Сергей Трищенко – Фальшивые лабиринты, или Иллюзия отражений (страница 36)
Пока я философствовал, дождь прекратился окончательно. Просто удивительно, как иногда вода, проливаемая отдельными философскими течениями, может способствовать исчезновению воды в природе. Должно быть, из дождя вся вода перешла непосредственно в эти течения, по принципу обратной связи.
— Если не выглянет солнышко — мы пропали! — заявил сэр Жеральд, снимая с себя сначала камзол, а затем и рубашку, и выжимая их.
— Ну, зачем уж так мрачно? — успокоил я его. — Давай разведем костер.
— А что гореть будет? Все промокло насквозь! И зеленое.
— А вон елка сухая... то есть засохшая, — предложил Юнис. — Сейчас спилим и подожжем.
- А пилить чем? — продолжал упорствовать сэр Жеральд. — Пилу-то отдали!
- А вот, — и я достал из сумки маленькую двуручную пилу. — «Дружба-два». Заодно и проверим ее работоспособность.
- Давай! —обрадовался сэр Жеральд. — Только пилить, чур, будем вручную - чтобы скорее согреться!
— И я, и я с тобой! — рванулся к нему Юнис, шлепая посиневшими губами.
Я бросил пилу на землю. Она мгновенно напиталась от земли и превратилась в пилу обычного размера.
Юнис наклонился к ней, чтобы поднять, но когда он распрямился, в руках его вновь оказался маленький макет пилы — брелоком.
— Ха! А как же вы будете ею пилить? — заинтересованно, но с изрядной долей ехидства спросил я.
Юнис разочаровано пожал плечами и почесал пилой затылок.
— Осторожно, полысеешь! — пугнул я его. Он отдернул руку.
— Брось пилу! — приказал я.
Юнис бросил. Пила вернулась в прежние нормальные размеры, но не двигалась.
— Будет ли она вообще работать? — заметил сэр Жеральд, недоверчиво глядя на пилу. — Может, она без той не хочет?
Меня осенила гениальная догадка: я похлопал по стволу дерева и сказал:
— Пили, пила!
Пила чуть подпрыгнула и вгрызлась в комель дерева у самой земли. При этом цепочка, которой она пристегивалась к мотопиле, осталась волочиться по земле.
Ага! Значит, эта цепочка является связующим звеном между землей и пилой — своего рода корень пилы, по которому она и получает свою силу. Ну, тогда все в порядке!
— Видишь, — сказал я. — Та работает автоматически, а эта — полуавтоматически: ей нужна указка, что именно пилить.
— Понятно, — недовольно протянул сэр Жеральд, — а я было хотел сам поразмяться.
— Обрубай сучья, — предложил я, — боевым топором. Чтобы не заржавел.
В несколько минут засохшая елочка была полностью обработана и превратилась в аккуратную поленницу.
Мы развели костер и принялись отогреваться, просушивать одежду и поворачиваться к огню то одним, то другим боком для равномерного прогрева собственных организмов.
Днем костер смотрится совсем иначе, чем вечером или ночью — как-то неискренне, что ли. Ну, еще бы: ему приходится конкурировать с солнечным светом, а такое сравнение всегда проигрышно.
- Едем? — спросил сэр Жеральд, хотя от него еще валил пар.
- Едем! — отозвались мы с Юнисом, чей внешний вид не так сильно напоминал свежесваренную картошку. Что мы сюда приехали — костры разводить? Мы сейчас устроим такую скачку — мигом согреемся! Однако скачки не получилось: мы забыли о неизбежном изменении структуры почвы после дождя.
Раскисшая во время ливня земля жидко разъезжалась под копытами коней и те беспомощно скользили, еле переползая с места на место. И все же мы двигались.
Проюзив несколько десятков метров, мы перебрались на травку: здесь закончились заросли высоких кустов по обе стороны дороги и ехать можно было не в пример веселее. Да и кони приободрились.
Солнце, правда, до сих пор скрывалось в темных тучах, низкие облака неслись по небу ошалелыми курицами, но внизу ветра не чувствовалось. Может, ветерком скорее бы подсушило землю, но, в общем, со временем мы немного освоились. Копыта коней, вытираемые о мокрую траву, блестели новенькими копейками и мы чувствовали себя Святыми Георгиями, отправляющимися в поход на змия. И лишь общая мрачность пейзажа, усугубляемая косыми дождями на горизонте, мешала насладиться ездой в полной мере.
Дракомпас чуть колебался из стороны в сторону, но в общем выдерживал верное направление — направление дороги, из чего я сделал вывод, что предупреждение оракула-мага-волшебника об ориентировании пьяного дракона по дорогам, верно. Другое дело, для чего он теперь, в трезвом виде, пролетал мимо всех встреченных нами городов и замков? Красовался?
ТАРЕЛОЧНЫЙ ЗАМОК
Дорога ощутимо пошла вверх, склон холма закрыл поле зрения, но здесь почва оказалась более песчаной и кони перестали скользить.
Взобравшись на излом холма, мы увидели предстоящий нам длительный спуск, утыкающийся в ворота замка.
Удивительного замка — в виде большой фарфоровой тарелки. Огромной тарелки, и тарелка эта была полна воды. До краев. Так, что с одного края вода даже переливалась — в этом месте образовалась промоина — и окольцовывала замок, образуя классический ров, через который, как и положено, был переброшен подъемный мост, в настоящее время поднятый. Он, по идее, прикрывал ворота в стенке тарелки, но из-за нетрадиционной формы замка мы их не увидели: сейчас они скрывались за краем тарелки.
Если бы не мост, можно было подумать, что на лугу приземлился инопланетный корабль — набрать воды. Бывает же им когда-нибудь нужна вода.
А может, события развивались немного иначе: в незапамятные времена потерпели инопланетяне аварию и приземлились. Или приземлились и потерпели аварию. Поняли, что своими силами с ремонтом не справятся и придется приживаться на новом месте; вырыли вокруг тарелочки ров, сделали мост — как положено во всех окрестных замках, — да и живут себе. Или жили. Но вот это мы сейчас выясним.
Пока мы спускались к замку, ломали голову, как лучше всего форсировать ров, из которого на этот раз хоть и не высовывались головы крокодилов, зато сам ров выглядел намного шире и глубже: вода синела темной голубизной и если только в нее специально не добавляли краситель, подобный цвет мог указывать на значительную глубину — при наличии чистого дна, разумеется — и возможные водовороты.
Собственно, при наличии пожарной лестницы об этом можно было не думать: в самом деле, какой математик станет беспокоиться о решении задачи, аналогичной решенной? Примени известный алгоритм — и дело с концом! Но мне всегда хотелось искать и находить новые, нетрадиционные решения, а использование старых я считал чем-то вроде плагиата.
Да и не подходило старое решение для новой проблемы: куда бы мы попали, перейдя ров по пожарной лестнице? На крышу замка? Так и там вода! И на узком краешке не устоишь — обязательно свалишься либо в ров, либо в бассейн на крыше. Переползти на подъемный мост? А как его опустишь? Хорошо, если он на канатах: перерубил — и готово. А ну как на цепях? Только меч иззазубришь.
Но нас, похоже, ждали. Хотя мы так и не заметили ни малейшего движения ни на стенах, ни в окнах — которых, кстати, не было, — но, едва мы остановились на дальнем быке моста, цепи подъемного устройства пришли в движение, загрохотали в клюзах, и плита медленно опустилась перед нами, прочно встав на свое место.
— Нет ли здесь какого-то подвоха?— пробормотал Юнис, но сэр Жеральд уже направил коня на мост и звонкое цоканье копыт по плите огласило окрестности.
«Металлический, что ли? — подумал я, приглядываясь к рифленому настилу моста. — Точно: инопланетяне!»
Сэр Жеральд тем временем проскакал пролет и замахнулся древком копья, чтобы ударить им в ворота. Он даже успел крикнуть:
— Отворяйся! А то!..
Но фарфоровые ворота распахивались и без его помощи. Вот тут-то сэр Жеральд остановился и повернулся, ожидая нас. Мы подскакали и очутились под нависающими над головой стенами замка-тарелки.
Я почему-то сразу стал себе казаться тараканом. Ну еще бы! Прямо перед нами возвышался глянцевый бок огромной фарфоровой тарелки с надписью «Дулевский фарфоровый завод». Синие узоры изображали фантастических птиц, животных, и цветы.
С другой стороны ворот тем же шрифтом, но чуть меньшими буквами было написано: «Здесь спрятан самый большой секрет дракона!».
- Любопытно! — сказал я. — Какой еще может быть секрет у дракона?
Помимо секретов из органов секреции? Кулинарный? Рецепт его любимого блюда, которое можно использовать в качестве приманки? А в состав блюда входят свежие рыцари...
— Самый большой! — восторгался Юнис, не слушая меня, а сэр Жеральд спокойно сказал:
— Вот войдем — и узнаем. Кони зацокали под аркой.
Оценивая наше поведение с точки зрения безопасности, можно сказать, что оно было опрометчивым: нам открыли ворота, нас попросту заманили внутрь! А вдруг это ловушка? А мы едем, как ни в чем не бывало, и даже не обнажаем мечи. Но, если вдуматься, иначе и быть не могло: живущие в фарфоровом замке должны быть предельно осторожными и оказывать всем максимальное гостеприимство — фарфор ведь так хрупок... А тут рыцари с железными мечами и копьями.
Но, помнится, на современных танках тоже устанавливают керамическую броню...
Арка неожиданно привела нас в большой зал — не во внутренний дворик, а сразу в зал. Впрочем, и это легко объяснялось: в замке, имеющем вид тарелки, да еще заполненной водой, просто не может быть внутреннего дворика, разве что полностью затопленного. Но тогда это будет не дворик, а бассейн.
Въехав на конях в зал, мы остановились: на полу зала грудами лежали... тарелки — едва ли не точные копии той, что представлял собой сам замок, хотя и разные по размерам.