Сергей Вишневский – Такая работа (страница 51)

— Ты еще скажи, что они породу выводят, чтобы кровь не портить, как у коней...

— Хуже, — вздыхает Юринай. — Ведутся родословные, записываются копии генеалогических знаний, степень проявления силы крови, и так далее. А ведь еще и доказана ее сила от чистоты! Ты понимаешь, почему кланы блюдут чистоту в замужестве? Я со студенческой скамьи знал одного парня. Ивалс Маката. Наследный сын рода Маката. И как-то мы с ним одно время хорошо выпивали.

Старик улыбнулся воспоминаниям.

— Я его потащил в квартал желтых дверей, — учитель немного смутился и добавил. — Там можно купить женщину на время, ну ты понимаешь о чем я.

— Жрицы любви? — нахмурился Мак.

— Нет, там без молитв и прочей религиозной тягомотины. Просто платишь и пользуешься женщиной... как женщиной.

— Я понял о чем ты, — хмыкнул ученик.

— Так вот. Он уперся рогом и ни в какую туда не шел. Я и так, и этак. А потом он мне рассказал свою беду. — Юринай достал из-за пазухи свою трубку и на ходу принялся ее набивать. — Оказалось, что за всеми, кто бывал у него в постели приходят из личной гвардии его отца. И разговор там короткий. Если есть плод — беременность прерывают, без разговоров. Это с простолюдинами так. Что уж с девушками из квартала желтых дверей будет — представлять не надо.

Старик остановился и небольшим артефактом начал раскуривать трубку, пыхтя мятным дымом, словно паровоз.

— Может остановимся? — спросил Мак.

— Нет времени, нам до заката надо пройти таможню и устроиться на ночлег. — Старичок глубоко затянулся и ойкнул, резко выпустив белое облако. Потирая ушибленные ребра он выругался: — Чертов проклятый! И вот представь. Всю свою жизнь парень десять раз подумает, прежде чем с кем-то спать. И про свадьбу за него уже давно решили. С кем, сколько детей надо, кого попутно подложить.

— Погоди, но нельзя же так, — нахмурился ученик. — Парень то молодой, должны же понимать, что хочется...

— Ага. Он мне рассказал как он служанок и нянечек, в пятнадцать лет в постель таскать начал, а в семнадцать, перед университетом, узнал, что это все подставные девушки были. Специальные, отобранные из простолюдинов, для определения его силы и для последующей селекции. — Старик поджал губы и выпустил дым через ноздри. — Он тогда не знал сколько у него детей, где и как их зовут. А для мужских дел с ним всегда еще одна подставная была, из младших родов. Порой приезжал его отец и привозил к нему девушек. Спал он с ними в приказном порядке.

Мак передернул плечами, от такой истории и спросил:

— А что за сила крови у него была?

— Его клан славился заклинаниями молнии, а вот сынок силой не вышел. С трудом перевалил порог в столичный университет. А вот кровь у него была на зависть многим. — Старичок пыхнул трубкой и перестав улыбаться добавил: — Он силой крови мог останавливать сердца. Ему было достаточно пары шагов, чтобы остановить сердце. Даже прикасаться не надо было к жертве. Говорят, редкая в их клане сила, но у него проявилась, и еще какая. Поэтому, его как породистого кобеля по бабам таскали.

— Останавливать сердца, — хмыкнул ученик. — Есть достоверный способ определить силу крови?

— Достоверный — только на факт ее наличия, — вздохнул старичок. — Все остальное — очень сложный и тягомотный процесс. Определение силы крови вообще порой проходит только через потомков, либо по эффекту этой самой силы.

Мак хмуро уставился под ноги и погрузился в грустные мысли. Факт того, что его всеми правдами и неправдами, в лучшем случае, будут тащить в постель, а в худшем — заставят войти в какой-либо влиятельный клан, серьезно испортили настроение.

— Одни неприятности с этой силой крови, — буркнул под нос парень.

— Не вешай нос! К тому же, я знаю лишь официальную информацию по силе крови, — развел руками Юринай. — Самое интересное — как обычно, в закромах древних и влиятельных кланов. Кстати, а вот и Чайка.

В раздумьях и разговорах они поднялись на холм, с которого открылся вид на город-порт и самый большой рынок империи Антолия.

Город под холмом обнимал бухту и простирался дальше в стороны от порта. Все вместе это напоминало раскинувшую крылья птицу. Мысль про чайку пришла, когда парень разглядел белое облако у торчащих из берега пирсов. Облако явно шевелилось и при внимательном осмотре оказалось стаей морских птиц.

Россыпь домов, покрытых желтой черепицей и красные стены создавали своеобразный антураж. Город, после серых и однотипных деревень из дерева, выглядел, мягко говоря, очень пестрым. Немного в стороне виднелся огромный карьер, уходящий воронкой внутрь, а чуть в стороне от порта стоял величественный дворец. Именно дворец, потому что вензеля, шпили башен и развевающиеся знамена никак не позволяли его назвать замком. Великолепный, с тремя большими крыльями, огромными окнами и шпилями башен.

— Неплохо местные кланы живут, — произнес Мак, не отводя взгляда от великолепного дворца.

— А, ты про это, — усмехнулся учитель. — Это гильдии торговцев. С третьей по первую. Высшая лига торгашей есть только в столице.

— Торговцы? — вскинул брови парень. — А где же тогда глава города, кланы?

— Вон та часть города. Там находится городская управа и район клановых имений. — указал Юринай на дальний от порта участок города, выступающий немного в море. — У них свои пристани.

С холма было отлично видно весь город. Издалека, Маку показалось что дома сделаны по одному шаблону. Все как под одну гребенку, но подойдя ближе, в глаза сразу начали бросаться особенности. Где-то стена из блоков белого камня, где-то крыша иного оттенка, там крыша не двускатная, а шатром. Но общие черты все же прослеживались. Единство материала. Много камня и кирпичей. Крыши, скорее всего, были из черепицы. Только клановый район выглядел разношерстным и более-менее оригинальным.

— Как-то это неправильно, — возмутился ученик. — Торгаши не в пример роскошнее живут, чем клановые.

— В Чайке все немного по другому. Из-за того, что в этом порту пересекаются зимний обходной путь на север, восточный штормовой путь и летний южный — в этом порту ворочаются слишком огромные деньги. — видя непонимание на лице ученика мастер артефакторики принялся пояснять: — Зимой, прямой путь на север, к кочевникам льдов закрыт. Но тогда можно выкупить у них огромное количество мехов по низкой цене. У них сезон охоты открывается. Поэтому, торговцы плывут в обход «Штормового» утеса, где всю зиму бушуют штормы, и идут через Чайку. В которой оседает часть товара, город снабжает припасами экспедиции. Такая же история и с восточными землями Наргизов, и с Южанами.

— Это очень большой город, — всматриваясь в кишащие народом набережные произнес Мак.

— Тебе есть с чем сравнить? — хмыкнул старичок. — Я думал, ты вообще первый раз город увидел.

— Просто... я не ожидал, что...

— Да, — махнул рукой Юринай. — Я понял тебя. Впечатляющее зрелище.

— А что там за серое пятно? — спросил Мак указывая на скалу чуть в стороне от бухты и серое бесформенное облако вокруг нее.

— А, это, — Юринай хмыкнул. — Видишь ли, любой крупный город имеет одну неприятную особенность. Как только в город набивается много народу, то часть из них становится бедняками, попрошайками, убогими, нищими и отребьем. В Чайке торгаши поступили жестоко и бескомпромиссно. Все отребье выставили за город. Вот они там и поселились.

— И что? Они живут на этой скале?

— Нет, на самом деле на воде. Там риф, глубина очень небольшая. Жилье строят из тростника, с опорой на дно. Благо дальше на восток его много. А когда приходит шторм — они скрываются в пещерах, которые прорубили в скале.

— А почему они не уходят? Чем они вообще занимаются?

— В основном там живут рыбаки, из них набирают матросов проезжие капитаны, ну и мелочевка всякая. — пожал плечами Юринай. — Я слышал, в порт на разгрузку тоже берут народ оттуда.

— Прям резервация какая-то.

— Угу, — усмехнулся учитель. — Соваться нам туда не стоит. Опасное местечко.

Чем ближе они подходили к городу, тем сильнее выступали отличия и архитектурная глупость местных градостроителей. Если издалека город казался однородным и гармоничным, то пройдя пригородные склады и городскую стену, носившую исключительно номинальную функцию, Мак откровенно разочаровался.

Широкие у основания и узкие вверху дома стояли впритирку. Попадались и ровные, но весьма своеобразные строения. Да, дома чаще имели желтый или красный оттенок кирпича, но попадались и оштукатуренные белые или разноцветные. Здания был круглыми, треугольными, большими, маленькими, кривыми, косыми. Парочка откровенно пугала, нависая над улицей выступающими балконами.

Торчали вывески, где-то из окна висело белье, где-то на балконах сидели старики или кормящие грудью детей женщины. Все это сопровождалось кучей народа которая торопилась по улицам, понукаемые своими делами. Вдобавок, повсюду доносились крики, ругань, реклама зазывал, а нос щекотал сводящий с ума ароматом еды.

Где-то пахло копченой рыбой, где-то мясом. Прямо на улице, в небольшом закутке, улыбчивый смуглый мужчина с пышными усами подгонял мальца, который раздувал мехами огонь под котлом. Мужчина схватил кинутую монету, тут же выхватил длинный кусок хлеба и принялся макать его в котел, наматывая расплавленный сыр, как торговцы сахарной ваты в парках из прошлой жизни.