Сергей Вишневский – Агентство «Последний путь» (страница 13)

– ГРА-А-А-А!!! – взревел демон от пробитой кости и сияющего белоснежным светом артефакта внутри его головы.

– УМРИ! – раздался рядом возглас настоятеля, который вытянул руки в его сторону и выпустил кровавое облако неизвестной берсеркеру магии.

Облако двигалось быстро, и Верше ничего не оставалось, кроме как упасть на спину, чтобы пропустить его над собой. Так и вышло, и облако попало в обнаженную и перемазанную кровью женщину, спешившую к Верше с ножом в руках.

– ГРА-А-А-А-А!!! – продолжал реветь демон, а Верша из положения лёжа метнул топорик, который, сделав три полных оборота, срубил ступню.

Вскочив на ноги, он мельком оглянулся и обнаружил попавшую под заклинание женщину, которая превратилась в обглоданный труп. Заклинание растворяло её кожу и мышцы, превращая в кровавое месиво.

– АРГХА!!! УМБОР-Р-Р-Р!!! – заревел демон.

Быстро сообразив, что демон ещё не побеждён, Верша взглянул на огромную голову. Та развернулась к нему лицом. Заметив бегущих женщин к затылку, берсерк понял, что слуги пытаются помочь господину.

– Сука живучая!!! – взревел Верша и метнулся прямо к голове.

Демон открыл пасть, готовясь проглотить непонятно откуда взявшегося врага, но когда до пасти оставались считанные сантиметры, Верша резко остановился.

КЛАЦ!

Антрацитово-черные зубы хлопнули прямо перед его лицом, а берсерк, используя губу демона, как подножку, заскочил на его голову и в два шага и кувырок её перепрыгнул, на ходу врезав в голову демонопоклонице, тянущей руки к артефакту.

– Съеблась отсюда, кошёлка! – рыкнул он и с разворота, добавив всю свою силу, влепил по обуху торчащего в затылке топора.

Может быть сыграл стресс и безумная сила Верши. Может быть в дело вмешалась система и вспомнила о коэффициенте ярости, но как бы там ни было, топор ушёл внутрь по самый кончик рукоятки, а демон истошно завопил.

Оглушительный вопль перешёл в бульканье. Из его пасти хлынул поток тёмно-бурой густой крови. Верша отскочил в сторону, боясь, что демон придумал что-то новое, но ничего другого не происходило. Он продолжал изрыгать кровь, а когда поток снизился, и захлебывающийся в потоке настоятель перестал подавать признаки жизни, голова с хлопком исчезла и оставила в подвале приторный и бьющий по носу запах тухлых яиц и мёртвой гниющей плоти.

– Твою мать! – согнулся от спазма в желудке Верша и чуть было не вывалил содержимое желудка под ноги.

Собравшись с силами, он на ощупь дошёл до двери и вышел по лестнице наружу. Открыв все найденные двери, он устроил хоть какой-то отток вони. После этого он вернулся в подвал, где уже можно было с трудом дышать.

Он подошёл к одной из демонопоклонниц, которая сидела на полу и обезумевшим взглядом смотрела на кучу вонючей плоти, оставшейся от головы демона, и повторяла одно и то же:

– Повелитель… повелитель…

– Так, – задумчиво произнёс берсерк и, припомнив убитую в коридоре женщину, оттопырил один палец. – Раз кошёлка.

Затем его взгляд опустился на женщину. Перехватив топор, он нанёс удар ей по шее. Та захрипела и завалилась на бок. Ещё один удар, и моргающая голова оказывается отделённой от тела.

– Два кошёлка… – морщась от вони, произнёс Верша и пошёл к следующей женщине.

Кнауф с миной кота, обожравшегося сметаны, смотрел, как к нему от приюта идёт берсерк.

Слегка сгорбленный, усталый и перемазанный кровью с головы до ног. В руках он держал копну волос, на которых висела тринадцать женских голов. В правой за ноздри он нёс мужскую.

– Тринадцать кошёлок, – бросил под ноги довольного мужчины женские головы. – И один пидорас.

Под ноги хлыща упала мужская голова.

– Похвально, но договор у нас был о другом.

– От его башки только куча мяса вонючего осталась, – пожал плечами Верша и достал из кармана перемазанный кровью красный камень. – Там только вот эта хрень была.

– Душа демона, – довольно кивнул Кнауф и протянул руку к камню, но тут берсерк руку отдернул.

– Договор был на убийство. То, что осталось – моё, – уперев гневный взгляд в нанимателя, сказал Верша.

– И что ты с ним будешь делать? – хмыкнул Кнауф. – Ты это никому не продашь.

– Почему это? Может алхимику какому загоню…

– Ни у кого на этом континенте нет столько денег, – хохотнул хлыщ. – Более того, тебя проще прибить, чем покупать. Это слишком опасная штука для этого мира.

Верша недовольно глянул на нанимателя, затем перевёл взгляд на блестящий, несмотря на грязь, камень.

– Я же тебе предлагаю отдать мне этот камень и войти в нашу команду. Тебе ведь понравились системые сообщения?

Верша мельком глянул в них и не сумел пролистнуть за пару движений список из сообщений “У вас новый уровень! Вам добавлены характеристики…”.

– Допустим.

– Представь, что так будет постоянно. Отличная работа, соцпакет!

– Что-то подозрительно звучит, – буркнул Верша.

– У нас в Амроке другой работы нет.

– Где? – тут же смутился берсерк.

– В Амроке. А ты думал, я из столицы или вообще из этого мира?

– Какого мира? – смутился Верша.

– А, прости, забыл, вы же тут на естественном развитии, – хлопнул себя по лбу Кнауф. – В общем так. Амрок – это город… город-страна-измерение и… и много ещё что. Туда могут попасть только те, кто переносит стандартный распределительный процесс.

– Какой процес? Почему? Нахрен он мне нужен? – начал сыпать вопросами Верша.

– Так. Понятно, – вздохнул Кнауф. – Пойдем к фонтану. Тебе надо помыться. У Талии и так много вопросов, а если ты припрёшься в крови, и мы возьмём комнату, то… боюсь даже представить, что нафантазирует эта толстушка.

– Господин Кнауф! – вскочила из-за ширмы пышная женщина и замерла с натянутой улыбкой, обнаружив за его спиной Вершу в одних мокрых подштанниках и мешком в руках. К слову пояс с топорами остался на нём. – Вам…

– Нам нужна комната, – кивнул с невозмутимым лицом мужчина.

– А…

– На четверых.

– Господа выберут девушек?

– Да. Нам нужно две девушки. Глухих.

– Глухих? – подняла бровь хозяйка заведения и тут же просиял. – Господин Кнауф, все наши девушки совершенно глухи к мужским разговорам.

– Помнится, вы хвастались, что у вас есть любые. Нам нужна парочка глухих. Настоящие глухие девочки. И помилее, – надавил хлыщ. – Или у вас таких нет?

Талия несколько секунд растерянно смотрела на него, после чего кивнула и со вздохом произнесла:

– У нас есть такие, но вам придётся немного… подождать. К тому же выбор ограничен… вернее его нет. У нас всего две такие. Простите, господин Кнауф, у нас их… редко заказывают.

– Ничего. Мы подождём в комнате. Пока можно туда вина и фруктов, – хлыщ взглянул на берсеркера.

– Мяса. Много.

– И мяса побольше… да и с вином не скупитесь.

– Вот такие дела, – потянулся Кнауф в мягком кресле и опустил взгляд на уже немолодую, но еще довольно симпатичную девушку, которая и вправду оказалась глухой.

Говорить она не могла, но немой не была. Скорее всего, глухой она была с рождения, и поэтому не научилась говорить. Однако, работать в борделе ей это не мешало. Причём к удивлению Кнауфа работать её научили на славу, что она подтверждала, ублажая клиента ртом.

– Бля, – только и смог произнести Верша, глядя в одну точку.

– Слушай, ты хотя бы обрати на неё внимание или придержи за волосы, а то она сейчас разрёвется и убежит, – вздохнул хлыщ, заметив, что хозяйство у берсеркера было в нерабочем состоянии, но при этом блестело от потуг завести берсеркера у второй глухой девушки.

– Чё? – поднял взгляд на него Верша.

Вид сидящего в кресле хлыща и задницы девушки, старательно отрабатывавшей уплаченные деньги, его никоим образом не волновал.

– Возьми её за волосы и придержи. Судя по тому, как у нее трясутся руки, она решила, что она тебе совсем не нравится, и ты её выкинешь и потребуешь другую.