Сергей Устюгов – Заветные слова (страница 4)

Филимон завидев кошечку, выскакивал из укрытия, и, подбегая, начинал хрипло мяукать. Держался он, правда, на расстоянии. Кошечка совершенно не замечала поклонника. Строгая, неприступная она проходила по столовой и скрывалась за деревянной дверью.

Филимон за дверь не выходил, там начиналась ее территория, ее королевство. Он нервно начинал дергать хвостом, затем оглядывался на нас, словно говоря:

– Нет, ну вы посмотрите, что она вытворяет. Цаца, какая…

Потом Филимон резко разворачивался, и, сдерживая злость, выскакивал из столовой.

Нечего говорить, моряки покатывались со смеху, наблюдая кошачью драму. Комментарии, замечания сыпались со всех сторон. Некоторые даже заключали пари: добьется кот своего или нет.

В один прекрасный день королева соизволила перед уходом повернуться и посмотреть на Филимона. Вы не можете себе представить радость кота от этой небрежной милости. Он прямо засветился весь. Ходил по столовой, подняв хвост, и заглядывал всем в глаза.

– Видели! Видели! Она на меня посмотрела!

Дальше события развивались по классической схеме. Скоро прогулки по столовой они совершали вместе. Сиамская кошечка с царственной осанкой и уличный забияка кот.

Шло время. Прогулки прекратились. Где и когда они встречались, мы так и не узнали. Кошечка, как истинная аристократка, не выставляла напоказ свою личную жизнь.

Мы даже и не поняли, что наша кошечка понесла. Просто однажды она вывела на прогулку двух прелестных малышей. Один был в маму, второй – копия Филимон. Такой же рыжий, он все порывался играть, и маме приходилось все время его одергивать.

Как ни странно Филимон остался равнодушен к своим детям. Увидев семейство, он преспокойно отворачивался и подходил к кому-нибудь из моряков.

Котят разобрали по каютам. Кошечка приняла это как должное. Мы вдруг заметили, что поведение ее сильно изменилось. По столовой она просто пробегала, только иногда останавливаясь. В такие моменты уши ее нервно дрожали и поворачивались в разные стороны.

Мы думали, она ищет котят. Но нет. Она искала беспутного Фильку. И вот в столовую входил Филимон. Куда девалась его суетливость, дурные манеры перед нами был вполне порядочный кот. Правда, боевые раны у него не исчезли, но в остальном… Кошечка, это жалко было смотреть, при появлении Филимона, съеживалась, опускала голову и уныло плелась к нему. Равнодушие мужчины к падшей женщине не знало границ. Филимон упорно не замечал ухаживаний кошечки. Она же льнула к нему, терлась своей аккуратной головкой о рыжую шкуру. Моряки, конечно, смеялись, в такие моменты кошечка поворачивалась и смотрела укоризненно и грозно.

Неделю, а то и больше кошечка обхаживала своего бывшего поклонника. Но… Все когда-то кончается, кончился и роман аристократки с простолюдином. В столовой кошечка больше не появлялась.

Дарий

Борис проснулся и долго не мог уснуть, вспоминая и переживая свой сон. Может быть, действительно существует переселение душ? Сон был настолько реален, насколько может быть реальна жизнь. Мысленно он снова перенесся в образы сна.

Он жрец, его зовут Дарий. Вместе с другими такими же молодыми, как он жрецами, Дарий идет по дороге ведущей в горы. Идут молча, говорить в пути запрещено. Впереди, возглавляя процессию, выступают верховные жрецы. Позади течет безликая, серая толпа. В ней много простых крестьян, ремесленников, редко попадаются богатые горожане. Их несут на носилках. Сопровождают богатых целые команды рабов. От толпы до слуха Дария доносится только ровный глухой шум. Дарий впервые участвует в празднестве. Только достигшие определенного возраста имеют право лицезреть великую мистерию.

Пройдена половина пути. Это известие тайком получают от старших. Жара спадает, но все равно, соленый пот разъедает горячую кожу. Все устали. Но в этот день не принято жаловаться и проклинать судьбу – боги могут разгневаться. Люди терпят. Их терпение всосано с молоком матери и воспитано тяжелым образом жизни. Да и сами боги, прежде чем достигли освобождения, много чего претерпели на этой грешной Земле.

Дарий смотрит по сторонам. Дорога сужается. Справа открывается глубокое ущелье. Где-то далеко внизу блестяще сверкает узкая полоска воды. Это горная речушка, весной, превращающаяся в грозный сметающий все на своем пути бурный поток. Поток этот несется со скоростью горного барса.

Слева дорогу подпирает гора. Отвесные стены ее испещрены тонкими трещинами, кое-где пробиваются кустики горных трав. Стены словно предупреждают идущих – отбросьте свои мирские заботы и забудьте о горестях.

К вечеру Дарий, да и не только он еле волочат ноги. А впереди по рассказам долгая бессонная ночь. До рассвета будут длиться богослужения и жертвоприношения.

Голова процессии втягивается в своеобразные каменные ворота. Дарий с опаской глядит на узкий вход, куда могут пройти не более трех человек. Наконец и он проходит ворота. Его глазам открывается небольшая долина со всех сторон окруженная неприступными горами.

Молодых жрецов, готовых к первому посвящению, проводят на каменную площадку. Оттуда долина кажется, почти идеально круглой. Их ставят рядами, так, чтобы они могли все видеть. Народ располагается выше, на пологом склоне горы. Знатные горожане имеют свои места. С тихим шумом они рассаживаются и замолкают.

На склоне горы обращенной к долине находится несколько тысяч человек. Все в ожидании. Разговаривать запрещено. Все рабы остались за воротами. Это священное место.

Дарий во все глаза смотрит на место, где будет проходить служба. Там собираются и готовятся старшие жрецы и их помощники.

День заканчивается. Свежеет. Легкий ветерок обдувает разгоряченные лица и постепенно успокаивает сознание.

Солнце начинает заходить за высокую черную гору. При последнем луче, осветившем на мгновение склон горы и священную долину, проявляется мистический характер праздника. Тысячи людей молча ждут начала. Долина тоже замерла.

Сначала раздается мощный удар десятка огромных барабанов. От этого звука все вздрагивают. Вступает дробный перестук барабанов поменьше. Затем звуки затихают. Остается один маленький барабан. У него удивительный бой, он словно проникает в самую середину головы и свои голосом заполняет ее. Незаметно присоединяются другие барабаны. И вот уже причудливый ритм разносится во все стороны. Громкость боя нарастает и нарастает. Буханье больших барабанов совершенно заглушает высокие и пронзительные звуки мелких. Неожиданно наступает тишина…. В этой оглушительной тишине появляется неземной звук. Он крепнет, и скоро к нему подключаются другие…. Гимн верховному богу ширится и завоевывает священную долину и пологий склон горы. Что-то светлое и радостное начинает подниматься от ног к голове. Никто уже не замечает ярко горящих факелов, что освещают площадку, никто не видит в темноте священную долину. Все внимание захвачено пением жрецов.

Дарий стоит загипнотизированный. Перед его глазами разворачиваются и гаснут прекрасные и удивительные миры. Миры, где нет места злобе и ненависти, где всем управляет свет и невыразимая красота.

В звуки хора вплетаются крики и стоны убиваемых рабов. Для жертвоприношения их несколько месяцев специально готовят, и сейчас они своей смертью искупают грехи всех присутствующих.

Священное пение длится довольно долго. Многие не выдерживают и уносятся в благодатную страну сна.

Дарий наоборот возбуждается все больше и больше. Его ноздри жадно ловят наркотический дым костров разожженных внизу. Весь дым костров ветром сносит на склон горы, и люди начинают видеть удивительные вещи.

Мистерия продолжается. Находящийся в трансе, Дарий не сразу замечает начало священнодействия. Из противоположного конца долины начинает двигаться светящаяся зеленая змея. Змея набирает скорость, навстречу ей торопятся из других углов красная, голубая, и желтая подруги. В центре долины они сталкиваются, и в воздухе возникает красный светящийся шар. Он медленно разгорается и поднимается вверх.

Пение хора смолкло. В долине продолжают извиваться другие змеи. Они переплетаются, скрещиваются, издавая нарастающий гул. Спирали, круги, фигуры священных животных властвуют в долине.

Лица людей окаменели, глаза пристально следят за змеями. Тела зрителей медленно покачиваются, подчиняясь особому ритму.

Дарий теряет чувство времени. Завораживающая картина поражает его и наполняет душу благоговением.

С первым лучом солнца мистерия заканчивается. Дарий опустошен. Ни мыслей, ни чувств ничего.

Борис пытается угадать, где это происходит. В каком краю света, и в каком времени он побывал.

Пройдет немного времени, Борис найдет похожее описание обрядов цивилизаций Южной Америки, и только спустя полгода он поймет принцип движения светящихся змей. Это принцип домино. Какой же титаническую работу надо было проделать, чтобы расставить тысячи, десятки тысяч обработанных специально камней.

Случай в деревне

– Вот вы говорите мужество, – высокий темноволосый доктор оглядел друзей, – эта категория волевых качеств не такая простая, как кажется.

– Отчего же, – возразил плотный, с борцовской фигурой немолодой мужчина, – мужество выражается в способности человека действовать решительно и наиболее целесообразно в опасной и сложной обстановке.

– Хорошо, – согласился доктор, – сейчас я расскажу вам одну историю.