Сергей Власкин – Миллионеры (страница 1)
Сергей Власкин
Миллионеры
– Жанна! В новогоднюю лотерею вы выиграли крупную сумму денег. Триста восемьдесят миллионов рублей!
– Да! Мне крупно повезло!
– Поделитесь с нами, какие эмоции вы испытали на тот момент?
– Я даже не знаю, что сказать… Это было неописуемо!
– Хочу открыть вам небольшой секрет. На предстоящих праздниках обещают разыграть миллиард! Вы купите билет?
– Зачем? Я теперь богата. А богатые не покупают лотерей!
отрывок из интервью
Пролог
Приталенное, короткое платье синего цвета, усыпанное тысячей страз, ярко отражавших свет диско шара в ночном клубе, идеально сидело на высокой стройной блондинке. Вряд ли кто мог подумать, что это оригинал от «Edem» стоимостью почти полмиллиона рублей, а тем более – о колье из белого золота, инкрустированного брильянтами, которые так изящно подчёркивали цвет её выразительных тёмно-карих глаз. Мысли об этом вызывали у девушки чувство восторга и эйфории. Серьги с двумя голубыми сапфирами. Золотые розовые часы от «Cartier». Самое дорогое шампанское. Отдельный «ВИП-столик». Теперь она может себе всё это позволить! Что ещё желать? Разве только хорошего секса с каким-нибудь красавчиком, чтобы окончательно развеять не покидающую её в последнее время тоску. Именно с этими мыслями, после двух выпитых бутылок «Mercier Brut Rose», состоятельная девушка, спрятав своё блестящее платье под норковой шубкой, вышла на улицу – освежиться. На крыльце клуба громко и буйно о чём-то спорила компания молодых парней. Их голоса эхом отражались от стен соседних домов. Кажется, ещё чуть-чуть и этот спор может перерасти в драку. Заметив напряжённую обстановку, девушка решает отойти подальше и, ускорив шаг, сворачивает за угол. Холодный февральский ветер быстро отрезвлял её сознание и из памяти вновь стало всплывать лицо умершей дочки. В такие моменты она предпочитала быть всегда пьяной…
Дверь служебного входа закрываясь громко хлопнула. Выдыхая сигаретный дым, девушка взглянула на вышедшего мужчину. Он был одет во всё чёрное: куртка, штаны, ботинки. Натянутая до самых глаз – шапка. Лицо же при этом плотно облегала медицинская маска.
– Простите! Зажигалки не будет? – поинтересовался вдруг тот.
Высокий мужчина пристально смотрел на её ярко выраженную родинку на правой щеке. Свои руки он прятал в кожаных перчатках, на тыльной стороне которых виднелась вышивка в виде ромбиков с крестами. Рассматривая его более внимательно, она вдруг стала испытывать беспокойство, тревогу и даже страх.
– Есть зажигалка? – покручивая сигаретку вновь спросил мужчина.
Громкий крик буйной компании за углом внезапно встрепенул её затуманенное сознание отогнав при этом в сторону чувство опасности:
– А…? Да! Есть.
Открыв сумочку, всё внимание сосредоточилось на поисках. Руки стали шарить по отделам. Как вдруг… В глазах потемнело, и она, теряя сознание беспомощно упала на снег.
Девушка очнулась в машине примотанная намертво скотчем к сидению. Свободными были лишь руки, и то по локоть, чтобы иметь возможность управляться с смартфоном. Конечно она сперва кричала и пыталась вырваться, но всё было тщетно. Передёрнувшийся за спиной затвор пистолета – заставил её замолчать, а сладкие обещания похитителя о свободе вселяли надежду на благоприятный исход.
– Я разблокировала приложение как вы и хотели, – заплаканным голосом говорила она. – Теперь вы меня отпустите?
– Отпущу, – отвечал сидевший у неё за спиной мужчина. – Сейчас я разрежу скотч, и ты можешь идти!
Голос его был басистый, немного с хрипотцой. Он звучал убедительно, и девушка почувствовала облегчение. Однако страх никуда не делся, ведь скотч ещё не разрезан! Как выглядит похититель, она так и не смогла увидеть. Эта мысль придавала ей уверенности о свободе. Слух уловил некое шуршание, а в следующий момент полиэтиленовый пакет вдруг окутал её лицо – лишая возможности дышать. Какое-то время она отказывалась верить в происходящее: «Это всё не взаправду! Это просто реалистичный страшный сон». Вскоре лёгкие стало сдавливать и колоть. Девушка, дёргалась из стороны в сторону всячески пытаясь дотянуться до пакета теряя тем самым ещё больше драгоценного кислорода. Ей почему-то до сих пор казалось, что он вот-вот отпустит её! Она не переставала цепляться за эту надежду до последней секунды своей жизни.
Денис и Рита
Денис стоял и слушал как пререкаются между собой эти две женщины. Та что постарше была ему тёщей, а другая – женой. Стоило им приехать в гости к Ритиной маме, то ровно через пятнадцать минут они начинали ругаться. Бывало Денис даже смотрел на часы засекая время до начала их словесной перепалки. «Всё по графику. Ровно пятнадцать минут».
– Мам! Ну что ты опять начинаешь? Прекрасно знаешь, что у нас маленький дом!
– А ты их для кого рожала? Для меня? Я устала растить твоих детей!
– Это твои внуки между прочим!
Наталья Григорьевна включала эту заезженную пластинку всякий раз как они приезжали. В свои шестьдесят четыре года, её пальцы нещадно болели и с трудом уже могли открыть даже простую банку с огурцами. Сил на воспитание внуков с каждым месяцем становилось всё меньше и меньше. Половину своей жизни она проработала на заводе – стоя у станка. А когда на протяжении многих лет выполняешь одни и те же движения по четыре тысячи раз в день, то твои суставы уж точно не скажут тебе «спасибо». Не смотря на свой невысокий рост и худощавое телосложение, Наталья Григорьевна была строгой и жёсткой женщиной. Послушание, дисциплина и повиновение – вот её жизненное кредо. Внуки безоговорочно слушались свою бабушку. Они знали, что за хорошее поведение им вечером будет что ни будь вкусное. Но если кто из них провиниться… Тогда бабушкин гнев обрушивался на всех троих! Самым старшим из них был Егор. Ему было шесть. Егор один из тех немногих детей, которые с нетерпением ждут своего первого учебного дня в школе. Двое других – Влад и Захар, были погодки. Владу – четыре, а Захару – три. Рита оставила их жить у бабушки после того как расписалась с Денисом.
Он стоял, слушал и никогда не вмешивался. Спорить с тёщей было бесполезно. Единственный человек, который мог дать ей отпор – это Рита. По характеру она как яблоко, недалеко упавшее от яблони. В этот раз они приехали с тортом и бутылкой вина, чтобы отметить международный женский день. Через двадцать минут запал тёщи поугас, и Рите всё же удалось усадить всех за стол. Этот семейный обед не был для него приятным. Наталья Григорьевна то и дело выпускала языки пламени в сторону Риты и скромно сидящего Дениса. Даже без повода она всегда могла найти в чём их упрекнуть. Порой было проще согласиться или промолчать.
«Наконец-то закончился этот праздник – восьмое марта», – подумал Денис и закрыл расхлябанную пластиковую дверь-гармошку туалета. В трёх метрах от него, в соседней комнате сидела Рита. Ёрзая пятой точкой по старому угловому диванчику, периодически поглядывая в телевизор, она расковыривала вилкой ролл, пытаясь добраться до мяса угря, спрятанного посредине. В новом платье её большая грудь, поддерживаемая бюстгальтером, весьма эротично выпирала вперед. Мелированые волосы свисали над столом и закрывали круглые щёки с пухлыми, подкаченными губами. Прелесть картины портили гусеничные складки на животе. Он посмотрел на Риту и невольно задумался: «За что же ты её полюбил? А может это и не любовь? Просто сперва занимались сексом, а потом вроде, как и притёрлись. Жить стали вместе. В прошлом году вон свадьбу зачем-то сыграли?! Думаешь смог бы найти кого получше? Только ведь и ты далеко не красавчик! Передние зубы большие, с щербинкой. Растопыренные уши. Рост маленький. Мышцы так и вовсе сдулись, а пивной живот наоборот – надулся».
Дом, в котором они жили, достался Денису от мамы. Она умерла от рака пару лет назад. Комната где сидела Рита, была скорее квадратным коридором, ведущим из кухни-прихожей в спальню. Сам же дом давно требовал капитального ремонта, как с наружи, так и внутри. Старый пошарканный линолеум на скрипучем неровном полу. Ободранные обои. А столетний порванный ковёр, закрывающий самую страшную часть в этом квадратном коридорчике, пора было уже давно просто выкинуть. Отдельного внимания заслуживала их мебель. Угловой диван, который там стоял, держался на честном слове. Его подлокотники были грязные и засаленные до черноты. Нижняя часть лишилась своей когда-то красивой обивки оголив скрывающийся под ней деревянный каркас. Кухонный гарнитур с провисшими дверями, а шкаф, в котором хранилась одежда, был обмотан скотчем, чтобы не сложиться в один прекрасный момент как карточный домик. Казалось бы, что тут сложного? Взять отвёртку и закрутить крепления, а в диване забить торчащий гвоздь, который то и дело любит впиваться в мягкую часть тела Риты. Но Денис был не годен для такой работы. Да и молоток он в руках отродясь не держал.
Дэн достал из холодильника последнюю полторашку пива: – Ещё не началось?
– Нет! Разливай давай!
Рита могла себе позволить гавкнуть на Дениса или морально сдавить его яйца так, что он бывало начинал сомневаться в их присутствии. С ней Денис был мягкий и податливый. Однако так было не всегда! Сначала конечно же он пытался доминировать, но затем быстро получал отпор. Рита любила его. А ещё она была человек привычки. Об этом многое мог рассказать её довольно старый кухонный нож, стоявший в одной подставке с новыми – купленными Денисом. Этому ножу было много лет. Деревянная рукоять изрядно пошаркана. Тонкое и гибкое лезвие от заточки со временем стало в несколько раз меньше. Сперва ножик показался ей неудобным, но позже рука привыкла. Теперь Рита уверена, что лучше модели чем эта – просто не существует.