Сергей Устенко – Перезагрузка империи с Востока (страница 2)

Недовольно на меня посмотрев, сын сказал:

–Доброе утро, с Новым годом, сейчас быстро съем что приготовили и пойдём.-

– Да некогда ждать, пойдем, глянешь одним глазом, и потом будешь доедать свой завтрак, а то у меня, по-моему, что-то с головой, или с глазами.-

– Пусть сначала поест,– вмешалась Татьяна,– куда торопится ещё весь день впереди, сегодня выходной. -

–Ладно, сказал Александр. Пойдем, глянем, что там случилось. -

Сын у меня, скажу прямо уже не мальчик, четвёртый десяток заканчивает, на стройке работает инженером технадзора. С женой развёлся два года назад, поэтому и приехал к нам Новый год встречать, семейный всё-таки праздник, а семьи нет.

Набросив, куртку и сунув ноги в зимние сапоги Александр, сказал:

– Пошли, я готов.-

Ну, мы и пошли. Опять открыв, дверь чёрного хода уже вдвоём уставились на картину дикого леса.

Да, а говорят, на Новый год чудес не бывает, – как бы про себя проговорил сын.

– Ну что пойдешь, завтрак доедать или на разведку сходим? – спросил я.

– Пошли быстро вокруг дома обойдём, а то мне от любопытства, кусок в горло не полезет.

– А что Татьяне скажем?

– А пока ничего говорить не будем, в окнах всё как раньше смотрится.-

– Сразу двоим идти рискованно, а вдруг всё это закроется, а мы там останемся, или при переходе нас как шандарахнет чем-нибудь и только одни головешки останутся.

– Давай собаку сначала выпустим – Предложил Саша.

– Собаку тоже жалко, но давай попробуем, если она почует там какую-нибудь опасность, то и сама не пойдёт. Ладно, пойду, позову Ромми.-

Собаку звать особо не пришлось, она лежала у входа в гараж и ждала нас с Александром. Забежав в гараж, она увидела открытую дверь чёрного хода и без разрешения рванула на улицу. Поваляться в снегу для неё было любимое занятие.

– Ну, вот вроде вопрос и решился. -

– Подожди надо позвать её обратно, если всё будет нормально, пойдём сами.-

Ромми прыгала в снегу и на наши крики не обращала особого внимания. Пришлось взять палку и закричать – Ромми домой.-

Палки она боялась, хотя её никто никогда палкой не бил, но видно понимала, что если палку взяли, то дело серьёзное, поэтому еще пару раз подпрыгнув в сугробе, завиляла хвостом и забежала в дверь. Поймав собаку, мы тщательным образом её осмотрели, вроде всё было нормально. Пару раз, лизнув меня в нос, собака порывалась опять выбежать на улицу.

– Хватит с неё пусть дома сидит, – сказал я, – пошли сами посмотрим, что тут творится.-

Заведя, Ромми в дом мы вышли на двор.

–Когда выходили, тебе ничего не показалось? – спросил сын.

– Да вроде как ветром обдало -

– И у меня такое ощущение, может, показалось. Ладно, потом посмотрим. С собакой то всё нормально, значит и с нами ничего не случится.-

Разгребая ногами снег, мы отошли на несколько шагов, и тут нам стало понятно, что нашего дома здесь нет. Вместо него стоял небольшой бревенчатый сруб, тёмный от времени и непогоды. Крыша поросшая мхом, чуть косилась набок, будто прикрываясь от ветра. Вход в лесную хижину находился там же где у нас был центральный вход. Подойдя к двери, я дёрнул за деревянную ручку. Дверь была не заперта, а только подпёрта небольшим колом. Домик был похож на охотничью сторожку. Внутри было две комнаты, в первой слегка пропахшей дымом и хвоей, стояла массивная русская печь – сердце этого жилища. Её белёные бока хранили следы копоти, а чугунная заслонка была слегка приоткрыта, словно приглашая к теплу. Перед печью стоял грубо срубленный, но довольно крепкий стол, с вытертой до блеска столешницей. Две лавки по бокам, гладкие от частого пользования, ждали гостей или хозяев. Во второй комнате царил полумрак и покой. Две лежанки с потёртыми тюфяками набитыми сеном, покрытые оромными кусками чёрного меха. Через пару небольших окошек, затянутых мутноватым стеклом, в комнаты едва проникал слабый свет, что делало помещение серым и неуютным. Ещё в доме было очень холодно. Печь видать давно не топили, да и хозяева здесь были далеко не вчера, но заброшенным дом было назвать нельзя. Внутри дома второго выхода не было, но казалось , что заимка эта не просто пристанище, а часть самого леса, такая же древняя и неприхотливая.

Уже ничему не удивляясь, мы вышли на улицу.

– Ну что скажешь? – спросил я у сына.

– А что тут говорить, был один дом, теперь стало два, только положительные эмоции.-

– А кроме эмоций больше ничего нет. -

– А кроме эмоций можно только сказать ну ни хрена себе.-

– Ладно, пошли домой, а то сейчас наш чёрный ход закроется, и будем тут до второго пришествия куковать.-

Наша дверь, слава богу, открылась без проблем. Внутри всё было, как и раньше. В бойлерной тихонько жужжал электрический котёл отопления, в гараже стояли две наши машины, в доме всё было на месте.

– Где вы там бродите, каша уже остыла. Саша сам будешь себе всё подогревать.– Услышали мы голос Татьяны.

– Я уже на улицу выбегала вас звала, а там нет никого. Куда вы ходили?-

Мы, с Александром молча, переглянулись, и, не сговариваясь, пошли смотреть какая картина у нас с главного входа.

Открыв дверь, очень захотелось перекреститься и выдохнуть. Всё было как раньше. Очищенная от снега брусчатка, Сашкина машина, стоявшая перед входом. Наш забор с въездными воротами.

– Ну что теперь скажешь? -

– А что говорить, у двоих одновременно крыша ехать не может. Пошёл я завтракать, а то на голодный желудок что-то непонятное думается. -

Глава 3.

Татьяне решили пока ничего не говорить. Но слово, за слово пришлось рассказать всё, и не только рассказать, но и показать. После Сашкиного завтрака, собрались на втором этаже в моём кабинете, как сын говорит в курятнике, чтобы обсудить проблему. После недолгих разговоров решили, что надо сделать более глубокую вылазку на местность, потому как что-то определённое из тех сведений что были, понять было нельзя.

– Я с вами пойду – сказала Таня, – тоже хочу всё посмотреть.-

–Нет – возразил я,– надо чтоб кто-то в доме обязательно оставался, а то вдруг дверь с той стороны следующий раз не откроется, и что мы там все будем делать.-

–Ладно, только далеко не уходите, и не долго, я буду ужасно волноваться.

– С пустыми руками, выходить опасно, – сказал Александр.– Надо чем-то вооружиться.-

Я подумал – дома из оружия есть только вилы, топор, и воздушный пистолет, копия итальянской "Береты". Пистолет стрелял стальными шариками, мне его старшая дочь подарила на день рождения.

Александра вооружил вилами, себе взял небольшой топорик, перезарядил «Берету» новым баллоном и набил полную обойму, в карман сунул, валявшийся без дела, охотничий нож, тоже очередной подарок. Вышли, понятное дело, через чёрный ход, обследование начали со двора. Двором, конечно, это было назвать трудно. Просто расчищенная от кустарника площадка. С левой стороны за домом, где у нас стояла баня, находился небольшой сарай, почти полностью набитый дровами. Кроме дров там же находился нехитрый садовый инструмент: лопата, грабли, кирка, тяпка. Что-то в инструменте было не так, скорее всего он был изготовлен вручную, в деревенской кузне. За сараем лес уходил в довольно глубокий овраг, пойма которого была покрыта льдом, там видать протекал небольшой ручей.

–Слушай Саша, мы, когда покупали участок под постройку дома, в этом месте тоже был овраг, только его частично пересыпали землей, и он превратился в пруд.

–А дальше что за оврагом было?-

– А дальше дома стояли и новые и старые мазанки. Тут земля дорогая, её постепенно выкупают, старые дома сносят, строят коттеджи типа нашего. Всё- таки близко к городу и трасса рядом, 40 минут и ты в центре Владивостока.

За оврагом кроме засыпанного снегом леса ничего не было.

–Слушай, помнишь, у нас с другой стороны участка ещё один овраг был, его ещё соседи засыпали, дорогу к своим новостройкам делали. Пойдем, глянем, что там сейчас творится.

Овраг был на месте. Дом находился как бы на возвышенности на углу слияния двух ручьёв, которые втекали в небольшое озеро. Всё это естественно сейчас было покрыто льдом и завалено снегом.

– Саша, я понял, мы попали в тоже место, где стоит наш дом, только по времени не понятно, скорее всего, в прошлое.

Повторно зайдя в избушку мы обнаружили небольшой чулан в котором стояла обычная глиняная посуда, 2 горшка, две миски, несколько деревянных ложек.

– Как будто в 19 век попали – сказал Саша.

Мы подошли к лежанкам с лежащимина них тюфяками , покрытые куском грубой шкуры с толстым мехом.

– По-моему это куски медвежьей шкуры -

– У медведя шерсть коричневая, а здесь чёрная, – возразил Александр.

– Много ты медведей видел, это у бурого медведя шерсть коричневая, а у белогрудки, гималайского, как раз чёрная.

– Где эти Гималаи, а где мы. -

– Как раз у нас в Приморье этот гималайский медведь и водится, а ещё тигр и леопард.-

Упоминание про тигров и леопардов как-то сразу испортило нам настроение.