – спастись от холода!
Постепенно одежда начала парить, нагреваясь от тепла наших тел. На улице было довольно холодно, но я благодарил Бога, что мы не попали в подобную передрягу зимой – мы бы просто замерзли, и если не насмерть, то воспаление легких было бы нам точно обеспечено!
Стемнело, когда, измотанные, уставшие до крайности, мы добежали до моего дома!
Скинув прямо в прихожей мокрую одежду, я отправил Бориса в душ, а сам, кое-как смыв на кухне мерзкую подземную грязь с рук, полез в тумбочку – за чистой одеждой.
Минут через двадцать, распаренные чаем с малиной, облаченные в свитера и шерстенные носки, мы блаженствовали в комнате, рассевшись по кроватям.
– Хорошо все то, что хорошо кончается! Сейчас бы еще сто грамм, для сугреву! – рассуждал Борис, прихлебывая из чашки чаек. Мы уже связались к тому времени с Паганелем, выяснилось, что все в порядке – археолог обманул погоню, и даже потратил несколько часов на наши поиски! Мы договорились, что ближе к девяти, когда просохнет одежда, приедем к нему ужинать, а заодно обсудим, что делать дальше.
– Если бы мы были чуть-чуть поосторожнее!.. – проговорил я, зевая: – Нам бы не пришлось столько плюхаться по этой мерзкой жиже!
– Если бы мы были чуть-чуть поосторожнее, мы бы вообще не занялись этим делом! – ответил Борис, вставая: – Ладно, хватит балдеть, у тебя есть утюг?
У Паганеля нас, как и было обещано, ждал роскошный ужин!
После еды мы традиционно прошли в кабинет хозяина – покурить, и обсудить создавшееся положение.
– Я думаю, на базу нам все же придется наведаться! – сказал Паганель, выпуская из своей трубки кольца синеватого дыма.
Мы с Борисом дружно запротестовали – лезть еще раз в мрачные катакомбы нам решительно не хотелось.
– Вряд ли Судаков появлялся там! – сказал я, поудобнее устраиваясь в мягком кресле: – Если эти малахольные так кидаются на всех, кто их тревожит, я буду молить Бога, что бы они утопили Судакова в той вонючей луже, куда загнали нас!
– Кстати! – оживился Борис: – А что это за секта такая?
Паганель задумался:
– Я думаю, это сатанисты! Перевернутый крест, оргии голышом – очень похоже! Да и агрессивны они сверх меры! Наверняка, какие-нибудь последователи Черного мессии! Хорошо, что мы остались целы и невредимы. Я думаю, вы правы – проверить базу мы всегда успеем! Тогда у нас только одна зацепка – тайник, про который рассказала Косицына!
– Решено! – хлопнул себя по колену Борис: – Завтра едем искать тайник! Он, к счастью, не под землей!
Глава седьмая
«… Долго еще пробирались Шестаков, Грищенко и Володя сквозь дыры в дощатых заборах, пока не дошли до облезлого двухэтажного дома с каменной подворотней.