Сергей Удалин – Темные Пути (страница 17)
Бедняга Хлоффель попытался потрясти головой. Мол, не знаю и даже не догадываюсь, на что это ты намекаешь. Но после такого удара не очень-то шеей поворочаешь. Скривился от боли и затих.
Вот и славненько! Когда к угрызениям совести добавляется обычная боль, всё как-то лучше доходит и надолго запоминается.
— Я не могу сказать наверняка, что это сделал ты. Или что ты это сделал умышленно. Возможно, ты просто случайно проговорился. Предположим даже, что это твой пердун-слуга нас подслушал и донёс куда следует. Хотя ко мне трудно подобраться незаметно, и я не открывал рта, не убедившись, что мы одни, но пусть будет так. Это всё равно ничего не меняет. Я не могу больше доверять тебе, не могу быть уверенным, что меня снова не предадут. А ты, к несчастью, слишком много знаешь. И я никак не могу придумать, что же теперь с тобой делать. Может, сам что-нибудь подскажешь?
Старик совсем скис. Понял, куда я клоню.
— Ну, что же ты молчишь, старик? Назови хоть одну причину, из-за которой я не должен тебя убивать!
Тут я, конечно, немного неправ. Даже знай Хлоффель такую причину, он всё равно не смог бы о ней рассказать. Но меня это мало волнует. Потому что убивать его я на самом деле не собираюсь. Мёртвый Хлоффель совершенно бесполезен, а живой ещё может на что-то сгодиться. Нужно только навсегда отбить у него охоту действовать самостоятельно.
— Ладно! — якобы передумал я. — Шлёпнуть я тебя всегда успею. Надеюсь, хоть это ты понимаешь. А ещё попытайся понять, что я больше ни на миг не спущу с тебя глаз. Присмотрел я тут неподалёку местечко, откуда твой дом прекрасно виден. Каждый шаг, каждая твоя мысль будет мне известна. Подходить ближе, чем на сто шагов к зданию криминального департамента или к миссии Ордена я бы не советовал. Запомнил?
Старик хотел кивнуть — не сумел, и вместо этого поспешно заморгал, соглашаясь с моими условиями.
Я подошёл совсем близко к беспомощно развалившему в кресле старику и ласково продолжил:
— А сейчас, Хлоффель, тебе нужно поспать. Не пугайся, это не больно. Просто нажимаешь пальцем на сонную точку, и человек выключается. И не только человек. Забавно, но и у карлюков, и у смазлов, и даже у глыбарей чувствительные точки расположены одинаково. Впрочем, что я тебе голову ерундой забиваю? Для тебя важно запомнить одно — я за тобой слежу. И пытаться обмануть меня — глупо, бесполезно и опасно для жизни. Усвоил? Ну, тогда — спокойной ночи!
Сказал — сделал. Через пару секунд Хлоффель уже сладко посапывал.
Спи, дедуля, а я пока в твоём доме пошарю. Во-первых, давно пора нормально поесть. А то ведь там, в подземельях особенно не попируешь. Даже вспоминать не хочется. А во-вторых, неплохо было бы прихватить с собой кое-какие вещички. Нет, не деньги — зачем они мне. И не оружие — во всём Вюндере не найдётся такого, чтобы меня заинтересовало. Чем с этим дерьмом, так лучше голыми руками. А вот несколько веркуверских приспособ, которые Хлоффель упорно собирал, покупал и выменивал, порой даже не понимая их назначения, мне бы пригодились. И в первую очередь — стабилизатор. Должен у Хлоффеля хотя бы один остаться, мы ведь собирались вслед за аристократиком и других добровольцев в Загород запускать. Возможно, мне скоро придётся уходить из города. А в теперешнем особом положении соваться без стабилизатора в Переход слишком рискованно. Вот только куда старик его спрятал? Дед гордился коллекцией и расставлял экспонаты в самых видных местах. А стабилизатора почему-то нигде не видно.
— Да где же он, ни дна ему ни покрышки!
Точно! Именно это я и хотел сказать.
Стоп! Хотел, но ведь не сказал же? Вроде бы нет. Но голос слышал? Слышал. Чей голос? Кроме меня и Хлоффеля, в доме никого нет. Но старик спит, не может не спать после точечной атаки. А чужого в доме я бы почувствовал. Или совсем сдал за последние дни?
— Кто здесь? — на всякий случай спросил я, не очень надеясь на ответ.
Но ответ всё же последовал:
— Я не здесь, я там.
Голос довольно молодой и какой-то неестественно звонкий. Или просто слишком весёлый.
— Где — там?
Ничего умнее в голову не пришло. Я по-прежнему не понимал, откуда исходил странный голос. Такое ощущение, что прямо из воздуха.
— Там — это очень далеко от здесь.
Ну, точно — весельчак. Однако я что-то не расположен с ним перешучиваться.
— Вот и оставайся там. Что тебе здесь-то нужно?
Молчание. Ну, вот и хорошо. Мне сейчас не до голосов из ниоткуда. Мне стабилизатор нужно найти и свалить поскорее.
— Слушай, а тебе-то что здесь нужно? И вообще, кто ты такой? Это ведь дом Хлоффеля?
Так, отвязаться не удалось. Но есть и приятный момент — он меня не знает. Это уже лучше — не люблю, когда у собеседники есть преимущество.
— Угадал, это дом Хлоффеля. Только хозяин сейчас спит. А я — его друг и, можно сказать, охранник.
— Друг? У Хлоффеля? — рассмеялся в ответ невидимка. — Сколько себя помню, у него только собутыльники были. А теперь, когда Хлофф бросил пить, с ним вообще никто не общается. Видать, ты не очень хорошо знаешь старика. Наверное, недавно с ним познакомился. Слушай, а ты не Фокусник ли случайно?
Ничего себе! Оказывается, он меня всё-таки знает. Почему же я его не узнаю? Может, голос искажён расстоянием? Чёрт его знает, как он сюда передаётся. Или незнакомец раньше говорил иначе?
— Да ты сам-то кто такой?
— Догадайся! Мы с тобой совсем недавно встречались.
— Хм… Аристократ, что ли? Этот, как тебя, Луфик?
Шлёп! В смысле — блин! Я получил увесистую затрещину. Ниоткуда. Из воздуха.
— Не смей меня так называть, понял?
Что ж тут непонятного? Ответить ему я не могу, а вот получить добавки — как нефиг делать. Придётся проглотить, обратить в шутку.
— Ого, ловко! Как это у тебя получается?
— А, пустяки! Я теперь такое могу, что тебе и не снилось. Может, ты и Фокусник, но тогда уж я — настоящий волшебник!
Вот хвастун! А может, и не хвастун. Может, он теперь и вправду всё может. По лицу-то я от него получил — это факт. Кто ещё смог бы такое проделать?
— Так значит, Луфф, ты выбрался из города? И что было дальше? Нашёл кристаллы?
— Кристаллы? Да я вас с Хлоффом завалю этими кристаллами. Только позже. Сейчас у меня дела поважнее.
Да, похоже, парень немного не в себе. Хотя, если бы я сам вдруг научился таким фокусам, и у меня бы крыша поехала.
— Ладно, я уже понял, какой ты стал крутой. Но как тебе это удалось?
— А очень просто! — парень по-прежнему не умел держать язык за зубами и тут же выболтал свой секрет. — Съел я в лесу какую-то гадость. Потом закусил другой гадостью. А потом меня напудрили порошочком, от которого стало очень хорошо. Мне и сейчас ой как хорошо!
— Порошочек? Стихин? А перед этим что жрал? Улиточный орех? Или паучий орех? Который?
— Во-во, что-то вроде того! И теперь я молнии из рук выпускаю, ветер останавливаю и ещё чёрт-те что могу вытворять!
Вот это новости! Есть о чём задуматься.
— Ладно, приятель, мне пора. — с горделивым восторгом в голосе сообщил обдолбанный аристократишко. — Приход заканчивается, начинает отпускать, а мне ещё охота немного молниями побаловаться. Передавай привет Хлоффу. Я ещё как-нибудь загляну. Делишки обсудим.
И он опять — теперь уже слегка — шлёпнул меня по затылку.
Вот придурок! И за что недоумку такая удача привалила? Его ни в коем случае нельзя отпускать. Осталось ещё столько важных вопросов!
— Постой, Луфф! Скажи, многие знают, что с тобой произошло?
— Да вся деревня знает! Хотя, наверное, уже и в других местах восхищаются моими… — донеслось словно издалека, и голос замолк окончательно.
Я подождал ещё немного, но больше ничего не случилось. Хотя ведь и так случилось достаточно.
Похоже, мои планы снова меняются.
Глава 10
День у его святости настоятеля Ривса выдался напряжённым. К обычным хлопотам по поддержанию порядка в храме прибавились новые обязанности члена попечительского совета. Приближалось время отправки спецкаравана, зачастую чреватое неожиданными осложнениями. Настоятель пол дня метался между Магистратом и миссией Ордена, уточняя, утрясая и согласовывая. Раньше этим занимался его святость Купп — настоятель храма Божественной Благодати. Но три дня назад он скоропостижно скончался от сердечного приступа. Событие само по себе весьма прискорбное, а накануне отправки и вовсе угрожающее катастрофой, поскольку многое в этом щекотливом деле строилось на личных отношениях, взаимном доверии и авторитете. Какового новичку, конечно же, не хватало.
Пытаясь достойно заменить усопшего, Ривс совсем выбился из сил. А тут ещё к нему пристал назойливый сыщик-неудачник и прямо-таки засыпал вопросами. Как часто отправляются спецкараваны, по каким критериям происходит отбор, какие документы выдаются сопровождающим, бывают ли исключения, как производится оплата, не выражал ли Орден в последние время неудовольствия качеством поставок. Замучил, одним словом.
Отказаться отвечать тоже нельзя — хоть и опальный, а всё ж таки служащий криминального департамента. Но и чересчур откровенничать опасно — так недолго и сделку сорвать. К сожалению, красиво и убедительно врать настоятель ещё не научился. И в который уже раз за сегодняшний день вспомнил Куппа. Как у того легко и просто всё получалось! Он бы этого сыщика в две минуты отшил. А Ривс часа два отбивался от вопросов и домой пришёл окончательно вымотанный. Отослал слугу и, даже не ужиная, проковылял в спальню. Ещё пару дней нужно как-то продержаться, а потом…