Сергей Вишневский – Шаг первый. Якудза (страница 55)

Сам же противник полностью оправдывал негласное прозвище «Бешеный кабан». Среди некоторых старших семьи Кумо его еще называли упертая свинья, но суть от этого не менялась. В бою Эиджи оказался упрям и пер напролом, стараясь задавить массой и количеством ударов.

Это привело к тому, что Нобу не мог уже нормально наносить удары. Противник полностью доминировал и продолжал атаковать. Нобу пришлось прибегнуть к подлой тактике. Теперь он старался подловить толстяка и ударить в точки прохождения нервов, показанные Мотом. По-началу парню показалось что он несколько раз попал, но Эиджи продолжал бить. Удача улыбнулась на шестом разе, когда он поднырнул под руку и чудом смог влепить костяшками под локоть противнику.

— Портовый выродок, — зашипел от боли Эиджи и сделал шаг назад, открывая Нобу простор для маневра.

Действие оказалось простым и эффективным. Нобу тут же подпрыгнул и влепил ногой в голову противнику. Пытаясь попасть по лицу, парень немного не дотянул ногу и попал в подбородок толстяка. Голова резко мотнулась и его повело в сторону.

Нобу метнулся тут же к нему, чтобы нанести еще несколько ударов в голову, но Эиджи закрыл голову руками. Пареню ничего не оставалось, кроме как попробовать завалить толстяка. Однако это оказалось не так просто. Разница в массе была почти в три раза и все потуги вязли в теле противника. Тот и не собирался падать, отходя каждый раз на пару шагов назад.

Нобу продолжал бить, стараясь бить по ногам и при малейшей возможности наносить удары по голове. Однако это результата особо не давало. Решение пришло внезапно.

Имея большой опыт драк без каких-либо правил, он несколько раз нанес удары в голову, пытаясь пробить руки толстяка, а потом внезапно ударил со всей силы ногой в пах.

Толстяк натужно хекнул и согнулся, схватившись руками за мужское достоинство, а Нобу в это время сделал подшаг и собрав всю энергию, довернув таз, как учил Мот, выдал мощнейший удар коленом в подбородок Эиджи.

Голова, которую отделяли от тела складки на шее и три подбородка, дернулась и огромная туша окончательно потеряла сознание, завалившись на бетонный пол.

Нобу же,переводя дыхание, подскочил к ножу, так и продолжавшему валяться у стены и поднял его. Вернувшись к бессознательному телу, парень встал над ним и хотел уже вогнать нож в сердце, но остановился, правильно оценив длину лезвия и объемы тела толстяка.

— Такого жирного борова и прирезать сразу не получится, — сплюнув кровь произнес парень.

Он схватил за руку Эиджи и с трудом смог перевернуть его на бок, после чего устроился поудобнее и вонзил клинок в шею толстяка.

Противник тут же пришел в себя схватившись за горло. Нож оказался острым и парень одним ударом сумел пробить левую сонную артерию и трахею. Понимая, что сейчас толстяк примется в панике махать руками, он нанес еще несколько ударов наугад и отскочил от толстяка.

Тот хрипел и булькал, зажимая рану на шее. После этого он попытался встать, но силы его покидали. Муть в голове после сильнейшего нокаута не давала нормально соображать, кровь, хлеставшая из раны, благодаря попытке зажать рану рукой, заливалась в трахею и вызывала кашель. Толстяк не мог нормально вздохнуть, его мучил приступ кашля, который еще больше нагнетал кровь по сосудам текущим к голове. Это усиливало кровотечение и кровь закидывало в трахею еще сильнее.

Эиджи «Бешеный боров» или как его называли за глаза «Упертая свинья» захлебывался в собственной крови. С каждой секундой сил у него оставалось все меньше. Сначала он слегка побледнел, затем в очередном приступе кашля пошатнулся и рухнул на колени, продолжая кашлять.

Вот он уже упирается рукой в пол, а перед глазами лужа крови которая из него успела набежать. Мир в его глазах темнеет и спустя несколько секунд он падает, втыкаясь мордой в бетонный пол. После этого от него доносился только едва различимый хрип. Еще минута и тело дергается, раздается последний то ли всхлип, то ли хрип, и тело замирает окончательно.

Динь-дилинь.

Звук упавшего из рук Нобу ножа прозвучал в тишине настолько громко, что парень сам сморщился от звука. Он сел прямо там, где стоял и уставился на свои окровавленные руки.

— Куда бы ты не отправился... ты везде берешь с собой себя, — произнес он и вытер кровь на руках о штаны. Взглянув на руки после этого, он сморщился от результата. Кровь сумела местами подсохнуть и намертво впиталась в мелкие трещинки на руках, под ногти и в манжеты куртки.

Парень глубоко вздохнул и поднялся на ноги. Когда он подошел к двери, то несколько раз в нее со всей силы ударил кулаком.

— Открывайте! — крикнул он. — Тут только один!

Засов на двери щелкнул и перед парнем показался широкоплечий мужчина. Он отошел в сторону, выпуская подростка. Как только Нобу вышел из камеры в небольшой тамбур, то обнаружил встревоженного Рима.

— Оками. Семья Оками здесь. Хеби все свалили на тебя. Они собираются тебя убить!

***

За несколько минут до того, как Эиджи выпустил свой последний выдох, на семь метров выше подвала, в небольшом, но уютном кабинете сидело двое мужчин.

Первый был главой семьи Хеби, а второй предводителем семьи Оками.

Сидели они на больших, мягких кожаных диванах в довольно расслабленных позах. Перед ними стоял чайник и пара чашек, от которых расходился довольно приятный аромат. Обстановка выглядела непринужденной, но напряжение между двумя людьми было настолько сильным, что еще немного и в воздухе начали бы бить разряды.

— Вы должны понимать, что подобный вопрос может быть воспринят как прямое обвинение, — произнес Масахи, не отрывая взгляда от собеседника. — Это может привести к...

— Можешь воспринимать это как угодно. — Фыркнул глава Оками. — Если тебе станет от этого проще, то я скажу прямо: Вся история с пропажей товара — это твоих рук дело.

Масаши глубоко вздохнул и молча подался вперед. Он налил чай себе и собеседнику. После чего откинулся на диване с кружкой и выжидательно уставился на незваного гостя.

— Мы давно знакомы, Мундо, — неторопливо произнес глава Хеби, наблюдая как собеседник берет чашку в руки. — Очень давно. И сейчас своими словами ты можешь спровоцировать войну. Ту самую, что может опустить весь преступный мир в одну огромную пропасть раздоров и кровопролития...

— С вами войны не выйдет, — усмехнулся глава Оками и сделал глоток чая. — Лет двадцать назад семья Хеби держала хороший боевой отряд, но вы так долго воевали с Кумо, что от ваших бойцов остались крохи.

— Да, но за это время мы очень хорошо научились другое, — произнес Масахи и вернул усмешку собеседнику. — Если нет возможности воевать открыто, можно нанести ущерб по-другому. Ты не поверишь, но оказывается, что воевать скрытно гораздо эффективнее.

— О чем это ты? — нахмурился собеседник.

— Яд, убийцы, несчастные случаи, — с лицом, на котором застыла улыбка, произнес глава Хеби. — Даже самый сложный и «дорогой» в исполнении несчастный случай или «ЯД» будет в несколько раз дешевле чем содержание боевой группы.

Слово «яд» Масахи выделил не с проста. Только сейчас Мундо почувствовал привкус миндаля во рту.

— Ты... — краснея от злости начал рычать глава Оками, но Масахи тут же успокоил его.

— Просто миндальный отвар, но саму суть думаю, ты уловил. Всегда найдется тот, кто продается, тот, кому нужна услуга или тот, кто тайно преклонил колено перед нашей семьей.- Все также улыбаясь пояснил глава Хеби. — И если думаешь, что среди твоих людей преклонивших нет, то ты ошибаешься.

— И ты решил, что мы просто так оставим выходку с пропажей товара? — цедя каждое слово произнес незваный гость.

— Выходка, на самом деле, не моя, — покачал головой Масахи. — Я в этой ситуации пострадал не меньше тебя. И даже то, что мы получили от Кумо не компенсирует наших потерь. Однако, я сумел выяснить кое-какие интересные подробности.

— И ты так просто поделишься со мной?

— Если эти подробности предать огласке, то нам с тобой придется вернуть то, что мы взяли у семьи Кумо, — тут же предупредил хозяин кабинета. — Тут ты должен понять, что я не собирался свалить вину на них изначально. Это сделали другие, но пощипать прямого конкурента на рынке шлюх и игровых домов... святое дело.

— Допустим, — поджал губы Мундо. — Кто в этом замешан?

— Будешь смеятся, но напрямую мне удалось найти улики только на одного подростка... Нобу. Нобу Хасимото.

— Ты сейчас про тех самых Хасимото? — тут же подобрался Мундо.

— Именно. Парень изгнан из квартала, живет в порту, но все улики показывают на него. Часть из достоверных свидетелей исчезли на следующий день после нашего допроса, но есть информация, что подросток искал наемников способных сражаться на воде в порту, — не моргнув глазом соврал Масахи. — Железных доказательств у меня нет, но слишком много тянется к этому парню.

— Если тут замешан клан Синей лисицы, то это многое объясняет, — хмурясь произнес глава Оками. — Это опасно. Очень опасно...

— Вот и я по этому решил помалкивать и вытащить из этого максимум пользы, — развел руками Масаши, изображая из себя невинную овечку. — Только вот парень сам пришел ко мне и попросил кое-что.

— Что ему было нужно?

— Эиджи, — расплылся в довольной улыбке Масаши. — Ему нужен был толстяк.

— Зачем он ему?

— Жирный кретин обхаживал мать этого парня. Та раздвигала перед ним ноги, чтобы отсрочил возврат долга, который тот сам и придумал, — с усмешкой произнес глава Хеби. — Парень видимо прознал, что долга нет и эта упертая свинья просто имеет его мать.