Сергей Вишневский – Агентство "Последний путь" 2 (страница 38)

Несмотря на удары под действием ярости, противник едва двигал головой, но никакого ущерба они ему не нанесли. Верша продолжал бить, а орк с каменным выражением лица продолжал за ним наблюдать, ожидая, когда тот выдохнется.

— Да ты ж выродок еблический! — взревел Верша, сильнее разгоняя ярость, отчего его глаза превратились в два океана крови.

ХРЯСЬ!

ХРЯСЬ!

ХРЯСЬ!

Несмотря на удары и пущенную кровь из носу, орк продолжал с оскалом наблюдать за берсеркером, а тот продолжал его бить. Силы были неравны, и это было понятно, но никто вмешиваться не спешил. Единственным, кто не мог сдержать волнения, был Бэк, и когда орк наконец поднял руку для ответного удара, он рванул к дерущимся.

— Стойте! — взмолился он, запрыгнув на руку, которой местный вояка держал отца. — Папа просто думает, что иначе его слушать не будут! Мы с запада пришли! Там армия идëт по дороге в эту сторону! Армия светлых!

Верша замер, не желая нанести вред сыну, а Ургал взглянул на мальчишку, затем на своего противника, а уже после этого осмотрел женщин.

— Один отбитый ублюдок, мелкий пацан и три человеческие бабы, — произнëс со злостью орк и сплюнул кровь, после чего с придыханием протянул: — Ве-е-е-ерша.

Глава 15

Верша поднял взгляд на Мару и хмыкнул.

— Что? Мы сюда шли просто предупредить. Мы предупредили. Тут в курсе. У них свои планы. Вс`. Можно отчаливать, — развела руками лучница.

— На ладонь свою посмотри, — буркнул берсерк. — Что видишь?

Девушка взглянула и пожала плечами.

— Ничего.

— Значит, спрятать тот факт, что мы тёмные невозможно. Понимаешь это? — уточнил Верша и немного сгорбился.

— Ну, как-то до этого же жили, — вздохнула Мара.

— Если... если все орки тут... — подала голос Шара. — Все орки, тролли и гоблины идут сюда, то... То куда нам идти?

Верша протянул руку и взял кружку, в которой было местное горькое пиво из трав и каких-то семян, которое варили тролли, отхлебнул и, оглядев комнату с кроватями, столом и табуретами, проговорил:

— Я на двадцатом... на двадцатом уровне я охотой промышлял, — начал рассказывать воин. — Я тогда в лесу постоянно шастал. За шкуры платили хорошо, да и в город мотаться не надо было. Там лагерь был, где шкуры скупали. Не сильно дешевле города. Сдавать было выгоднее, чем в город тащиться. И по времени, и по деньгам...

Верша сделал ещё один глоток и сморщился от горечи.

— За рогатого медведя платили пять серебрушек. За лося громового — почти десять. Но самые лакомые шкуры были... Гоблинские, — берсерк умолк, глядя на столешницу. Секунда за секундой тянулась, словно заколдованная. Верша молча сделал еще глоток напитка и продолжил: — Я был не самым удачливым охотником, но за полгода я десятка два гоблинских шкур сдал...

Он поднял взгляд на девушек.

— Я старался отрубить им голову, а после быстренько снимал с них кожу. Вешал за шейные позвонки, подрезал связки и снимал, как змеиную шкуру...

Мара отвела взгляд от мрачного выражения лица Верши, Гара и Шара взгляд выдержали.

— К чему ты вообще это рассказываешь?

— К тому, что... я сейчас понял кое-что.

— Ты поступал плохо, — подал голос Бэк, сидящий с кружкой пряного отвара.

— Судьба... судьба злая сука и теперь... Теперь мы с вами ничуть не лучше тех гоблинов. Для наёмников из гильдии, для церкви мы теперь... Мы способ прокачаться и подзаработать. При случае с нас, как я тогда с гоблинов, снимут шкуру и с довольной мордой пойдут к церковникам. Задание сдавать.

— А чего мы сразу... — буркнула Мара.

— Тот паладин знал, кто мы. Он знал, что это мы устроили звиздец на той шахте. Церковники знают, кто мы и что натворили. Мы больше не люди. Для них мы ценные твари, за которых неплохо заплатят, — Верша снова приложился к кружке, сморщился, а потом сплюнул на пол. — Нас будут фармить.

— И что теперь делать? Бежать? — спросила Гара.

— Куда? — хмыкнул берсерк. — Нас даже ворьё и контрабандисты при случае на ремни порежут и сдадут церковникам. Платить и улаживать вопрос тоже смысла не имеет. Мы в жопе... Полной, непроглядной и дурно пахнущей, как это сраное троллье пиво.

Повисла пауза, которую нарушил Бэк:

— Мы никуда не побежим, так, папа?

Верша взглянул на сына и с усмешкой кивнул.

— Мы больше не побежим... да и некуда... И незачем.

Девушки переглянулись.

— Мы что теперь будем жить тут? Среди этих... — начала было Мара.

— Ну, не все так плохо, — задумчиво произнесла Шара. — Город уже стоит, но порядок ещё не навели. Тут все вперемешку. Но я уверена, что по сути это сделают. Вы только представьте, город за несколько месяцев! Эти дикари вчера лазили по деревьям и жили в пещерах!

— К черту их всех, — буркнула Гара. — Верша, что делать будем? Этот орк позвал тебя в военный совет тёмных, а сюда армия светлых идёт.

Верша спокойно отхлебнул из кружки, вытер губы кулаком и с отвращением поставил кружку на стол.

— Будем делать то, что лучше всего умеем, — сглотнув ком в горле от горечи, произнёс Верша. — Будем творить пиздец.

Поднявшись и взглянув на перемотанную тугой повязкой руку, он попытался сжать кулак.

— Верша, только не говори, что ты опять решил... — начала было Гара.

— Я свою судьбу этим ебланам доверять не собираюсь. Если они хотят, чтобы мы участвовали, я должен знать, что они задумали. Я на тупое мясо не подписывался.

Верша со злостью глянул на орка, а затем перевёл взгляд на карту города и окрестностей.

— В итоге, через ущелье им не пройти. Поднимем мост и хер им всем по всей морде, — закончил Ургал и оглядел собравшихся.

За огромным столом сидело несколько орков в стальных латах, рядом с ними и пытались понять план обороны парочка троллей. Отдельно, чуть в стороне сидел мужчина с белоснежной кожей. Гоблины были представлены тремя особями, заявившиеся на совет в разноцветных тряпках, бывших им не по размеру, а один из них водрузил себе на голову корону из перьев.

— То, что им не пройти — это понятно. Обходить они нас будут? — отвлеченно рассматривая Вершу, сидевшего напротив, спросил мужчина.

— Будут, но это надо вести армию через соседний хребет. Другого варианта у них нет, — указал на карте главный орк. — Но на хребте мы уже оборудовали позиции. В будущем мы, конечно, поставим там полноценную заставу, но сейчас на это просто не хватает мертвяков. Одна сотня выделенная для позиций и ловушек на перевале. Горы крутые, им не развернуть строя, а бить в лоб наши укрепления там — бесполезно. Тем более гномы уже тащат к нам через степь свои осадные машины. Мы зальем всё огнём.

— Чет я не думаю, что у светлых одни долбоёбы в армии. Там и думать умеют, — буркнул Верша, глядя на карту и потёр ладонью распухшие костяшки кулаков. Лечением сына он решил не пользоваться.

— Это ты к чему ведешь? — спросил орк, недовольно зыркнув на берсеркера.

Верша поднялся и подошёл к карте, висевшей на стене. Встав с краю, он указал на конец карты и спросил:

— Тут что?

— Болота... вроде бы, — почесал голову берсерк.

— Сельвинские болота. Там ящеры живут.

— Да, мы пытались на них выйти, но они дикие совсем. Парочку моих ребят своими дротиками траванули, уроды.

— А там есть дорога.

— Нет там дороги. Откуда она там может взяться? Это же болота!

Верша вздохнул и оглянулся на собравшихся.

— Я тебе говорю: там есть дорога. Контрабанду гномы как по-твоему через эти горы таскают?

Орк нахмурился, а Верша пояснил:

— Гномы периодически контрабанду системными пускают через эти болота. Те, кто знают, по дороге идут. Узкая, на одну телегу, не больше, но она есть, и по ней ходят. Ящеры это дорогу не трогают при условии, что ты в условленном месте корову или парочку коз оставляешь как выкуп.

Ургал сморщился от таких новостей, а Верша продолжил развивать мысль: