Сергей Томилов – Легенды Солнечной системы (страница 36)

— К чему ты клонишь? — нахмурился Корсин.

— К тому, что в Солнечной скоро будут заказывать музыку те, у кого есть опытная, тренированная пехота. У Земли есть гвардия, но они могут работать только при нормальной гравитации. За пиратами появятся частные войска, настоящий космический десант. Я уже слышала о наемниках. Это первые порывы ветра перед бурей.

— Не замечал, что ты ударилась в поэзию, — Корсин напрягся, но внешне остался невозмутим. — Не придавай значения слухам, они преувеличены.

— Тебе виднее. Мое дело стрелять, а цель указываешь ты.

— И это самое сложное. Ответственность. Не только личная, но и за других. — Корсин окинул взглядом понемногу редеющую толпу. — Эпоха гуманного отношения к ценности человеческой жизни скоропостижно завершилась — мы имеем право на первую кровь. Но я постараюсь этого никогда не допустить.

Милита одарила его долгим взглядом. Корсин и ухом не повел, снова подняв стакан и колыхнув в нем тягучую коричневую жидкость.

— Мы не готовы проливать кровь, советник, — медленно произнесла Милита.

— Знаю. Никто не готов. Но я должен быть уверен, что ВКС будет способно нажать на курок, если до этого дойдет.

Милита большим глотком выпила полстакана и встала.

— Это я тебе гарантирую. Скоро вернусь.

Корсин остался в одиночестве. Адмирал подняла щекотливую тему. Ему уже приходилось натыкаться в рапортах на деятельность наемников в Солнечной. Первый экипаж появился из ниоткуда еще три года назад, взяв первый заказ у Альянса. А за последний год стало известно о еще трех частных станциях космических ландскнехтов. И это только известные.

Ему, как советнику по особым вопросам, поступали эти данные. Но что с ними делать, он пока что не имел понятия. И то, что адмирал ВКС упомянула о наемниках по идее было тревожным звоночком.

Корсин вздохнул. Его догадки подтверждались. Несмотря на то, что ВКС были самым большим космофлотом Солнечной, не стоило надеяться на безоговорочную победу в случае войны. Они могли забросать любой мир тысячей термоядерных зарядов, но какой в этом был смысл, если большинство поселений находится глубоко под поверхностью спутников и планет? В то время как любая пропущенная планетарная ракета снесет на поверхности Земли миллионы жизней за долю секунды. Здесь Милита была безоговорочно права — космофлот не станет гоняться по всей Солнечной за противником, а станет судорожно оберегать Землю.

А было от чего. Уже вторую неделю Корсин получал сотни рапортов о новом заложенном классе боевых станций Конклава Венеры и активности на верфях Конгломерации ЮСа. Но если то, что собиралось у Сатурна, могло оказаться и очередной стройкой века, новым амбициозным проектом вроде второго звездолета, то насчет верфи Венеры все было предельно ясно. Кланы заложили новый класс боевых станций «Омен», гораздо более эффективный по сравнению с производимым Венерой «Амено». А станции ВКС это по большей части модернизированные старые классы тридцатых, сороковых и пятидесятых годов. Улучшенные, боеспособные, но слишком старые, уже не соответствующие эпохе по характеристикам.

Корсин кивнул вернувшейся Милите и положил на стол инфоноситель.

— Здесь кое-что интересное. Данные биосети, уже обработанные аналитикой. Посмотри их: с твоим опытом можешь увидеть то, что мог не увидеть я.

— Хорошо, гляну. Но это бесполезная трата времени. Только глухая оборона, Корсин. Вот и все, что ждет ВКС в случае конфликта. Действовать придется кому-то другому.

Корсин снова кивнул и наполнил стаканы коньяком, опустошив графин.

— За Землю?

— За Землю, — подтвердила Милита, и они выпили. — Древний ритуал алкоголизма завершен, я могу идти?

— Более не задерживаю.

Корсин остался, легкий дурман в голове не хотелось убирать антиэтиловой капсулой.

Следовало возвращаться к работе, несмотря на уютный теплый вечер в Барселоне. От толпы возле стойки осталось три человека, двое прижимались друг к другу в сумраке, один продолжал упорно пялиться в трансляцию игр нейровира, где уже показывали сплошную статистику после матчей. Корсин хмыкнул и вышел на улицу, в мягкий средиземноморский климат.

Улетать все же пришлось, должность советника представляла собой сплошной комок обязанностей. Корсин тысячу раз задавал себе вопрос, почему он завязал с оперативной деятельностью и подался в большую политику. И неизменно приходил к одному: чувство долга. Многие считали, что люди в высших эшелонах власти занимали должности ради положения в обществе или безбедного существования, но это в большей мере относилось к членам Конгресса.

Для Корсина безграничный доступ к благам цивилизации и бесконечному финансовому счету скорее был приятным бонусом. На оперативной работе он неделями жрал безвкусные одинаковые пайки, спал стоя и урывками в условиях, которые были спартанскими. Сейчас ему было неуютно в комфорте правительственных зданий и транспортов. Работе это не мешало.

В суборбитальном транспортнике, летящем по глиссаде в ночи на север, Корсин все же принял капсулу, убравшую все последствия принятия алкоголя. Современная действительность, в которой уже жили миллионы людей в космосе. Тонны веществ, без которых невозможно существование углеродной жизни и терабайты информации о том, как выжить в пространстве, были просто необходимы. Корсин провел рукой по волосам. Часть из них были выращенными на искусственной части его черепа, закрывающей старое ранение, полученное при его последнем задании в корпусе Локи. Марсианские радикальные группировки поймали группу в засаду, в перестрелке погибли почти все и он, получив заряд плазмы в голову, продолжал стрелять, ничего не замечая. Отрубился от шока уже в транспорте, когда забрали последнего оперативника и сторожевики ВКС с орбиты прицельным огнем артиллерии разрушили старый купол, превратив радикалов и немного гражданских в пыль. Сопутствующие потери. Это было так давно, казалось, что в прошлой жизни.

Транспорт приземлился далеко в северных широтах. На взлетной площадке его уже ждали куратор корпуса и группа аналитиков. Здесь всегда завывал ветер и шумели воды северного ледовитого океана, его волны с грохотом разбивались о скалы.

— Советник Форсберг. У нас новые данные.

— Излагайте.

Группа зашла внутрь массивного комплекса, скрытого в толще каменных гряд фьорда у ледяного океана. Штормовой ветер перестал рвать с людей одежду.

— Полученная от агента «Глобоинфа» информация подтвердилась. Корпорации не ведут генетических разработок, все файлы я уже отправил на ваш стационарный терминал. Агент нам больше не нужен?

Корсин кивнул, куратор исчез в хитросплетениях переходов комплекса. С группой аналитиков он прошел в заполненный стационарными компьютерными терминалами зал. Здесь он чувствовал себя на своем месте, хотя и был уже просто специальным гостем.

Он не входил в Верховный совет. Официально. Но его участие в принятии решений за последнее десятилетие было огромным. Умудряясь оставаться невидимым и в то же время ключевой фигурой в политике, Корсин также занимался разработкой тайных и непонятных событий Солнечной. Группы аналитиков и кураторы корпусов направляли отчеты в первую очередь ему. Тысячи информационных файлов о всех странностях обитаемых миров человечества, к которым он имел доступ.

В его руках были все истории, легенды и мифы Земли, а теперь и Солнечной системы. И Корсин даже не сомневался, что живет в легендарное время.

***

— Адмирал Милита, командование принято.

Системы флагмана ВКС выдали на экранах подтверждение. Длинный командный отсек боевой станции не имел в своем оформлении ни единой декоративной детали — каждый квадратный сантиметр был использован с максимальной пользой. Милите этот класс станций напоминал подводные лодки времен двадцатого века, она видела их в архивах.

Расположившись в кресле напротив стратегической голографической установки, Милита вывела ее из режима проекции орбит вокруг Земли, на обзор всей Солнечной системы. Сюда поступали все данные о всех замеченных станциях. Мерцающие траектории многих обрывались, когда следящие системы теряли их из своего радиуса наблюдения.

Таких траекторий было слишком много. Пространство огромно. И полсотни боевых станций ВКС, они почти все сияли значками крылатой планеты возле Земли. Пара сторожевиков в поясе астероидов гоняло пиратов. Старый ракетоносец болтался на границе зоны воздействия Хейта. Все остальные станции, показанные на проекции, относились к другим фракциям или были в частном владении. Их насчитывалось более тысячи.

Милита откинулась на спинку кресла. Когда она пропустила момент, что Солнечная система стала настолько обитаемой и неуправляемой? Научно-технический прогресс и биотехнологии позволили отвоевать у мертвого космоса это необъятное пространство для жизни. Но держать это все под контролем было сложно.

Капитан флагмана встал возле кресла адмирала.

— Что говорят внизу?

— Для нас абсолютно ничего нового. Сохраняем позиции на орбите в штатном режиме.

— А неофициально, что сказал Корсин?

Милита смерила капитана взглядом. Капитанский комбинезон безукоризненно сидел на нем, бритая под ноль голова и отсутствие растительности на лице говорили о собранности и полной отдаче работе — многие капитаны предпочитали в последнее время отпускать бородку с принятыми в ВКС короткими стрижками. Милита сама очень коротко стригла свои светло-русые волосы и часто подтрунивала над адмиралом Чунгом, носившем длинную косу на затылке.