Сергей Вербицкий – Братья Карамазовы. Том 2 (страница 22)

Те из рабочих кружка, которые выкажут свою умелость и настойчивость в ведении рабочего дела, поступают в главные рабочие кружки, и таким образом тайный союз рабочих укрепляется.

Невозможно угадать, при каких именно условиях придется действовать рабочим союзам (рабочей организации). Но каковы бы они ни были, необходимо постоянно иметь в виду общие правила:

1. Для того чтобы добиться чего бы то ни было, рабочие должны составлять силу, способную напирать на правительство и при надобности готовую поддержать свои требования с оружием в руках. Дойдет ли дело до кровавой борьбы или враги народа уступят без бою, все равно: нужно готовить силу, и чем больше эта сила готова вступить в бой, тем скорее враги отступят без боя.

2. Напасть на врагов с надеждою на победу может только вся социально-революционная партия, в которую рабочая организация входит как часть. Партия собирает в народе и обществе силы для совершения переворота, устраивает союзы в крестьянстве и в среде городских рабочих, в войске и других общественных слоях. Партия выделяет из себя боевой союз, который нападает на правительство, расстраивает его, приводит в замешательство и этим облегчает всем недовольным – народу, рабочим и всем доброжелательным им людям – подняться и произвести повсеместный переворот.

Раз началось надежное возмущение в городе или в деревнях, партия должна поддерживать его своими силами, внести в него свои требования, вызвать подобные же волнения в других местах, где только возможно; должна объединить эти волнения в одно общее восстание и расширить его на всю Россию. Одновременно нужно расстроить правительство, уничтожить крупных чиновников его (чем крупнее, тем лучше), как гражданских, так и военных; нужно перетянуть войско на сторону народа, распустить его и заменить народным ополчением из крестьян, рабочих, бывших солдат и всех честных граждан.

Для успеха крайне важно овладеть крупнейшими городами и удержать их за собою. С этой целью восставший народ немедленно по очищении города от врага должен избрать свое Временное правительство из рабочих или лиц, известных своею преданностью народному делу. Временное правительство, опираясь на ополчение, обороняет город от врагов и всячески помогает восстанию в других местах, объединяет и направляет восставших. Рабочие зорко следят за Временным правительством и заставляют его действовать в пользу народа.

Когда восстание одержит победу по всей стране, когда земля, фабрики и заводы перейдут в руки народа, а в селах, городах и областях установится выборное народное управление, когда в государстве не будет иной военной силы, кроме ополчения, тогда немедленно народ посылает своих представителей в (Союзное правительство) Учредительное собрание, которое, упразднив Временное правительство, утверждает народные завоевания и устанавливает порядок общесоюзный. Представители действуют по точной инструкции, какую дадут им избиратели. Вот общий план деятельности партии во время переворота. Может быть, однако, и другой случай.

Если бы правительство из боязни общего бунта решилось сделать обществу кое-какие уступки, т. е. дать конституцию, то деятельность рабочих не должна от этого изменяться. Они должны заявлять себя силой, должны требовать себе крупных уступок, должны вводить своих представителей в парламент (т. е. законодательное собрание) и в случае надобности поддержать их требования массовыми заявлениями и возмущениями.

Напирая таким образом постоянно на правительство, набираясь сил в борьбе с ним, партия “Народной воли” выжидает лишь удобного момента, когда старый, негодный порядок окажется неспособным противостоять требованиям народа, и совершает переворот с полной надеждой на успех». – Раздались аплодисменты. – А теперь, товарищи, давайте голосовать.

– Сначала, может, обсудим? У меня, например, есть вопросы по последней части программы, – сказал Квятковский.

– Какие? – живо спросил Желябов.

– Как восстание поднимать будем? Где столько народу-то взять?

– Народ найдется, армию подключим. Главное – начать – Александра взорвать, а там – как барку в воду толкаешь: вначале тяжело, а потом она своим ходом идет.

– Я думаю, что это пока проект, – сказала Софья Перовская, – а дальше по ходу дела он будет дорабатываться и, конечно, обсуждаться, корректироваться.

– Потому давайте голосовать: я лично за, – сказал Богданович и поднял правую руку.

– Да, да, давайте голосовать уже, – загалдели многие.

– Голосуем: кто за? – спросил Желябов. Большинство членов Исполнительного комитета согласились с программой, против проголосовало пять человек. – Принимается, значит. Тогда собрание будем считать закрытым и переходим к празднованию Нового года, – подытожил Желябов.

– Ура, ура, ура, – как по команде ответили собравшиеся.

– Разливайте напитки. Ну, давайте, чего окаменели? – призвал всех Гриневицкий.

И что тут началось! Открывались бутылки, разливались по стаканам, и первый тост – «Смерть царю!» – закричали многие после нескольких глотков спиртного. «Ура первой программе партии!» – также раздавалось в округе. И пошло, и поехало: танцы, разговоры о будущем и жженка, и «Гей, подивуйтесь», и «Звучит труба призывная». Топали, гремели, шум стоял на весь дом. Прибегали соседи с жалобами, тогда народовольцы доставали свои револьверы, и все, кому что-то не нравилось, уходили восвояси.

Все так же у окна Иван Федорович скромно стоял в одиночестве, наблюдая за всем со стороны. Он радостно не кричал со всеми, а программу, которую зачитывал Желябов, терпеливо выслушал без всяких эмоций. Его интересовал только один вопрос: убийство Александра II, будто мир на этом заканчивался, все остальное неважно, куда кривая вывезет. Вот так пребывать в одиночестве ему довелось не долго. К нему подошла Софья Перовская.

– Скучаешь? – игриво спросила она.

– Нет. Так, о своем думаю, – ответил он.

– А как тебе наша программа? Правда хороша?

– Не знаю. Я как-то о себе думал, столько дел нужно сделать в короткий срок.

– Да, чуть не забыла, вот тебе отчет твоим деньгам: завтра, ну, уже сегодня переезжаем в нанятый подвальчик и открываем сырную лавку, будем делать подкоп.

– Начнем готовиться?

– Да. А теперь… – Она взяла его за руку и знаком предложила станцевать, он не отказался и как-то сразу влился в этот балаган, позабыв обо всем, что только недавно думал. Он любовался ею, с ней смеялся, подпевал, даже выбегал на улицу и играл в снежки, а потом их Вера Фигнер отпаивала горячим чаем. Подошел Желябов. «Все натанцевались, теперь со мной давай», – сказал он ей, и она покорно встала с дивана и пошла за ним. В эту минуту Кибальчич сел за рояль, и все начали кружить вальс. После этого как только не изгалялись в телодвижениях, даже вприсядку танцевали и краковяк и гопака давали.

Расходились все, когда только-только начало рассветать, довольные и радостные, долго обнимаясь, прощаясь, говоря о новой встрече вот так же, с шумом и весельем. Иван Федорович также почти со всеми на обнимался, но особенно с Софьей Перовской, сказал, что велика у него жажда встретиться с ней, так что он ждет и считает часы. Она улыбнулась и ответила: «Ты весточку мне пришли, где остановишься, и увидимся, не переживай, скоро, я обещаю, позову. А ты жди меня, жди».

ОДИН

Под впечатлением от прощания с Софьей Перовской и очень уставший, Иван Федорович возвратился к себе в номер. Разделся, застелил кровать и улегся в нее. «А она все-таки хороша», – подумал он и заснул. Ему приснилось, что он был вымазан с головы до пят весь в черной смоле и пытался лихорадочно очиститься от нее, но ничего не получалось, лишь только размазывал ее по телу и все. Он резко проснулся, судорожно двигая руками и ногами, а в его груди было тошнотворно и противно.

Солнце шло уже на закат, и его бордовый свет царил во всей комнате. Иван Федорович, тяжело вздохнув, посмотрел на потолок. Пролежав так с полчаса, он встал, умылся, оделся и спустился в гостиничный ресторан. Он был полон лишь наполовину. Иван Федорович выбрал столик в третьем ряду, рядом сидела пожилая дама. В эту минуту ему захотелось простых деревенских щей, о чем и справился он у официанта, когда тот подошел к нему. Но этого не оказалось, тогда он согласился на такие, какие есть. Через десять минут тарелка уже дымилась перед ним. На второе он заказал бифштекс с картошкой и клюквенный морс. Спиртного сегодня он решил не употреблять, даже пятьдесят граммов для аппетита не стал.

В ресторане Иван Федорович долго не задержался. Закончив вечерний обед, он поднялся обратно в свой номер и лег на кровать, и мысли о бытии его сразу одолели. «Сегодня, – размышлял он, – я Карамазов, а завтра – господин Святозаров Николай Петрович из Тверской губернии. Ни брата, ни сестры, ни жены, ни сына у меня теперь нет, родители-мещане давно померли (это Софья Перовская придумала). Значит, сегодня последний мой день – день, который завершает мое детство и молодость, все это теперь растворится в утреннем тумане новой жизни».

Конец ознакомительного фрагмента.

Текст предоставлен ООО «Литрес».

Прочитайте эту книгу целиком, купив полную легальную версию на Литрес.

Безопасно оплатить книгу можно банковской картой Visa, MasterCard, Maestro, со счета мобильного телефона, с платежного терминала, в салоне МТС или Связной, через PayPal, WebMoney, Яндекс.Деньги, QIWI Кошелек, бонусными картами или другим удобным Вам способом.