Сергей Вишневский – Агентство "Последний путь" 2 (страница 17)
Почерневший гриб внезапно распух, словно его кто-то надул, затем резко вытянулся на высоту человеческого роста и тут же снова надулся, снова вытянулся и снова надулся.
— Вот! Это я называю другой результат! — воскликнул Роуль со счастливым лицом.
Снова вытяжение и снова разбухание. Гриб достиг верхушки деревьев, которые тут же пожелтели и скинули листву. Темная сущность, замерла и её улыбка начала потихоньку сползать с лица.
— Возможно, капли было многовато...
Огромный гриб гигант тем временем отрастил руки и ноги, под шляпой появился огромный нос картошка и горящие слабым зеленым светом глаза. Он встряхнул шляпой, с которой посыпались зеленые споры-огоньки и повернулся, глядя на Роуля.
— Бэк... — вылупился упырь и опустил взгляд на мальчишку, который ещё быстрее и активнее начал пританцовывать. — Бэк... мальчик мой... это не тот случай.
Мальчишка остановился и взглянул на упыря, над которым гигант занёс ногу, чтобы раздавить.
— В этом случае работает правило: «Хочешь жить — умей бегать!»...
Роуль тут же смазался в воздухе и исчез, уносясь куда подальше. Гриб опустил ногу, сломав пару деревьев и повернулся к мальчишке.
— Здравствуй, — сглотнув произнёс Бэк и мельком глянул в сторону, откуда доносился крик Верши. Он кашлянул и неуверенно проговорил: — Мне... мне идти нужно... Папа ищет...
В следующий момент он пулей сорвался с места и метнулся к лагерю.
Глава 7
— БЭК! Твою мать, куда подевался этот мелкий засранец? — пробормотал Верша, отложил доспех и поднялся на ноги.
Встревоженно оглядевшись, он взглянул на лес.
— Он мог и обидеться, — подала голос Шара. — Ты, мягко говоря, нелестно отозвался о его лечении, а он между прочим помочь хотел и за тебя очень беспокоился.
— А что, я кланяться и плакать должен был? Я чуть с ума не сошёл от боли, — буркнул берсерк. — БЭК! БЭК, ВЕРНИСЬ!
Верша еще раз оглядел поляну, тяжело вздохнул и, взглянув на магессу, сплюнул.
— Ты видела куда он пошёл? В какую сторону?
— Нет. Я кролика потрошила, — покачала головой девушка.
— Твою мать, — рыкнул воин и, вздохнув, направился к ближайшим кустам. — Придётся искать... БЭК! А ну вернись немедленно!!!
БУДУМ!
КРАГ!
Верша резко развернулся и заметил, как на другом краю поляны одно из деревьев завалилось. Он без промедления рванул туда, но, добежав до середины, заметил сына, который пулей выскочил из кустов и метнулся к нему с перепуганной физиономией.
— Папа! — выкрикнул он на ходу.
Верша выхвати топорики, кинулся ему навстречу, но тут из кустов, ломая мелкие деревья и топча все на своём пути, показался огромный гриб-гигант.
— Твою мать, — с трудом затормозил берсерк.
Бэк тут же юркнул ему за спину, а Верша растерянно замер, уставившись на причудливое чудовище, с шляпы которого на землю сыпались зеленые огоньки.
— Бэк — назад! — скомандовал Верша, сглотнув.
Гигант сделал шаг к нему.
— Назад и уводи отсюда всех! Быстро!
— Папа...
— БЫСТРО! — рыкнул Верша, прекрасно понимая, что своими топориками он максимум почещет спинку огромному человекоподобному грибу.
БУДУМ!
Ещё один шаг причудливого монстра.
— Не уйду! — послышался твёрдый голос сына. — Я тебя не оставлю!
— Уйди, дурак! Только мешать будешь! — обернулся к нему Верша.
БУДУМ!
Ещё шаг.
— Бегом, твою мать!
Верша с гневом и затянутыми яростью глазами взглянул на сына. Но тот вместо твердого выражения лица состроил удивленную мину.
— Папа?
Берсерк оглянулся и обнаружил, что гигант опустился на колено и склонил голову.
— Эт че? — растерянно произнёс он.
— ХОЗЯИН! — пробасило существо так громко, что у Верши от звука задрожало всё нутро.
Верша оглянулся на сына, снова на гиганта и, опустив руки с топориками, процедил:
— Так, блять... Это ты этого ушлепка сделал?
Бэк взглянул на отца, затем на огромный гриб и на троллей, что, размахивая оружием, уже неслись из леса вместе с Гарой. Он оглянулся и обнаружил, что лучница уже натянула лук и едва сдерживала белоснежную стрелу. Рядом с ней стояла Шара, держа дрожащими руками ледяной шип между ладоней.
— Как бы... да...
— И как ты этого ублюдка сотворил, не расскажешь?
— Ну... — мальчишка сжал в кулаке флакончик, что ему дал Роуль, и, сглотнув, добавил: — Так получилось.
Юринай спокойно шёл по дороге.
Погода располагала к прогулке, и он спокойно и неторопливо переставлял ноги, иногда стукая небольшим посохом по земле. Солнце пригревало, даря своё тепло, и старичок с лёгкой улыбкой неторопливо продолжал свой путь. Проходя мимо деревьев, укутанных в желтые и красные одеяния, он разглядывал их с легкой улыбкой.
Юринай не помнил, сколько так уже идёт. Он не помнил, куда и откуда. В его памяти уже давно стёрлись дни, месяцы и годы, что он шагал по этому лесу.
Здесь не было полей, не было рек, не было ночи.
Тут всегда было слегка прохладно, но пригревало солнце. Дорога всегда была сухой, и дул лёгкий ветерок, иногда срывавший золотые листья с деревьев. Старый мастер всегда шёл с лёгкой улыбкой и любовался деревьями и разноцветной листвой, которая вот-вот опадёт и оставит древесных исполинов голыми до наступления весны. Именно этот тонкий момент, перед наступлением холодов, он любил больше всего.
Шаг, за шагом. Поворот, за поворотом. Всё то же солнце, всё те же деревья и всё та же легкая улыбка старика со шкафом за плечами.
— Здравствуй, Юринай, — раздалось за спиной старого мастера.
Старичок остановился и удивлённо поднял брови. Он развернулся и обнаружил перед собой козлоголового демона, что смотрел на него глазами, заполненными тьмой. Молча сжав посох покрепче, он медленно стянул одной рукой лямку, на которой держался шкаф, и поставил его на землю.
— Знаешь, кто я?
— А это имеет значение? — уточнил старичок, скинул вторую лямку и перехватил посох другой рукой. Пара движений, и из его карманов появляется белоснежная трубка для табака.
— Имеет, — кивнул Амор.
— Ты — демон. Для меня этого достаточно.
— Всё намного сложнее, чем ты думаешь, — козлоголовая сущность достала из воздуха стул, поставила его и уселась на него. — Набивай трубку. Разговор будет долгий.
Юринай оглядел демона и немного расслабился.
— Я не шучу. Нам о многом надо поговорить, — демон закинул ногу на ногу, откинулся на спинку, а затем указал на шкаф. — Достань себе стул. Нам нужно обсудить, как спасти один мир и при этом не разрушить его.