Сергей Тонких – Хранители тишины.Книга первая.Кот,кофе и труп на коврике (страница 3)
шум был. Будто что-то падало. Или кто-то.
— Это кот уронил кружку, — быстро соврал Варлам.
— А почему он тогда сидит на табуретке? — прищурилась Зинаида Карповна. —
Кошки обычно не сидят на табуретках. Они сидят на диванах. Или на
клавиатурах. Но не на табуретках.
— Он… медитирует, — выпалил Варлам. — Современная йога для кошек. Очень
модно.
Кот одобрительно кивнул:
— Мяу. Именно. Медитация. Очищаю ауру квартиры.
Зинаида Карповна посмотрела на него с подозрением, потом перевела взгляд
на Варлама:
— Ты с ним разговариваешь.
— Ну… он же кот. Иногда хочется поболтать.
— М-да, — протянула соседка, всё ещё не сводя глаз с коврика. — Знаешь, я
тут подумала… А вдруг у тебя там мышь?
— Мышь?! — Варлам чуть не подпрыгнул. — Нет! Никаких мышей! У меня кот!
Он бы её сразу поймал!
— Вот именно, — снова прищурилась Зинаида Карповна. — А он не ловит. Он
сидит на табуретке и «медитирует». Подозрительно.
В этот момент из ванной донёсся глухой стук — будто кто-то неловко задел
полку.
Все трое замерли.
— Что это было? — прошептала Зинаида Карповна, бледнея.
— Это… — начал Варлам, лихорадочно ища объяснение. — Это… трубы. Старые
трубы. Они иногда… поют.
— Трубы поют в ванной? — недоверчиво переспросила соседка.
— Очень мелодично, — подтвердил кот. — Особенно по утрам.
Тут дверь этажом выше хлопнула, и по лестнице затопали тяжёлые шаги.
— О, нет, — простонал Варлам. — Только не он.
Из-за угла появился Борис Петрович — сосед сверху, бывший военный, который считал своим долгом знать всё, что происходит в подъезде. Он был
в домашних тапочках, спортивных штанах и майке, но держался так, будто
всё ещё носил погоны.
— Что за шум? — рявкнул он, подходя к двери Варлама. — Нарушение
общественного порядка?
— Никакого шума! — поспешно сказал Варлам. — Просто… э-э… кот уронил
кружку.
— Кружку? — Борис Петрович нахмурился. — А почему тогда из ванной что-то
стучало?
— Это трубы! — хором воскликнули Варлам и кот.
— Трубы, — медленно повторил Борис Петрович, оглядывая всех троих. — И
коврик скомкан. И соседка стоит с пирожками. И кот на табуретке. Очень
подозрительно.
Зинаида Карповна кивнула:
— Я тоже так думаю. Тут что-то нечисто.
— Надо вызвать полицию, — решительно заявил Борис Петрович.
— Нет! — одновременно выкрикнули Варлам и кот.
— То есть… не надо, — уже спокойнее добавил Варлам. — Всё в порядке.
Просто… у меня сегодня день такой. Нервный. Кот нервничает. Трубы
нервничают. Даже коврик нервничает.
— Нервничает коврик, — пробормотала Зинаида Карповна, качая головой. —
Дожили.
Борис Петрович скрестил руки на груди:
— Ладно. Но я буду наблюдать. Если ещё что-то услышу — сразу в полицию.
— Договорились, — с облегчением выдохнул Варлам. — Спасибо. Очень…
ответственно с вашей стороны.
Соседи наконец ушли — Зинаида Карповна с пирожками, Борис Петрович с
видом человека, который не верит ни единому слову.
Как только дверь за ними закрылась, Варлам сполз по стене на пол.
— Всё, — простонал он. — Мы пропали. Они что-то подозревают.
— Не переживай, — спокойно сказал кот, спрыгивая с табуретки. — Они
всегда что-то подозревают. В прошлом месяце Борис Петрович думал, что я
шпион, потому что я сидел на подоконнике и смотрел во двор. А Зинаида
Карповна была уверена, что ты выращиваешь в ванной грибы.
— Но на этот раз у них есть повод! — возразил Варлам. — У нас в ванной
труп!