Сергей Твардовский – Сырок 1 (страница 10)
Красс хотел что-то сказать, вероятно, вновь переспросив про деньги, но Креа, не дав ему раскрыть рот, сильно наступила ему на ногу и сделала резкий жест, чтобы тот убирался. Несмотря на угрожающий вид, громила собрал своё орудие и, бурча, развернулся, чтобы убраться восвояси ни с чем.
***
– Чего вы меня оставили тут одного? – зашипел Рома, когда Красс отошёл.
Креа, отодвинув Рому в сторону, полезла в «склад» тачки. Даже не посмотрела на него, а на лице было даже какое-то разочарование, будто бы он влез в неприятности, когда она только отвернулась.
– Ты там встал, как болван, глядя на стражей и… вообще, почему тебя за ручку водить надо? – Она внезапно уставилась на него, резко выпрямившись, словно он был навязанной обузой.
Хотя, так оно и было.
– У нас, вообще-то, контракт просроченный и, знаешь, если Зэйн с тобой цацкается, то это его выбор. Ты мне неприятен, потому не жди, что я с тобой также носиться буду. К тому же, Зэйн разрешил.
– Я… понял, спасибо за прямоту, – Рома запихал рвущееся наружу чувство несправедливости и обиду. Она была права. Точнее, в полном праве.
– И спасибо, что не устроил тут резню, – перебирая что-то внутри багажника, сказала она. Сказала даже искренне. По-крайней мере, судя по тону. Да и, в целом, девка она была прямая, без ужимок.
– Я не хотел навредить, – пробубнил Рома, – …и, прости меня, пожалуйста.
– За что? – даже не выглянула из-за гравика Креа.
– Ну… что создаю вам проблемы, что мне дали эту силу, да и за то, что я вообще здесь…
– Бедный-несчастный, мне тебя жаль, да, – цокнула языком девушка, что-то распихивая по карманам, – не за что передо мной извиняться. Просто не путайся под ногами. Ну, или сам как-то ногами шевели, чтобы тебя за ручку не водить.
Времени на то, чтобы ощутить себя пятиклассником, которого отчитывали за тройку по математике, не было, ведь Креа, хлопнув крышкой, просто встала и пошла. В руках у неё была увесистая стопка каких-то пластин, которую она закинула за бок.
Рома ломанулся следом, чтобы не остаться одному снова.
***
Там был лифт, который Рома сходу принял за погрузочную платформу. При повторном осмотре, оказалось, что он был меньше и изящнее, но не на первый взгляд.
И хорошо, что он его сразу не заметил.
Было бы тяжелее его разыскивать. Ведь, окажись он на десятом, или двадцатом этаже – подъём был очень быстрым, если не сказать, что стремительным – он бы просто потерялся тут и всё. Креа, признавшаяся в том, что он обуза, явно не стала бы бегать по уровням, разыскивая потерявшегося двадцати семи летнего мальчика.
Когда лифт стартанул, Рома чуть дёрнулся, но совладал с собой, ибо понял, что там внутри есть какое-то «ядро», или «гравитационный камень», или «слеза Ктулху», которая не даёт пассажирам рухнуть на пол из-за стремительного движения платформы вверх. Он даже вспомнил, как видел, в какой-то старой комедии, как героя расплющило по полу в таком же сумасшедшем лифте, и слегка прыснул, вызвав недоумённый взгляд спутницы. Объяснять не стал, смущенно покачав головой. От резкой остановки он даже не подлетел, хоть ноги и были напряжены всю короткую дорогу. На всякий случай.
Добавив в список пункт о том, чтобы разобраться с устройством местных подъёмников, Рома двинул вслед за Креей, стараясь не вертеть головой особо, чтобы не выпустить девушку из виду и не затеряться в людных помещениях.
Казалось, что они были на каком-то административном уровне. Широкий коридор, светлые панели, похожие на деревянную отделку, на стенах и тёмные на полу, парящие под потолком осветительные сферы, открытые и закрытые двери, ведущие в помещения и другие коридоры. Ни окон, ни картин не было. Повсюду висели какие-то информационные таблички и странные полусферы на полу транслировали что-то в объёмных голограммах. Они были похожи на то, что показал ночью Зэйн, только крупнее – чуть выше человеческого роста. Изображение показывало какие-то информационные тексты, затем сменялось на вид снаружи краулера, потом снова шёл текст, в который Рома не вчитывался. Какие-то слова он узнавал, но общий смысл оставался непонятен.
Тут было много людей, а обстановка напоминала типичный бизнес-центр в Москве. Люди были повсюду: в «кабинетах», коридорах, кучковались, спешили по своим делам, аккуратно огибая Крею и Рому, глазевшего на их необычные наряды. Точнее на поразившие своей простотой одежды, не похожие на то, что таскали Зэйн с Креей, как и на заляпанные тёмными пятнами робы работяг в ангаре. Простая и, казалось, обычная тут одежда, но совершенно непохожая на то, что носили дома.
Не было никаких светящихся узоров, ни плащей, ни металлических вставок, ни оплечий – ничего, что рисовали концепт-художники. Обычные рубахи с длинным рукавом, или, наоборот, без рукавов. Просторные туники. Широкие лёгкие штаны и юбки. Единственные две вещи, которые зацепили внимание были карманы и сумочки. Карманы местные просто обожали, судя по их количеству на штанах. Даже на туниках было по большому, словно у кенгуру, карману. Не у всех, но было.
Разного рода сумочки – их тоже любили. Одни болтались на талии или на бёдрах, крепившиеся тугими обвязками, какие-то были за спинами, а какие-то представляли собой ленту с карманами, перекинутую по диагонали через плечо.
На Рому поглядывали, но тут же возвращались к своим собеседникам, или делам, хоть он и замечал искорки интереса, когда люди видели брендовый логотип на его худи всего с двумя карманами. Да и яркие синие джинсы сильно выделялись на общем кремово-пастельном тоне одежд большинства людей. Даже тёмная форма Креи не так выделялась, ведь цвет её не был броским. Будто тёмный камень на фоне пустынных песков.
Голос Зэйна он услышал и узнал сразу, даже в лёгком гомоне, царившем на уровне.
Он явно что-то доказывал, повышая количество грэнчей на кубический метр своим басом. Судя по закатывающимся глазам, проходящих мимо открытой двери, сотрудников, Рома даже определил в каком кабинете всё происходило. И оказался прав.
Сидевший за столом мужчина исподлобья смотрел на расхаживавшего по небольшому кабинету Зэйна, хмуро перевёл взгляд на вошедших, задержав его чуток на Роме, словно сканируя. Всё так же скользнул глазами по логотипу.
– Если там хоть один комплект повреждён, то ни шлака я тебе не заплачу.
Шлаки – местный аналог копейки. Судя по схожести выражения, шлаки были дешевле гильдов, либо вариантом альтернативной валюты. Судя по тому, как кулак Зэйна обрушился на поверхность стола, Зэйн хотел получить много шлаков.
– Если не заплатишь, я их тебе засуну… – начал было Зэйн, угрожающе ткнув пальцем чуть ли не в нос хмурому клерку, скосившему взгляд на декоративную тарелочку на подставке с какими-то разноцветными шариками, стоявшую на столе, которая качалась от удара по поверхности.
Приглядевшись, Рома увидел, что это были не просто цветные шарики. Они словно пульсировали и переливались какими-то внутренними энергиями. Совсем как Слеза Илисс!
– Не ругайтесь, всё на месте, всё в сохранности, – примиряющее подняла руки Креа.
«Кстати, а где та пачка пластин, которую она забрала?» – глядя на пустые ладони, подумал Рома. Он не углядел, куда она их дела, по пути. Сначала держала её в руках, а потом он упустил, разглядывая всё вокруг.
Раздался звон – тарелочка, всё же, рухнула на пол, разбившись. Шарики, которые были в ней, разбежались во все стороны, закатившись под всё, под что можно было закатиться.
«Капец…»
– Я вычту это, – процедил клерк и постучал пальцами по столу.
– Да я сам подарил тебе её! – воскликнул Зэйн, с сожалением взиравший на осколки под столом.
– Давай их сюда, – клерк, не обратив на него внимания, указал на поверхность стола, предварительно расчищенную от канцелярских предметов.
Креа тут же положила на стол плотный пресс пластин, который… откуда он взялся? Только что её руки были совершенно пустые.
– Тут всё?
– Не знаю, пересчитай. Что передали, то привезли, – ответила Креа будто бы слоганом компании.
Внезапно Рома почувствовал лёгкое касание внизу. Опустив глаза, он заметил белёсый шарик, диаметром в пару сантиметров, прикатившийся к левой ноге.
Он был похож на…
Пока клерк считал пластины, которые, от особого касания, чуть «вздыхали» и чуть надуваясь, будто бы набирая воздуха. Пластиной оно было, видимо, для удобства перевозки. При активации, оказалось, что в каждой такой пластине, словно в отрывной ленте, было по десять или двенадцать секций, в каждой из которых лежало голубое кольцо. Похоже, что те самые водные диски, о которых говорил Зэйн.
Клерк осмотрел несколько лент, хмыкая, пересчитывая и что-то сверяя в журнале, вновь началась перепалка из за того, что заказ не был доставлен к назначенному времени. Он явно не шутил, говоря об отказе платить. Зэйн всё больше выходил из себя. Рома пытался привлечь внимание Креи, но та лишь отмахнулась. Его опять словно не замечали – как это всегда было, когда взрослые ругались, а он всё смотрел и смотрел на белёсый шарик, лежавший у его ног. Зэйн сказал, что от них нужно держаться подальше, что они запрещены. Но что он делал на столе у клерка? Рома опустился и поднял его.
– Что это? – держа на вытянутой ладони, пульсирующий белёсым маревом, шарик, спросил он у клерка, удивлённо распахнувшего глаза.