Сергей Вишневский – …ПРАВО… (страница 52)

— Мда… тотальное воспаление легких… Такого я еще не видел, — пробормотал он и принялся создавать одно заклинание исцеления за другим.

Полностью опустошив небольшой накопитель, он оглядел порозовевшую женщину и оттянул её веко. Оценив зрачок и равномерность дыхания, он удовлетворенно кивнул.

— Неплохо… Я бы сказал, очень неплохо!

Он опустил взгляд, чтобы собрать накопители в карман, но обнаружил там только один.

— Что за?.. — пробормотал он и поднял взгляд на младшего сына, который гонял во рту один из накопителей. — Эй! Это не…

Ребенок дернулся от громкого голоса и замер, тут же выпучив глаза.

— Только не говори, что ты его…

Мальчишка начал делать глотательные движения, из рта тут же потекла слюна, и он начал метаться по кровати, не понимая, что происходит.

— Твою ж налево, — выругался Руди и схватил ребенка.

Быстро сообразив, что тот подавился накопителем, он обхватил его за живот двумя руками и несколько раз сильно сжал. Камень вылетел пулей и, ударившись о стену, покатился по полу.

— Уа-а-а-а…. — заревел несмышленыш.

— Спасти мать, а потом угробить сына, — проворчал начинающий целитель, нагнувшись за камнем. — Снек бы меня точно не понял… А Гош хорошенько бы треснул…

Подняв камень, он замер, совершенно не обращая внимания на плачущего ребенка и подрагивающую руку матери, которая начала реагировать на плач.

В руках воришки был тот самый пустой накопитель. Буквально несколько секунд назад он был простым прозрачным кристаллом, а сейчас он имел голубоватый цвет, холодил руку и внутри просматривались мелкие пузырьки.

— Вода и воздух, — пробормотал Руди и по-другому взглянул на малыша, заливающегося горькими слезами от страха.

В этот момент в двери появился старший сын с двумя горшками в обнимку. Одной рукой он умудрялся поддерживать небольшой мешок, внутри которого были два каравая хлеба.

— Ч-ч-что случилось? — спросил он, с опаской осматривая небольшую комнатушку.

— Порой самый яркий свет, — пробормотал Руди, не сводя взгляда с камня. — Рождается в кромешной тьме.

Воришка перевёл взгляд на Рогана и пронизнес:

— Ты знаешь, что твой брат владеет силой ветра и воды?

Гош взглянул на Снека.

— Готов?

Клирик вздохнул и встряхнул руками.

— Только давай без янтаря, а? — проворчал он. — Хорт просил не светить способностями.

— А я зачем по-твоему клинок у солдат взял? — буркнул паладин. — Не хлеб же резать.

— Тогда и про крылья забудь. Только свет.

— Ладно, ладно, — вздохнул напарник. — Там только воздушник и один маг земли. Должны и светом обойтись.

Гош еще раз осмотрел лагерь и остановил взгляд на следящей руне, вырезанной на стволе дерева.

— Только давай не тяни. Чтобы не как с той тварью у Ари в деревне.

— Не буду, — кивнул Снек. — Начали?

Паладин размял плечи, затем шею, слегка присел, отвёл клинок назад и сфокусировался на маге воздуха, которого считал в данной ситуации самым неудобным противником.

— Начали.

Вспышка света, и фигура Гоша размазывается в воздухе.

Белоснежный росчер из опушки несётся к противнику и спустя секунду врезается в мага воздуха, превращая его в кровавый взрыв, разбрасывающий вокруг ошметки мяса, кишок и костей.

— Во имя Твое, — шепчет Снек, запуская заклинание. — Во славу Твою…

Глава 21

— Да ладно тебе, — хмыкнул маг со знаками различия стихии земли. — Не ной. Мы неплохие деньги тут подняли.

Бойцы рядом с костром закивали, довольные тем, что удалось не только выполнить поставленную задачу и отрезать сообщение посыльных осажденного города от столицы, но и сумели неплохо заработать на мелких купцах, улепетывающих подальше от войны.

— Задача была отлавливать вестовых, а не грабить всех подряд, — недовольно проворчал воздушник. — Мы не разбойники, а регулярная армия Свадии.

— Судя по отношению инквизиторов, это они регулярная армия, а мы так… мелочь, — хмыкнул напарник. — Вот скажи мне, Шон, ты недоволен таким положением?

— Конечно недоволен! — всплеснул руками воздушник.

— А сделать с этим сейчас что-то можешь?

— Нет, — немного помявшись, ответил собеседник.

— Тогда перестань травить себя бесполезными угрызениями и делай то, что тебе более выгодно, — развёл руками маг земли. — Какой смысл нервничать и злиться? Лучше немного приборохлиться!

От солдат послышались смешки, а маг земли указал на них рукой.

— Посмотри на этих рубак. Хорошие парни. У каждого своя причина, но они тут. Кто-то по доброй воле, кого оброком от деревни в армию отдали, но тем не менее. Они не трясутся, что завтра могут умереть. Они делают то, что им выгодно сейчас.

— Ваша правда, господин маг, — закивал старший воин. — Завтра нас могут дёрнуть на большую битву, где нас силой магов может размазать по земле, как паштет по хлебу. Нас могут выследить маги Дракара. Да чёрт с ними. На нас могут выйти такие же, как мы умники, решившие пощипать торгашей по дороге на столицу. Может произойти что угодно.

Воздушник вздохнул и хмуро оглядел собравшихся вокруг костра.

— Возможно… возможно, вы и правы, но… — тут он сжал кулаки.

— Придёт время и для этого выбора, — кивнул маг земли и покосился на бойцов. Что-то для себя решив, он произнёс: — Инквизиторы, конечно, ушлые ребята, но сейчас они заглотили такой кусок, что проглотить не смогут. Тут и Бравия, тут и недовольные в Свадии. Если эта война затянется, или, не дай бог, они проиграют в битва с Дракаром… Нет. Это все равно долго не продлится. Слишком много недовольных. Всем не угодишь. Вот увидишь, не пройдёт и десяти лет, как их сбросят и загонят в какой-нибудь угол.

Воздушник также покосился на бойцов и спросил:

— Не боишься такое говорить?

— Боюсь, но настолько устал от этой лжи и лицемерия, что уже плевать. Когда они против тьмы выступали и тёмный ковен резали — я в них верил. Когда они корни пустили и начали по Свадии тёмных гонять, я морщился, но считал, что это необходимо. А вот когда они переворот устроили и в Бравии свои интриги провернули… — маг земли сморщился и поднял взгляд на воздушника. — Знаешь, я видел, как они за невыплаченную дань целую деревню в сеновал загнали. Деревня маленькая, да еще и тля урожай пожрала. Они их сожгли в назидание другим.

— Господин маг, а как вы видели? Неужто…

— Меня к этим инквизиторам в усиление поставили, — нехотя признался маг. — Инквизиция уже не борцы с тьмой. Частенько это обычные убийцы.

Над костром повисла тишина, которую спустя десяток секунд нарушил Шон.

— Есть у Янтарного ордена одна присказка, — задумчиво смотря в костер, произнёс он. — Лишь в самой глубокой тьме рождается настоящий чистый свет… Как и в самом чистом свете рождается настоящая тьма.

— Была.

— Что?

— Была одна присказка, — хмыкнул маг земли. — Янтарные хоть и были редкостными баранами. Упёртые до ужаса. Однако… Вот в ком я был уверен, так это в янтарниках. Ох уж кто тьму гонял и в хвост, и гриву. И тёмный ковен они знатно резали, и лишнего никому из своих не позволяли. Разве что в городе своем чудили иногда, но то по пьянке всегда было.

— Дубовая лоза, — хмыкнул воздушник и поднялся на ноги. — Знатные разгильдяи… были.

— Да, — кивнул маг земли и, улыбнувшись, поднял взгляд на воздушника. — Паладин их, Гош, говорят, не раз главе ордена морду набить пы…

Тут он заметил, как хмурится воздушник и вертит головой.

— Что?

— Дальние маяки молчат, а ближние…