Сергей Вишневский – Такая война (страница 10)

— Повтори еще раз, — попросил парень, собираясь с духом.

— Веревки тянем, пока тебя от земли не оторвет, — неуверенно начал Вар. — А потом к нежити, подальше отходим.

— Билл?

Здоровяк повел плечами и кивнул.

— Перед тем как уходить, ножом ноги под коленом режем саторцу и руки в запястьях.

— Хорошо, — кивнул Мак и облизнул пересохшие от волнения губы. — Тяните. Тяните, пока я не передумал.

Воины неохотно переглянулись и взялись за конец, привязанный к правой руке. Немного усилий и торс парня оторвался от земли. Десятник кивнул, и они отправились к следующему колу, чтобы натянуть ноги.

Стоило парню оказаться растянутым в воздухе, он задрал голову так, чтобы было видно перепуганного и рвущегося в путах саторского воина.

Билл кивнул кивнул десятнику и, аккуратно подойдя к пленному, расположенному на импровизированном алтаре из досок, резанул его в указанных местах.

Из ран тут же толчками начала литься кровь, покрывая дерево и руны кровью. Воин взревел, но кляп и хорошо закрепленные доски не дали ему шансов.

С другой стороны огромного ритуала находилась куча медного хлама и стальные перчатки. Мак дождался, пока под жертвой натекла приличная лужа крови и, сглотнув, активировал плетение.

Заклинание было довольно сложным, и у парня выступил пот на лбу от усилий. Ритуал начал исходить темной дымкой, набирая силу, и он с трудом им управлял.

Первым признаком успеха был пленный, которого выгнуло с такой силой, что захрустели веревки, суставы и жилы. Его слегка приподняло на досках, после чего он забился мелкой дрожью, пуская сквозь кляп пенистые слюни.

Пара минут бушевала темная энергия, вспыхивая черными языками пламени в разных участках. Затем, словно кто-то нажал на паузу, все замерло. Замерло черное пламя, замерла жертва, даже ветер и тот, словно испугался и решил обойти черный ритуал стороной.

Медь, сваленная в кучу, в месте, где была изображена руна демонических врат, в одно мгновение превратилась в расплавленную лужу. Ручеек металла потек, захватив с собой золотые монеты неподалеку, и отправился от руны к руне словно змея из раскаленной меди. Набирая темную силу, цвет металла становился все насыщенее.

Когда медная змея подползла к Маку, то разделилась на две поменьше и вонзилась в руки. В следующее мгновение время снова пустилось вскачь.

Темный подмастерье заорал во все горло. Протяжно, истошно, с надрывом. Парень завопил настолько жутко, что солдаты в панике сначала бросились бежать, но быстро остановились.

— Может достать его, — подал голос Билл.

— Не лезь, а то убьет и как звать не спросит, — одернул Вар, сглатывая ком в горле от жуткого зрелища.

Кровь, что стекла на алтарь, подобно меди, потекла от замершего тела пленника к Маку. Та же змейка, от руны к руне, вот только теперь змея была ярко алой. Она подползла к Маку и, так же как медная, впилась в руку, проникая глубже и глубже.

В этот раз Мак не кричал. Он лишь раскрыл рот и ели слышно захрипел. То ли пораженный болью, то ли не в силах набрать воздух, чтобы крикнуть. Тишина продолжалась десяток секунд, но в итоге темный подмастерье набрал полную грудь и заорал что есть мочи.

Как только вторая змейка скрылась внутри рук, кожа от кончиков пальцев до локтей покрылась мелкими синячками, которые разрастались с каждой секундой. Когда рука превратилась в один большой синяк — он начал темнеть. От синего, к темно-серому, а за ним к черному. Темный ритуал начал стихать, когда руки Мака стали черными как уголь.

— Мастер! — окликнул повисшего на веревках парня Вар, когда последние признаки магии исчезли. — Ты там живой?

— Живой, — прошипел подмастерье. — Развяжите…

Воины сноровисто подбежали к Маку и быстро перерезали веревки. Они уже хотели подхватить его за руки и поднять, но тут он отдернул руки и рыкнул:

— Нет! Не трогайте руки, — он прижал их к себе и, сплюнув кровавую слюну на землю, произнес: — Перчатки… Перчатки где?

Билл тут же убежал в сторону и вернулся с парой стальных перчаток.

— Я уж думал вас убьет, — взволнованно прошептал Вар не отводя взгляд от угольно черных рук. — А уж когда закричали, то…

— Надо подать знак остальным. Пора заканчивать и попробовать на зуб их лагерь, — пробормотал парень, осторожно, морщась от боли, надевая перчатки. — У нас все собрано?

— Собрано, — кивнул десятник. — Вас ждали.

Мак натянул до конца перчатку и осторожно вытянул руки вперед.

— Мне бы немного времени, — прошептал он. — Не пришлось бы это делать с руками.

Мужчина в шелковой одежде сидел в позе лотоса. Его глаза были прикрыты, дыхание было размеренно и спокойно.

Вокруг него был ровный белоснежный песок, а сам он сидел на небольшом плоском камне. Где-то недалеко журчал небольшой ручеек.

На краю сада камней появился лысый мужчина с черной руной на темечке. Он подошел к слуге, стоявшему поодаль, и тихо что-то ему прошептал. Слуга выслушал, но отрицательно покачал головой. После этого посетитель сдержано кивнул и уселся на подушку в небольшой уютной веранде. Через несколько минут из входа показалась девушка, одетая в красное юкато с подносом в руках. Она просеменила к веранде и принялась заваривать чай.

Пока саторский маг наблюдал за безукоризненной чайной церемонией, мужчина в шелковой одежде открыл глаза и несколько секунд смотрел на угловатый камень перед собой.

Затем медленно поднялся и глубоко вдохнул, после чего медленно выпустил воздух через нос. Пара минут созерцания сада камней, и мужчина в шелковых одеяниях отправился к беседке. Как только он вошел в беседку, служанка и маг поднялись на ноги.

— Чистого разума, повелитель — поклонился гость, согнувшись в самом глубоком поклоне на который был способен. — Я узнал о вашем зове только сегодня ночью и направился к вам со стремительностью ветра.

— Я никогда не звал темную руку просто так, — произнес император. — Дело не требует отлагательств.

— Я весь в вашем распоряжении, — не разгибая спину, произнес гость.

Глава государства изобразил учтивую улыбку и присел на подушку напротив, дав знак, чтобы гости и служанка тоже сели.

— До меня дошли слухи от нашей армии в ущелье на западе, — спокойно произнес он. — Она голодает.

— Голодает, — задумчиво произнес гость. — Вы хотите проверить корпус снабжения?

— Если бы в корпусе было дело, — вздохнул Повелитель. — Подобные проблемы довольно просто решаются на некоторое время десятком срубленных голов. Для этого я отправлю туда младшего отпрыска Сумуэ. Меня же волнует кое-что другое.

Император подождал, пока служанка нальет чай, затем отопьет из обеих чашек, и принял у нее из рук свою.

— Потеряно девять продовольственных караванов. Это только военных. Свободных торговцев никто посчитать не может, но достоверно известно о трех.

— Степняки?

— Степняки на западе закончились. Карательный корпус прошелся там каленым металлом, отправляя всех к праотцам. Есть мнения, что это имперцы, которые просочились через горные тропы.

Маг задумчиво поджал губы.

— Информации о количестве противника, о его силах — отсутствует. По этому я и вызвал вас.

— Но это больше подходит для…

— Единственное, что известно — это то, что боевое подкрепление наткнулось на растерзанный труп в двух переходах от перевалочного лагеря. Труп осматривал молодой мастер предметов. Он отметил, что рядом с трупом сработали артефакты нацеленные на магию тьмы.

— Вот как, — поджав губы, произнес маг, но на лице не промелькнуло ни одной тени эмоции. — Однако, ваше величество должно понимать, что один труп и темный ритуал не может служить основанием для того, чтобы считать противника темным магом…

— На заставе, в конце ущелья, которое когда-то сделал Брендан «Война», оказалась кровь императора. Корпус разума продавливает защиту и успех будет за нами. Дело пары недель. — спокойным тоном перебил его мужчина в шелковых одеяниях. — Но армия в двенадцать тысяч солдат не простоит столько. Они просто начнут бунтовать от голода. В перевалочный лагерь уже три недели не приходили караваны с продовольствием. Была проведена диверсия и часть припасов уничтожена…

— Мое дело тьма и смерть, ваше величество. Я никогда не…

— Дракону плевать, как сильно рыцарь любит принцессу, — снова оборвал его ледяным тоном повелитель. — Так и мне плевать, что вы «не». Следующий караван будет большим. В нем будет больше полусотни телег и несколько представителей корпуса разума. Вы едете с ними.

— Но…

— Если есть хоть малейшая вероятность, что корпус разума провалится и угробит караван — я предпочитаю эту возможность исключить. — Правитель Сатории поднял глаза на собеседника и, пригубив чая, произнес: — Это не тот случай, когда я спрашиваю у вас разрешения, совета или мнения.

Маг сложил губы тонкой линией и коротко кивнул, выражая свою покорность.

— С вами поедут еще трое магов. Имеет ли смысл давать вам право выбора?

— Если не кривить душой, то нет. У меня одинаково плохие отношения со всеми.

— Что же, тогда я оставлю это за собой, — он снова пригубил чая и с улыбкой кивнул магу, давая понять что разговор окончен.

Мужчина поднялся, еще раз поклонился и тихо покинул веранду под пристальным взглядом правителя.

— Ваша светлость, — произнес сухощавый старичок, встретивший гостя у входа. Он зашел на веранду и склонился в глубоком поклоне.

— Ясуо, пригляди за нашим черным псом, — не отводя взгляда чашки чая, произнес император. — И узнай, что говорят о его силе.