Сергей Вишняков – Король Людовик Святой (страница 35)

– Очень-очень древнее блюдо, ваше величество! – произнес посол. – Его случайно нашли в Дамаске при перестройке дворца. Мудрецы говорят, что его создали еще до рождения пророка Мухаммеда. Золото и серебро превосходные! А это подарок для королевы. Эмир Ан Насир Юсуф знает, что с вашим величеством в Акру прибыла королева, и он не мог обойти подарком ту, о красоте которой говорит уже весь Восток.

Перед изумленным взором Маргариты Прованской предстали ящички, полные стеклянных цветных флаконов с благовониями, кремами, золотые серьги невероятной длины в виде двух танцующих, распушивших хвосты павлинов, мотки пурпурного и фиолетового шелка.

Королева улыбалась, глаза ее блестели. Она радостно смотрела на короля, посла и подарки, довольная и счастливая.

Людовик добродушно смотрел на посла, улыбнулся ему, показав, что знаки внимания эмира Дамаска и Алеппо приняты и король в благосклонном настроении.

– Какое поручение дал вам эмир Ан Насир Юсуф, а визирь?

– Мой господин – праправнук великого Салаха эд Дина, и, как и свой знаменитый предок, эмир справедлив, мудр и храбр. Он такой же Айюбид, как и покойный султан Туран-шах, подло убитый псами-мамлюками. Мой господин, узнав о смерти своего родственника, долго скорбел и поклялся отомстить проклятым рабам, посмевшим поднять нечестивую руку на султана. Аллах свидетель, как мой господин зол! Но, когда в Дамаск пришла весть, что мать Туран-шаха вышла замуж за одного из этих поганых псов-мамлюков, которого кличут Айбаком, эмир Ан Насир Юсуф, да продлит Аллах его дни и даст каждому его дню счастье, эмир пришел в неописуемую ярость! На трон Айюбидов сел презренный раб! Шаджар ад-Дурр совсем потеряла рассудок, раз вышла замуж за одного из убийц сына.

Мой господин не признает власть мерзкого раба Айбака. Мой господин отомстит за смерть Туран-шаха и восстановит справедливость! Он, Айюбид, должен занять положенное ему место султана, а Айбака казнить. Грядет война. Большая война! Мамлюки должны быть уничтожены! Мой господин Ан Насир Юсуф предлагает вам, королю Франции, союз. Он слышал, как унижали пленных франков мамлюки, он знает, что вы тоже хотите отомстить мамлюкам. Давайте мстить им вместе?

Людовик внешне слегка улыбнулся, а в душе ликовал! Он чувствовал, что удача сама спешит к нему!

– Какие конкретно предложения у эмира?

– Во-первых, вы, король Франции, не нападаете на владения эмира Дамаска и Алеппо, когда он будет вести войну. Во-вторых, вы так же выступите против мамлюков вместе с моим господином, пусть не лично вы, но кто-то от вашего имени поведет ваше войско в поход. В благодарность за эту помощь, когда мамлюки будут разгромлены и мой господин станет султаном Египта, он обещает отдать вам Иерусалим.

Иерусалим! Иерусалим! Мечта, которая может сбыться! Без штурма Святого города, без крови в тех священных местах, где ходил Иисус Христос! Мир, счастье и благоденствие! Оставшись один после аудиенции, Людовик, окрыленный предложением султана, крепко призадумался. С одной стороны, ему было приятно осознавать, что эмир Дамаска видит в нем угрозу, хотя и наверняка знает, что армии у французского короля нет. Однако эмир, судя по всему, предполагает, что Людовик может повести за собой все силы восточных христиан – Иерусалимского королевства, графства Триполи, княжества Антиохии, тамплиеров, госпитальеров, тевтонцев, а то еще и Кипра. Если бы действительно он мог всех их собрать воедино! Но все берегут собственные силы, опасаясь потерять больше, чем приобрести. Ан Насир Юсуф не знает, что король Франции совершенно один. Он думает, король всесилен. Он тоже прослышал, что король собирает войско, и, наверное, думает, что из Европы вскоре будут приходить в Акру корабли, полные крестоносцев. Пусть так и продолжает думать. Людовику пока не с кем начинать войну против Дамаска. Но удастся ли, только соблюдая договоренность о ненападении, получить от эмира Иерусалим? Не имея войска, которое могло бы грозить в случае отказа от выполнения условия, можно только наивно надеяться на порядочность эмира.

Ан Насир Юсуф планирует начать войну уже осенью, значит, времени совсем мало. Вряд ли Людовику удастся до этого момента собрать хоть сколько-нибудь серьезный отряд. Однако для начала может хватит и две сотни людей – как бы демонстрация готовности в союзе с Дамаском начать войну. Мол, начинай, эмир, я с большой армией подойду попозже. Один Бог знает, вдруг война между Дамаском и Каиром сподвигнет христиан здесь, на Востоке, и там, в Европе, начать новый крестовый поход? Во всяком случае, упускать такой шанс вернуть Иерусалим нельзя!

Но есть и другая сторона. Вдруг войско Ан Насира Юсуфа не сможет одолеть мамлюков и будет разгромлено? Понятно, что Иерусалим он не передаст христианам, так как им владеют египетские султаны. В этом случае для Людовика ничего не меняется, разве что самый ближайший враг становится слабее. Нет-нет, все иначе, все сложнее, чем кажется. Союз с Дамаском скрыть от мамлюков не удастся, тем более если послать с войском эмира даже маленький отряд. А у султана Айбака и Шаджар ад-Дурр есть серьезные аргументы, чтобы сразу вывести французского короля из войны. Мамлюки удерживают пленных крестоносцев, эти несчастные сразу же станут первыми жертвами союза Людовика с Ан Насиром Юсуфом. Нельзя рисковать тысячами жизней христиан ради призрачной возможности получить Иерусалим даром. Господь на небесах это точно не одобрит!

Людовика осенило! Дрожа, он упал на колени перед распятием, благодаря Христа, что он навел его на правильную мысль.

Надо самому отправить посла к мамлюкам и пригрозить им, что если пленных не отдадут без выкупа, то король Франции заключит союз с Дамаском! Мамлюки уже наверняка знают, как зол на них Ан Насир Юсуф и как жаждет сам стать султаном Египта, они будут бояться его союза с Людовиком, ведь можно наплести, что новая армия крестоносцев уже собирается во Франции и обязательно нападет, если не выполнить условие короля.

Однако при этом важно и поддерживать видимость союза с Дамаском, чтобы эмир раньше времени не обнаружил двойную игру французского короля. Людовик решил воспользоваться знанием арабского языка доминиканца Ива ле Бретона, живущего в Акре. Он всего лишь монах, посвящать в детали собственного плана не нужно. Ив ле Бретон должен будет убедить эмира Ан Насира Юсуфа, что король согласен на союз с эмиром и начинает собираться с силами. Но Ан Насир Юсуф не глуп. Монах, понимающий по-арабски, никак не тянет на человека, уполномоченного вести политические и военные переговоры. Чтобы придать пустым словам Ива ле Бретона веса, Людовик приказал ехать вместе с ним недавно поступившему на службу Жану Армянину – воину из Киликийской Армении, очень деловитому, хитрому, любящему деньги и при этом весьма бережливому. Жан де Жуанвиль и Жиль ле Бретон рекомендовали Людовику назначить Жана Армянина начальником вооружения, что и было сделано. Теперь он должен был сопровождать Ива ле Бретона в его миссии в Дамаск, имея собственную задачу – покупать в большом количестве рога и клей для производства арбалетов. Пусть эмиру доложат, что Людовик Французский действительно собирается воевать, и королевский оружейник в Дамаске будет как раз лицом, подтверждающим слова Ива ле Бретона.

Тем временем рыцарь Жан де Валансьен отправится в Египет, чтобы предупредить Шаджар ад-Дурр и ее всесильного мужа мамлюка Айбака, что король Франции вступит в союз с эмиром Ан Насиром Юсуфом, законным претендентом на трон Айюбидов, из Европы придет помощь, которая уже (якобы!) собирается в Южной Франции и Италии, и тогда мамлюкам придется плохо. Чтобы этого не произошло, король требует отказаться от выплаты оставшихся двухсот тысяч ливров; освободить всех христиан, взятых в плен, как во время войны в Египте, так и ранее, в других войнах; вернуть всех мальчиков-пленников, похищенных у родителей-христиан, проданных в рабство и насильно обращенных в мусульманскую веру; для христианского погребения вернуть головы рыцарей, выставленные на каирских стенах.

Последние пункты король решил внести, чтобы придать эффекта исключительной уверенности в своих силах перед Айбаком. Шанс, данный судьбой, надо разыгрывать по-крупному. Одни лишь двести тысяч ливров выглядят не по-королевски, слишком мелочно. Грозный король с Запада, утверждающий, что его силы не иссякли и он вновь готов на вторжение, да еще в союзе с Дамаском, должен требовать все, что только возможно.

Глава тринадцатая. Возвращение пленников

В октябре 1250 года дозорные в Акре завидели корабли. Среди них они узнали по парусам судно, на котором пару месяцев назад уплыл в Египет королевский посол Жан де Валансьен. А возвращалось оно не одно, а с другими кораблями. Сразу же дали знать королю. Акра загудела. Людовик, оседлав коня, не дожидаясь рыцарей свиты, помчался в порт, стараясь унять радостно бьющееся сердце. Порт быстро заполнялся народом.

Жан де Валансьен сошел с корабля, гордо подняв голову, как победитель в долгой дипломатической борьбе. За ним спустился по трапу на землю Акры после шести лет заточения магистр госпитальеров Гийом де Шатонёф, а с ним и другие рыцари. Здесь были: двадцать пять госпитальеров, пятнадцать тамплиеров, десять тевтонцев, сто других рыцарей и шестьсот простых воинов. Изможденные, больные, но живые, выходили из трюмов кораблей несчастные пленники.