Сергей Устенко – 1900 Гости из ниоткуда -3 (страница 2)

Унтербергер удивлённо вскидывает бровь:

— А какая же, ваше высокопревосходительство?

— Ты знаешь, что у Сергея Владимировича есть та самая «дверь»? — Гродеков понижает голос. — Ступишь на заимку — сразу найди Дмитрия Анатольевича, он тебя проведёт. Перейдёшь на ту сторону, в их век. Пробудешь там ровно сутки. Смотри, запоминай: тебе государю о том рассказывать придётся. Можешь привезти что-нибудь полезное, но не шокирующее. Возьми с собой денег пару золотых червонцев, тебе на сутки хватит. Дмитрий тебе их обменяет. Ровно через день — назад. Ни шагу в сторону, понял?

***

Через час небольшой отряд из двадцати казаков и двое наших саней, в которых сидели мы с подполковником, и четвёрка бойцов из нашей ЧВК, возглавляемая Захаром Шевцовым, с максимальной скоростью двигался по льду Амурского залива.

Уже на подходе к берегу я услышал по рации обрывки команд, отдаваемых Егором Агеевым своим бойцам. Подъехав чуть ближе, я вмешался и получил доклад:

— Перестрелка идёт уже больше двух часов, — начал Егор. — Первыми выстрелами сняли четверых китайцев, остальные сразу залегли, кто за деревом, а кто за положенной на снег лошадью, и открыли ответный огонь из своего оружия. Ну мы, наверное, положили ещё человек пять. У нас один раненый. Семёну пуля попала в плечо с полчаса назад. Пока перевязывали, хунхузы пропали, и уже минут двадцать тишина. Я предполагаю, что они начали отходить по лесу, несколько коней исчезли.

— Что с пленным?

— Как только началась перестрелка, он дал лошади, на которой его везли, каблуками по рёбрам и ускакал в чащу. Сейчас попробуем его поискать.

Я переключил рацию на общую волну и подозвал к себе сотника — командира казачьего взвода. Тот подъехал на гнедом коне, придерживая шашку.

— За этой гонкой мы так и не познакомились, — произнёс я. — Волков Сергей Владимирович, американский бизнесмен, — представился я.

— Сотник Третьяк, — представился казачий офицер, лихо поправив папаху. — Иван Александрович. Из кубанских дворян, командир отдельной казачьей сотни. А вас, Сергей Владимирович, уже почитай весь город знает, наделали вы шуму со своим кино.

— А почему командира взвода с нами не отправили? — удивился я.

— Взводный в отпуск на пару дней домой отпросился, а мне захотелось немного с казачками размяться, — с улыбкой проговорил он.

— Слушай, Иван Александрович, наши от хунхузов вроде отбились, но что осталось — уходят не по льду — там открыто, их любой дурак заметит. Пойдут лесом, к перешейку, что соединяет полуостров с материком. Если мы дадим им уйти, они растворятся в тайге. Бери дюжину своих казаков, самых быстрых, и скачи напрямик через залив, там есть тропа вдоль берега. Выйдете на перешеек — дорога там одна, по лесу. Через бурелом они вряд ли пойдут. Не дайте им уйти, если можно — возьмите языка. Остальные под командой вахмистра с нами, прикроют до заимки.

Сотник козырнул, коротко бросил команду, и двенадцать всадников, гикнув, понеслись в сторону берега, только снег взметнулся из-под копыт.

Мы не стали задерживаться. Через час заимка показалась из-за сосен — дымок над трубой, несколько фигур во дворе. На крыльце стоял Дмитрий с моим винчестером в руках, рядом с ним — Захар, державший винтовку наизготовку. Я облегчённо вздохнул: значит, наши устояли.

Сани остановились у крыльца. Я спрыгнул на снег, оглянулся на Унтербергера, который с любопытством выглядывал из-под полости.

— Приехали, Пал Палыч. Сейчас проясним обстановку и пойдём домой.

Шевцов, завидев меня, бодро подбежал и начал доклад.

Из рассказа Захара Шевцова:

— Первым же выстрелом я снял их командира, ехавшего на лошади. И ребята тоже не подкачали — даже Пашка стрельнул одного. Но потом китайцы быстро попрятались: кто за лошадью, кто за дерево, а кто просто в снег упал — сразу видно, народ обученный. Но против снайперки слабаки. Всего нашли одиннадцать трупов, остальные потихоньку, отстреливаясь, дали дёру. Уже в самом конце, когда мы их начали преследовать, Семён получил пулю в правое плечо. Пока его перевязывали, хунхузов и след простыл. Преследовать не стали — момент неожиданности пропал, а их ушло больше десятка против нас троих. Я решил не рисковать. Зато трофеи знатные собрали: десяток вьючных лошадей, в тюках в основном меха, ну и так, по мелочи, ещё кое-что — до конца не смотрели. Многие лошади разбежались, послал парней их искать. Да и пленный купец куда-то задевался. Как бы не замёрз в лесу.

Я немного осмотрелся. Приехавших с нами казаков отправил обследовать территорию военных действий. Приказал всё, что найдут, тащить сюда.

Ещё через час показался сотник со своей командой. Они вели за уздцы с десяток лошадей, на одной из них сидел дородный мужчина с кровоподтёками на лице, в казачьей папахе. Сзади обоза тащились два пленных китайца, привязанные за руки к хвосту последней лошади.

Сотник коротко доложил:

— Ваше предположение, Сергей Владимирович, что китайцы пойдут по дороге через перешеек, было абсолютно верным. Мы успели буквально на двадцать минут раньше их. В результате короткой перестрелки шестерых уложили, двое сдались, ещё двое ушли в лес, но мы их преследовать не стали. Весь их обоз привезли с собой. На обратном пути встретили привязанного к лошади купца Лопахина Петра Давыдовича. Мои казаки подарили ему папаху и варежки, а то чуть уши не отморозил.

Я обвёл взглядом двор заимки, заполненный лошадьми с тюками на спинах, снующими и торопящимися куда-то казаками, моими людьми, неторопливо осматривающими содержимое трофеев. Зашёл в сторожку, где на одной из коек лежал раненый Семён, а на лавке за столом сидел дородный мужик — как я понял, это и был пленённый китайцами купец Лопахин. Он громко отхлёбывал из большой глиняной кружки дымящийся чай, постоянно растирая то уши, то щёки красными от мороза ладонями.

«Слишком много народу», — закралась навязчивая мысль.

Я подошёл к командиру казаков, о чём-то переговаривавшемуся с подполковником Унтербергером.

— Иван Александрович, — обратился я к нему, — ваши казаки молодцы, с задачей справились. Жаль, конечно, что двое китайцев смогли уйти, но я думаю послать за ними своих людей: зимой в лесу следы хорошо видно. Теперь о дальнейших планах. Вы видите — вашему взводу здесь ночевать особо негде, а вы без шатров, без должного запаса продуктов. Поэтому вам пару часов на отдых — и собирайтесь обратно. С моим помощником Захаром Шевцовым решите, что из трофеев полагается вам, а от меня лично вот вам подарок. — Я снял с руки свои часы на металлическом браслете и вручил казачьему офицеру. — Такие есть только у генерала Стрижева.

Сотник удивлённо уставился на часы:

— Это что такое? — спросил он.

— Неужели не понятно? Это часы, но не на цепочке в кармане, как здесь принято, а на руке. Давайте я покажу, как это носится. — Я одел ему браслет на левое запястье и застегнул защёлку.

— Спасибо за подарок, Сергей Владимирович, — слегка смущённо ответил сотник, — даже не знаю, чем отдариваться буду.

— Чем казак отдаривается — службой, — произнёс я, немного подумав. — Да ещё пленных китайцев заберёте с собой, передадите ротмистру Гирриловичу, Юрию Михайловичу. Скажите — от меня подарок, ну и расскажете, как они к вам попали. А пока отдыхайте, обедайте.

А вы, Пал Палыч, время не теряйте, — отвёл подполковника чуть в сторону. — Найдите Дмитрия Анатольевича и ступайте на ту сторону, знакомьтесь пока с бытом. Я с делами немного разберусь и тоже к вам присоединюсь.