Сергей Вишневский – Девятнадцать сорок восемь Том VI (страница 6)

— На вот тебе ещё трость. Проковыляй хромая хотя бы два квартала. Потом можешь выбросить вещи и снова приступать к работе.

Не теряя времени, я уже направился к ближайшей кофейне, которая располагалась как раз в этом угловом здании. Но при этом не забыл уголком глаза проследить за пареньком, чтобы он выполнил моё поручение. Парнишка буквально секунду помедлил, но надел на себя плащ практически моментально. Взяв в руку трость словно старик, он даже слегка ссутулился и, посмотрев перед собой, направился в сторону, куда я указал ему.

— Надеюсь, получится. — Одними лишь губами прошептал я.

Не смотря на то, что помещение было просторным, в кофейне оказалось очень много народу. Все столики были заняты, а в некоторых местах люди и вовсе стояли целыми компаниями и что-то обсуждали. Ощущение сложилось, словно это такое место сбора молодежи, которые предпочитали вместо того чтобы слоняться по улицам сидеть где-то в относительно тихом и спокойном месте.

Пока я мимолетно осматривался, случайно пересекся взглядом с молодым парнишкой. Он неловко посмотрел на меня, потом по сторонам, а после начал медленно подниматься со своего места, словно хотел уступить мне его.

— Нет-нет. — Помахал я рукой. — Спасибо не надо.

Я быстро нашел взглядом указательную табличку, где располагался туалет и направился туда. Дернул за ручку двери мужского отделения.

Закрыто. Блин…

Бросил взгляд на дверцу женского и, аккуратно проверив, не заглядывая внутрь, быстро заскочил.

Так, что у меня есть по личинам? Необходимо сменить её в срочном порядке.

Из самого подходящего при себе нашлась личина толстой тетки.

Сойдет!

Я обрадовался тому, что каким-то образом, даже не задумываясь об этом, решил подстраховаться и на всякий случай взял с собой ещё несколько дополнительных кристаллов.

Преобразившись в женщину, я спокойно вышел из туалета, где уже, кстати, успела образоваться небольшая очередь, и направился к выходу.

На улице быстро огляделся по сторонам и не увидел поблизости того парнишки с флаерами. Преследователей кстати тоже не было видно. Поэтому я начал идти в другом направлении и вбил в телефоне, где находится ближайший соединительный портал, выступающий местным аналогом метро. Использовать его мне было непривычно, но сейчас хотелось только одного… побыстрее добраться до академии и закрыться в своей каморке. Причем нельзя забывать про слежку.

Спустя сорок минут я вышел из Гоблина приняв обратно свой облик. Всё это время я постоянно проверял не только тех людей, которых успел заметить, но и любых других, кто мог бы за мной следить. Никто из них подозрений не вызывал.

Быстро зайдя в академию, я тут же направился в свою комнату, пытаясь успокоиться и унять дрожь.

Только что я чуть ли не спалился… И ведь всё могло закончиться плачевно.

Ноги дрожали, ладони вспотели, а сердце бешено колотилось.

Глубокий вдох. Выдох.

Всё обошлось. Но…

Вдох. Выдох.

Надо бы поговорить с Григоряном… Надеюсь, он вскоре выйдет на связь.

На лысой голове Митина огромные лапы-наушники сестры смотрелись довольно комично. Может тут были виноваты мигающие ушки, а может быть розовый цвет. Может в этом была виновата огромная голова здоровяка, на которой эти большие просторные «лапы» смотрелись как детская игрушка.

Тем не менее, на кухне едва слышно раздавались удары барабанов и рев гитар. Начинающий ювелир-артефактор слегка кивал головой, изредко подпевал, вытягивая одну букву, и продолжал свою работу.

Гоша внезапно замер, хмуро посмотрел на схему, а затем перевел взгляд на свою заготовку. Почесав лоб, он взял в руки бур и подтянул к себе огромную лупу. В очередной раз взглянув на свою едва заметную разметку, он принялся бурить канавки.

Самым кончиком, проходя по несколько раз, чтобы образовать бороздку нужной глубины и формы.

Сам Митин был откровенно не в восторге, но именно такой способ нанесения был необходим для силы воздуха, что участвовала в этой заготовке. Именно круговые движения придавале силе, проходящей по этому каналу, нужные свойства и обеспечивали необходимые свойства всей конструкции.

В ушах зазвучала триада барабанов, захлебнулись гитары и Гоша улыбнулся.

Рука шла ровно, без дерганья и перегибов. Кончик бура делал свое дело, оставляя нужную канавку. Так продолжалось минут десять, пока здоровяк, наконец, не закончил последнюю руну, выдохнул и отложил в сторону очередную готовую заготовку.

Принцип, который он подметил еще при работе в ювелирной мастерской, давал о себе знать. Гоша сначала наносил трафарет подготовленный по переданной схеме, затем острым керном, больше похожим на цыганскую иглу с ручкой, по линейке и мелким трафаретам для плавных поворотов, делал мелкие дорожки, по которым ему предстояло вести буром. А уже потом он принимался за непосредственно изготовление основы для артефакта со всеми причитающимися операциями.

— Так, — вздохнул здоровяк закончив с последней заготовкой и взглянул на стопки готовых основ. — Теперь последний штрих.

Гоша сложил бур в отдельную коробочку, затем взял другую и достал из нее несколько пузырьков. Расставив их перед собой, он взял из специального пенала кисточку с тоненьким кончиком, затем снова взглянул на схему.

Пробежавшись по отметкам глазами, он повернулся и, чуть не сбив единственный цветок в доме — алоэ, взял тетрадь с лекциями. Перелистнув на нужную страницу, он нашел тему «Протравливание рун воздуха и воды» и вчитался в текст.

Пробубнив через пару минут себе под нос «Сарациновый красный», он взял один из пузырьков, прочитал название и открыл. Заглянув внутрь, он пожал плечами.

— А с виду синий.

Макнув кисточку в раствор и вытерев кончик, он снова взял заготовку и принялся аккуратно, не вылезая за дорожки, проводить кончиком по углублению. Спустя десяток минут, когда работа была закончена, он спокойно вытянул руку и оглядел заготовку.

— Ну, я же говорил, что синий…

В этот момент краска в канавках сама собой сменила цвет с синего на насыщенно красный, почти кровавый цвет.

— А… — удивленно вскинул брови Гоша.

В этот момент в двери лязгнули ключи и в коридор вошла Елена. девушка устало вздохнула, бросила на пол сумку и громко протянула:

— Го-о-о-оша! Ты еще дрых…

Тут она вошла на кухню и удивленно уставилась на брата, что сидел с кисточкой в руках и «протравливал дорожки».

— Гоша, ты вообще ложился?

— Чего? — отложил готовую заготовку Митин и стащил наушники с головы.

— Я спросила ты спал вообще?

— Я?… Нет. Работы много, — нехотя пробубнил он.

— Работы? Ты из мастерской начал домой работу таскать? — удивленно спросила Елена, а затем зашла на кухню. Обнаружив на полу стопки с заготовками из тонких пластин бронзы, она тяжело вздохнула и спросила: — Ты уволился, да?

— Ну, не то, чтобы уволился… — смутился Гоша. — Скорее взял небольшой отпуск.

— Это как?

— Договорился, что буду приходить когда коробка с ремонтом наполнится, — пожал плечами здоровяк. — Один, максимум два ремонта в день — это мало.

— А это что? Руны и артефакты, да?

— Да, — кивнул Гоша. — Один знакомый… решил научить. Но за учебу я для него работу делаю.

Лена тяжело вздохнула, отодвинула ногой коробку с заготовками и открыла холодильник. Взглянув во внутрь, она удивленно обернулась на брата.

— Ты ничего не ел, да?

— Нет. Не до этого было и увлекся, — признался Митин.

— Слушай, я понимаю, тебе интересно, но мне за тебя уже страшно. Ты посмотри на себя в зеркало! Щеки впали, под глазами круги. Тебе надо поесть. Пость и лечь выспаться.

Митин недовольно засопел, зыркнул на сестру и произнес:

— Быстрее сдам, быстрее дадут новые лекции.

— Зачем мертвому лекции⁈ — всплеснула руками Елена. — Ничего не хочу знать! Собирай свои манатки и освобождай стол! Сейчас мы пообедаем и ты ляжешь спать.

Гоша тяжело вздохнул, жалобно взглянул на сестру и произнес:

— Лен, ну немного же осталось. Сто семнадцать штук и все, — с умоляющими нотками произнес он. — И потом обед, сон и все остальное… Ну надо, правда.

Сестра тяжело вздохнула, достала из холодильника початую пачку масла и кусок колбасы.

— Это не твой куриный суп с лапшой, но так ты хотя бы не помрешь с голоду…

— Странное дело, — хмурясь произнес Вешкин. — По сути ведь одно и то же… Мясо и тесто.