Сергей Вербицкий – Братья Карамазовы. Том 2 (страница 10)
– А знаешь, Алеша?! – произнесла Lise. – Сегодня была прекрасная ночь, и еще, мне кажется, чудо свершилось.
– Дай бы Бог, но не это главное, Lise. Важнее то, что ты пребываешь в благодати Господней. А значит, все хорошо.
– Конечно, хорошо. Я женщина и чувствую, что во мне зародилась маленькая жизнь. С Рождеством Христовым тебя, Алеша! – и она заулыбалась.
– И тебя тоже, Lise.
– Я, единственное, хочу, чтобы у нас с тобой все было хорошо. Да?!
– Все будет просто замечательно, я в этом уверен, только…
– Что только?
– Да я так, ничего, ты, главное, не волнуйся попусту.
– Нет, ты уж рассказывай мне. Ты же знаешь, какая я любопытная, и потому не отстану от тебя, пока все не узнаю.
– Да я просто о брате думаю.
– Ох, – тяжело вздохнула Lise, – вот еще забота. Оставь это дело, еще раз говорю, думай лучше о нашей малютке.
– Ладно, давай вставать, у меня дело одно есть.
– Значит, ты гулять со мной не пойдешь?
– Прости, но нет, мне надо в церковь сходить.
– О, хорошая идея, и помолись о нашем будущем дитяти. А я прочитаю акафист Казанской Божьей матери.
С тем они и встали с постели. Алексей Фёдорович оделся, пошел в гостиную завтракать. Он сразу на выходе столкнулся с Екатериной Осиповной. Она, как и всегда, стояла у двери и все подслушивала, и как только появилась возможность войти в спальню Lise, она тут же юркнула, мимоходом поздравив с Рождеством Алексея Федоровича, вошла в помещение и стала хлопотать вокруг нее.
Юля уже накрыла на стол. Алексей Федорович умылся и, приведя себя в порядок, сел за него. Позавтракав, он оделся и вышел из дому. Выйдя на улицу, он пошел к остановке. Наконец подъехала конка, и, взойдя в вагончик, поехал до самого конца Невского проспекта, где расположилась Александро-Невская лавра.
Там после долгих поисков, хождения по разным церквям Петербурга Алексей Федорович нашел-таки себе пастыря, которого ему не хватало после смерти монаха Зосимы. Его звали старец-исповедник Никодим. Высокого роста, худощавый, с добродушным лицом, он сразу располагал к доверительной беседе. Алексей Фёдорович впервые его увидел в Александро-Невской лавре, в Троицком соборе, там, справа от мощей Александра Невского, у амвона, он сидел с крестом и Евангелием принимая людей. Он занял очередь и стал терпеливо дожидаться своего череда.
Когда подошла его очередь держать исповедь, Алексей Фёдорович как смог приободрился и взглянул на старца.
– Вот ты, вот я, а между нами, Господь. Можешь смело мне поведать о своем беспокойстве. Грех – он же не дает человеку спокойно жить. Вот с этим ты и пришел ко мне. Верно?
– Верно, отче. Простите меня и вразумите. Я женился на девушке, которая прикована к инвалидной коляске и в полной мере женских обязанностей исполнить не может. А меня одолевает желание обладать полноценной женщиной. Я молюсь Господу об усмирении своей плоти, но Христос то присутствует и помогает, а иногда и нет, и тогда я очень страдаю. Я держусь из последних сил, чтобы не сорваться и не пойти в разгул и разврат – это у нас род такой Карамазовский, весь погряз в страстях. Но я не такой и не хочу быть таким.
– Любишь ли ты ее еще?
– Да, да, очень люблю, потому и борюсь, но мужское начало требует свое, и как с этим бороться, я даже не знаю. Помогите мне, отче! Прошу! Что мне делать? Как поступать?
– Ты просто ведешь борьбу духа и бренной плоти. Все подвержены этому противостоянию. Мой тебе совет – молись чаще и помни, что Господь никогда не отступится от тебя и всегда поможет. Просто Он время от времени оставляет тебя наедине с твоей душой, предоставляя возможность самому противостоять похотливому искушению. Он со всеми так поступает, позволяя закалиться душе, стать еще крепче в этой борьбе.
– Но я без Него словно во мраке нахожусь, и тогда мною овладевает пораженческая паника.
– Чаще бывай на литургии и горячее молись о воздержании, и непременно исповедуй свой грех. А еще любовь к своей жене тебе должна помогать, главное, не сдавайся и веруй, что Вседержитель поможет тебе.
– Отче, спасибо вам, но я хотел бы еще вас попросить стать моим духовным наставником, чтобы вы вели и помогали мне вести эту непростую борьбу, и направляли на путь истинной веры в Господа нашего Иисуса Христа.
– Что ж, если ты так желаешь… А велика ли твоя воля?
– Очень, очень велика.
– Тогда приходи, а я берусь тебе помочь, но помни: я не всесильный, у меня свои искушения, я всегда приму тебя сын мой. Как зовут-то тебя?
– Алексей.
– На том, Алексей, и договорились, если что, мигом ко мне приходи.
Конка выехала на площадь и остановилась на последней остановке своего маршрута. Алексей Федорович вылез из вагончика, и перед ним предстали ворота с белыми колоннадами, за ними по обе стороны – два огороженных кладбища и узенькая дорожка, ведущая на мост через Черную речку, а за ней расположилась буквой «П» построенная еще при Петре Первом Александро-Невская лавра.
Он вошел в нее и, пройдя почти наискосок мимо Троицкого собора, направился на юго-восток лавры. Там в уголке Божьей обители стоял двухэтажный Федоровский корпус, где жили все монахи монастыря. Войдя в него, Алексей Федорович поднялся наверх. Келья старца была третьей справа. Он осторожно открыл дверь и увидел стоящего на коленях перед образом Иисуса Христа и тихо молящегося старца Никодима. Чтобы не мешать ему, он сел на стоящий почти у самой двери стул. Но Никодим сразу встрепенулся, встал с колен и подошел к нему, знаком пригласив его сесть на кровать.
– С праздником Рождества Христова тебя. – И они похристосовались.
– Вас так же, отче, и желаю вам долголетия.
– Что привело тебя ко мне, Алексей?
– Я…
– Вижу, вижу – что-то серьезное стряслось. Ты как вошел, я сразу дальше молиться не смог.
– Случилось, случилось, отче. У меня такое тяжелое положение, что я просто обескуражен и в большой растерянности! – печально сказал Алексей Федорович, сев на кровать.
– Что ж, поведай мне об этом, а там будет видно, смогу ли я тебе чем-нибудь помочь или нет.
– Слово, слово нужно мне от вас, его я жажду.
– На все воля Божья. Вот Христос, – и старец показал на икону, – Он свидетель и помощник во всяком благом деле и нашего с тобой разговора, так что начинай, я слушаю тебя со всем вниманием.
– Lise, моя супруга, ну, вы, наверное, помните ее?
– Помню, в коляске ты и ее мамаша привозили за благословением.
– Так вот, благословление ей нужно было ваше, чтобы заиметь ребенка. И в эту рождественскую ночь пригласила меня для этого.
– Дело хорошее.
– Но она не может иметь детей, скольких мы врачей приглашали – и все в один голос твердили, что сие действо никак невозможно, но она стояла на своем.
– Верно, молится об этом деле?
– Да, очень молится и верит, что возможно.
– А ты?
– Я только смотрю на нее и расстраиваюсь, и думаю, что делать, когда она убедится воочию, что никак невозможно исполнения ее желания.
– Получится или нет – это решается не на земле, а на небесах. Плохо то, что ты ее не поддерживаешь молитвами и не веришь в свершение чуда Господня. Это разлучает вас, по сущности, ты оставил одну ее с великим женским желанием. Не любишь ты ее, а только жалеешь, тем насилуешь свою душу.
– Как же не люблю, люблю всем сердцем! – возбудился Алексей Федорович и заерзал на кровати.
– А если любишь, то должен верить и молитвенно поддерживать ее в этом деле, и быть ее союзником, а не выдерживать нейтралитет, так и вера во Христа, видимо, в тебе сотворится. В сомнениях ты весь, пришла пора для тебя решить, с Господом ты или нет.
– С Богом я и верую в него.
– Тогда что же ты отошел от нее и от Создателя?
– Просто врать и лицемерить не хочу, зная, что это невозможно.
– А непорочное зачатие, воскресение Лазаря, а воскресение Христа из мертвых тоже невозможно? Знаешь, мил человек, веры в тебе – с мизинец. Ты все судишь по земным законам, а Божий промысел исключаешь. Так ты далеко не уйдешь.
– Что же мне делать, отче? Наставьте меня на путь света и спасения. В смятении я нахожусь. Я этого ребеночка тоже хочу, но…
– Вот «но» и мешает тебе. Рационально мыслишь, а духовное отвергаешь.
– А если ничего не получится? Я боюсь, у нее крушение веры во Христа произойдет. Что мне тогда делать?
– На все воля Божья, и если вера ее крепка, то она обязательно обретет успокоение. А ты на что будешь? Ты должен будешь неотлучно находиться при ней, окружить заботой своей и найти такие слова, чтобы горе, если, не дай Господь, постигнет ее, она нашла в тебе помощь благополучно пережить его. Ты должен ей открыть новые горизонты для обретения ее спокойствия и всячески способствовать тому, чтобы она не утратила веру в Спасителя. А сейчас тебе нужно сплотиться со своей супругой, окрепнуть верой и горячо поддерживать ее в этом деле. Она должна видеть в тебе опору, соратника, помощника, а не стороннего наблюдателя. Оставь свою неуверенность, иначе испытания, которые готовит каждому Господь, разрушат твою семью. На первое место ставь духовное, а уж затем земное. Учись мыслить и решать по-другому. Хоть материальный мир силен все же, ты должен его пересилить, и тогда увидишь, что многое изменится в твоей жизни.
– Есть еще одно…
– Что?!