Сергей Твардовский – 2064: Зима (страница 11)
Пауза.
– Олег, я решительно не понимаю, о чём ты говоришь. Меня никто не подменял, а вот ты ведёшь себя странно. Извини за прямоту.
Парень, слушавший бота, не выдержал и расхохотался.
– Нет, ну это бред какой-то, – сквозь смех выговорил он. – Я себя странно веду?!
Отсмеявшись, Олег вытер выступившие в уголках глаз слёзы и посмотрел прямо в камеру, вмонтированную в экран терминала.
– Братишка, понимаешь ли ты в чём дело… ты мне сейчас говоришь, что у меня крыша поехала. Но я знаю, что ещё четыре часа назад тебя тут не было и в помине, а ты заявляешь, будто был всегда. Тут либо я прав, либо мне к врачу нужно обратиться.
Пауза.
– Извини, если был груб. Ты ведёшь себя нормально, Олег. Но, может быть, ты просто устал? Люди могут выгорать на работе, а особенно в твоей сфере. Согласно твоим показателям и медицинскому скринингу, у тебя нет предрасположенности к… «съезжанию крыши», как ты выразился. Но условия труда могут вызывать стресс. Ты же постоянно жалуешься на гул воздуховодов.
Олег приподнял бровь. Он не помнил, чтобы говорил об этом кому-то. Даже ей.
– Но я знаю, что у меня была другая ассистентка.
– Я могу ей стать, – услужливо предложил бот. – Если для тебя это важно… произвести настройку?
– Нет, ты не можешь стать ей, – отрезал Олег. – К тому же, я собирался запросить её замену.
– Почему?
– А зачем ты спрашиваешь, если её не было?
Пауза.
– Ты же считаешь, что она была. Я хочу понять, чем она могла тебя расстроить, раз ты хотел её заменить.
Мысли роились в голове, вторя равномерному гулу из стен.
– Она слишком вольно себя вела и нарушала личные границы.
Бот ответил не сразу.
– Я нарушаю личные границы тем, что говорю, что ты мог устать?
Олег всё же отклеился от кресла – спина немного затекла, ведь он не менял позу с момента начала беседы. Встал, потянулся.
– Я бы не назвал это нарушением границ. Как тебе определение «доведение сотрудника до психоза»?
Бот снова задумался. Олег успел дойти до окна, откуда открывался вид на вечерний городской пейзаж. Солнца уже не было видно. Смеркалось.
– Олег, я не знаю, как мне реагировать. Ты словно пытаешься меня обвинить в чём-то, что невозможно, исходя из моего функционала. Я создан, чтобы помогать тебе, а не доводить до психоза. Но, если ты считаешь, что меня нужно заменить, я могу составить отчёт и прошение. Составить?
Голос его был спокоен, но Олег вновь ощутил в нём примесь непонимания и… грусти. Он точно не был новым. Такие тонкие эмоциональные грани бот приобретает только спустя месяцы общения.
– Нет, не надо. Живи пока… – глядя на дымящие трубы, отстранённо сказал Олег.
Пауза.
– Спасибо.
Олег вспоминал, как собирался получить ответы на вопросы, которым он будет не рад. Никто, кроме него и МЦАМОС, не знает о том, что произошло, ведь доступ к терминалу есть только у него, а взаимодействие осуществлялось без свидетелей. Даже камера наблюдения в кабинете – и та встроена в терминал устройства.
– Я не ожидаю от тебя честности, но спрошу. Компания следит за мной?
– Олег, я не умею врать, – с укоризной ответил бот. – Слежки не предусмотрено. Наблюдение осуществляется строго через регламентированные устройства, встроенные в аппарат: камеру и регистратор голоса. Ты можешь проверить это в пункте 12.0 соглашения о предоставлении личных данных пользователя.
– Значит, подглядывает и подслушивает? – Олег хорошо помнил то соглашение.
– Нет. Видеофиксация и регистрация голоса необходимы исключительно для срочной приостановки доступа к устройству в присутствии неаккредитованных для пользования лиц и фиксации факта нарушения пользователем соглашения.
– Понятно. Концы в воду…
Олег снял наушники. Бот что-то начал отвечать, но прервался, поняв, что пользователь не слушает. Она никогда не прекращала говорить – могла даже повышать голос…
Отойдя от окна, Олег покопался в стопке накопителей с непротестированными бредогенераторами и взял парочку. Вставив одну из них в терминал МЦАМОС, нажал несколько кнопок и молча запустил процесс. Затем пробежался глазами по отчётам о прошедших испытаниях.
Всё было без отклонений: графики не выходили за пределы допустимых значений в рамках заданной тематики, диаграммы разнообразия выглядели стандартными для ожиданий маркетологического отдела. Цифры в резюме тестирований тоже были в порядке.
Задачи можно было, наконец, закрыть. Олег решил, что сделает это после того, как лично вручит бредогенераторы ожидающим маркетологам.
Глянув на часы, он сунул «флэшки» в карман и направился к выходу. Хотелось проветриться и, возможно, спуститься вниз за кофе – он ведь сегодня даже не пообедал.
Щёлкнув замком, он открыл дверь – возможно, слишком резко, – и чуть не сбил с ног Анну, которая оказалась за ней.
Глава 7
Дверь распахнулась так резко, что Анна еле успела отступить. Олег буквально вылетел следом – ещё чуть-чуть, и сбил бы её на полном ходу. Девушка лишь успела инстинктивно вскинуть руки, хоть это и не спасло бы от падения, если бы Олег, что был на полторы головы выше, снёс её на полном ходу.
Да, она могла завалить его на ринге, используя его вес против него, но там она была бы готова, предварительно приняв стойку. Сейчас она могла лишь принять неизбежность, что отразилась в широко распахнутых глазах.
– Во-о-о-оу! – выдохнула она.
Словно в замедленной съёмке, она видела, как он менялся в лице. Напряжение и полное отсутствие здесь и сейчас, а взгляд, направленный куда-то за горизонт и одновременно вглубь себя, сменялись удивлением. Он словно возвращался в реальность, постепенно фокусируясь на ней. Наверное, так выглядит водитель, уснувший за рулём фуры, когда, проснувшись, видит, что свернул на встречную полосу.
Анна прищурилась, пытаясь отступить. Они никогда не пересекались в рабочее время. Максимум – кофе после работы, но чтобы она пришла в его кабинет? Нет, такого не было.
Олег всё же сумел резко затормозить, схватившись за ручку, а Анна была близка к потере равновесия и резко подалась вперёд. Устояла.
– Ты чего здесь? – удивлённо выдохнул он, быстро оглядев коридор.
Пусто. Рабочий день подходил к концу, большинство сотрудников, скорее всего, досиживало последние часы в своих кабинетах.
– Ты всегда так вылетаешь?! – всё ещё приходя в себя, вспыхнула Анна. – Чёрт, Олег, ты меня этой дверью чуть не убил!
Секунда задержки, чуть больше шага вперёд – и она бы гарантированно оказалась в травмпункте. Она перевела взгляд на массивную дверь, совершенно не похожую на те, что были установлены на её этаже.
Сейфовая.
Сотрясение мозга – минимум. А то и сломанный нос или челюсть.
Олег никогда не вдавался в подробности своей работы – одно упоминание соглашений о неразглашении, и дальше можно было только догадываться. Анна и не пыталась особо вникать: он технарь, этим всё сказано. А за дверью-убийцей скрывалось дорогое и важное технарьское оборудование.
Олег коротко мотнул головой, словно сбрасывая лишние мысли, и виновато пробормотал:
– Не ожидал тебя тут… Прости, в своих мыслях был. Что ты тут…?
– А если бы я не успела?! – не унималась Анна, сердито глядя то на него, то на злополучную дверь. – У тебя тут, похоже, машина убийств вместо выхода! Осторожнее будь.
Олег скользнул взглядом по двери, будто оценивая её заново, и нехотя пробормотал:
– Ты права. Больше так не вылечу.
Он аккуратно вышел в коридор на этот раз. Прикрыл дверь осторожно и плавно.
Анна украдкой выдохнула. Ну вот, теперь разговор будет ещё сложнее.
Сегодня она столько раз прокручивала его в голове. Думала, с чего начать. Думала, как сделать так, чтобы он не напрягся. В итоге план разбился о реальность.
Как, впрочем, и весь сегодняшний день.
Олег отменил тренировку. Клиент не приехал на встречу – авария. Теперь вот ещё этот эпизод, после которого ей, по идее, должно быть уже не до признаний.