Сергей Вишневский – Лишь тот… (страница 16)

— Это потому что ты не учишься! — не остался в долгу паладин.

— Хватит! Я не собираюсь его использовать в прямом бою, — зарубил на корню новую перепалку клирик. — Но вот помочь он нам может. Причем очень сильно.

— И как?

— Ты с братьями ударишь первым и оттянешь на себя учеников этого темного. Как только он покажется — я нападу на него. Вы, барон Гельшат, будете страховать нас со стороны земель ковена.

— Я не трус и не…

— Вы обязаны выжить и стать наследником рода, — с нажимом произнёс клирик. — И в этой ситуации я возлагаю на вас другую, очень важную миссию.

Клирик достал из сумки парочку мутных флакончиков.

— Я вижу, что у вас есть луки. Вам необходимо смазать кончики стрел вот этим составом и спрятаться вот в этом лесочке, — указал Снек на карте. — Это место, где вероятнее всего попытается скрыться тёмный маг, если мы его упустим. Больше ему деваться будет по сути некуда.

— И всё? — нахмурился молодой дворянин.

— Всё. Но при этом вы должны понимать, если этому магу удастся скрыться, то у заставы будут большие проблемы.

Люмберг недовольно вздохнул, но все же принял склянки.

— Теперь ты, — повернул голову к Ари клирик. — Оставь эту железку. Ты будешь проводить малый круг благословения Единого.

— Я же не умею, — буркнул Ари, убирая металлический прут за пазуху.

— А тебе и не надо. Обычный пслатирь и все. Остальное сделаю я, — пояснил Снек и взглянул на остальных.

— Малый круг благословения, — сморщился паладин.

— Я в курсе, что ты потом чешешься, — хмыкнул клирик. — Но если у тебя есть другие варианты, я с удовольствием выслушаю.

Гош на это только недовольно насупился.

Снек оглядел совсем небольшой отряд и кивнул.

— Тогда готовимся.

Гош шел в полной амуниции.

На его броне были начертаны священные письмена. Щит был украшен тремя серебряными ликами Единого, растянутыми на специальных шнурках, крепящихся к ручке. Клинок был сплошь перемазан специальным составом, способным преодолеть темную защиту.

Шел он не скрываясь по широкой тропинке, которая вела от села к полям. За ним, след в след, шли вооруженные монахи, но следовали они не просто так.

— Не дышу, не моргаю, не двигаюсь. Сердце не стучит, голова не думает. Не живой, не мертвый.

Эту мантру очень тихим голосом в унисон повторяли и монахи, и сам паладин. При этом во рту они держали маленький красный камешек из яшмы со знаками Единого.

Они спокойно прошли до самой деревни и переступили защитные артефакты тёмных. При этом ни один из них так и не сработал.

Группа прошла по опустошенной деревне, где не осталось даже живой скотина в конюшнях, и подошли к парочке домов. Подойдя к ближайшему, они остановились у дверей и перешли на шёпот.

Вперед вышел Гош и подошел к самой двери.

— Да в аду я видал двух этих кретинов! — раздалось из-за нее. — Ни черта они нам не сделают.

— Они ученики, а мы нет, — напомнил другой голос.

— С чего это? Мы слушаем лекции учителя вместе, задание он тоже дает всем. Он же нас наказывает, так почему мы не ученики?

— Потому что проверяет задание по-настоящему только у них!

— Да что с вами такое? Мы такие же тёмные, как и они! С какого перепуга мы должны впятером ютиться в этой халупе, а они вдвоём?!! Сейчас я пойду к ним и во всём разберусь!

Двери скрипнула, и на пороге оказался парень, который уставился на неожиданно возникшего перед ним паладина в боевом облачении.

Кисть паладина описывает круг, раздается свист, и удар снизу разрубает тёмного от паха до середины туловища. Резкий рывок оружия назад, и клинок свободен.

— Не живой, не мертвый, — повторяет Гош, стряхнув кровь с лезвия и бросается внутрь.

За ним, продолжая шептать те же слова, устремляются остальные монахи.

В добротном деревянном доме, у большой свечи, сидели двое. На столе у них стояла большая миска с парящим мясом, которое они неохотно выщипывали.

— Не случилось бы ничего, если бы наш старый хрыч язык за зубами держал, — недовольно произнёс мужчина лет тридцати. — Демоны меня дернули к нему пойти в ученики.

— Ритуалил на учителя? — хмыкнул сидевший за столом парень с бледной кожей.

— Ну, а как еще? — вздохнул собеседник. — Я же не идиот, как эти молодые кретины. Кто им вообще сказал, что Шашмаш будет их учить?

— Наивные идиоты, — хмыкнул в ответ собеседник. — Кстати, что демонам отдал?

— Младенца, что еще? Не на свою же душу с ними торговать, Конк. — искренне удивился мужчина.

— Они чужую кровь не берут, — нахмурился парень.

— Я еще во время рейда гвардии этих ублюдков три бабы прихватил. — кивнул в сторону мужчина.

— Трахать крестьян, — сморщился бледнокожий парень.

— Знаешь, если нужно было бы, я и овцу бы обрюхатил, — недовольно проворчал мужчина. — Тьма не любит назойливых идиотов и самонадеянных глупцов.

— Мда, — произнёс парень и опрокинул остатки содержимого кружки в рот. — На что только люди не идут ради силы.

— Тебе хорошо говорить, у тебя от рождения метка тьмы. Ты не ходил за учителями. Они сами к тебе выстраивались.

— Шашмаш не приходил. Я сам его выбрал.

— Кстати, а почему?

— Потому что тьма не любит самонадеянных глупцов, — пожал плечами Конк. — А Шашмаш хоть и упертый баран, но самонадеянным никогда не был. Вёл себя всегда достойно. Он силен, умен и практичен. Никогда ни с кем не спорил… почти никогда.

— Да-а-а-а-а… устроил он в цитадели представление, — вздохнул мужчина. — Я думал, нас прямо там на алтаре Морганы прирежут.

— Но никто не пикнул… Кстати, а сам что думаешь, Эки? Прав учитель?

— Знаешь… — поджав губы, произнёс мужчина. — С одной стороны, его «Тактика малых групп» выглядит как чушь собачья. Никакой армии, автономная нежить, гули, смесь некромантии и проклятой школы… Так никто не делает…

— А с другой?

— А с другой, до границы минимум три перехода. С нами нет армии, которую собирают по два десятка лет, тут не стоит зиккурат, да и вообще темных раз, два и обчелся. И мы контролируем эти земли. При этом даже заставу не штурмовали. Нежити — валом. Еда, крыша над головой и самое главное — в любой момент в седло химеры и день пути! И всё! Мы дома, а тут полно нежити, которая постоянно кормится.

— Да. Я тоже имел каплю скептицизма по поводу идей Шашмаша, но сейчас я в предвкушающем восторге. Мне просто интересно, что мы будем делать дальше.

— Я тоже, Конк… я тоже.

— Вра-а-а-а…

Фьють! ПУФ!

Со стороны улицы раздались громкие крики и звуки боя. Однако ни один из собеседников никак на это не прореагировал.

— Иногда их энергия просто раздражает, — процедил молодой парень.

— Ну, а как иначе? Это и борьба под солнцем и просто выпуск пара. Не волнуйся. Подохнет еще парочка учеников. Всё как обычно.

— Как бы они не испортили наши труды, — буркнул Конк. — Мы с тобой на защиту последних крестьян извели.

— Заставим восстанавливать, — пожал плечами Эки.