Что рук поднять никак нельзя.
Быть может, кто-то не пускает
Тебя ко мне, к тебе меня.
Но помню, помню, как бежали
С ума сошедшие шаги.
В квартете рук мы раздевались.
Потом расстаться не могли.
И губ родство ведь длилось вечность
Веками щелкал циферблат.
А мы ругали быстротечность.
Просили время повернуть назад.
Знакомый номер телефона
Уж очень долго не звонит.
Не думать хочется, но снова
Я памятью своей избит.
Принесла я веник, тряпку,
А потом наоборот.
Но пристроился ведь сзади
Ко мне странный обормот.
Не хотела и хотела,
Все само произошло,
А потом на самом деле
Все сомнение ушло.
Я забыла веник тряпку,
А потом наоборот.
Лишь был со мною рядом
Этот сладкий обормот.
Знаем все. Не знаем, не постичь умом
Для чего родились и отчего умрем.
В жизни не бывает лишний циферблат.
Жизнь ведь назначает из болезней мат.
Там перед кончиной в грустный прах судьбы
Мы прошепчем честно то, что любим мы.
Что хотели много, но не повезло.
Заблудилось счастье где-то, как назло.
Вроде бы влюблялись, а, быть может, нет;
Гроздь ошибок носим мы на нитке лет.
Но опять не честно в прах судьбы соврем.
Ведь мы сами знаем, отчего умрем.
Я многозвучие камней
Услышал, понял ведь совсем не сразу:
Сначала легкий вздох страстей,
Изгибы шеи в дымчатых топазах…
Там было все, о чем мечтал,
О чем не думал, там случайно было:
Ноги зовущий пьедестал,
Вдох-выдох губ одним дыханьем жили.
Потом искал сначала я
Себя. Потом я обнимал другую.
Но не было браслета янтаря.
На них. И белизны ноги вкрутую.
Забыть такое – что предать.
Я встречей, словно родинкой отмечен.
И обречен менять, перебирать:
Тела и судьбы, – все подряд калеча.
И там я в бесконечности ночи
В полете немоты и диких криков
Оставил я тебе свои ключи,
Чтоб бредить в смене лиц твоим лишь ликом.
В мире телефонов,
Камер цифровых
Мы порой не слышим
Лишь звонок от них.
Тот, который ждем мы,
Может, в жизни раз.
