Сергей Токарев – Календарные обычаи и обряды в странах зарубежной Европы. Летне-осенние праздники (страница 47)

Раздел сыров перед возвращением с альп

Среди германских народов издавна сложилось представление о «дикой охоте» духов или позднее душ умерших, проносившихся с шумом ветра и громом по воздуху. Встреча с ней считалась опасной для путников, однако ее появление способствовало, как считали, плодородию полей. В более поздних вариантах этой легенды фигурирует скачущий на коне св. Бартоломей. Следы от ударов конских копыт сохранялись якобы в виде озер и ям. Главной областью распространения этих дохристианских представлений была немецкая Швейцария^{560}.

Завершающим праздником этого периода был день св. Михаила (29 сентября). Этот день по всей Швейцарии служил когда-то сроком для сбора цинза, городских и сельских сходов, открытия ярмарок. Обычай пускать 29 сентября в реку горящие свечи, установленные на дощечках, связывали в народе с сокращением дня и началом работ при искусственном свете. В народных легендах святой нередко появлялся как предводитель душ умерших. Его день слыл здесь недобрым. «Ты хочешь пасти или сторожить курицу св. Михаила», т. е. умереть, говорили тем, кто был неосторожным в горах^{561}.

Одной из главных забот швейцарского крестьянина был выпас скота на горных пастбищах. С середины июня по начало ноября пастухи находились со скотом на лугах, поднимаясь постепенно на более высокие пастбища. Календарные вехи этого времени отражали хозяйственные изменения. Считали, что со дня св. Якоба (26 июля) убавлялся удой молока. День св. Якоба — патрона пастухов — был большим праздником — «серединой лета», на высокогорных лугах в этот день ждали гостей из долин, зажигали костры, устраивали танцы и состязания. В кантоне Валлис к нему были приурочены традиционные коровьи бои — быть хозяином коровы-победительницы считалось честью. Вечером, во время празднества, прославляли хозяина коровы и его семью^{562}.

Жизнь на альпийских лугах была нередко связана с опасностями, и люди искали защиты у святых. Поэтому здесь среди католического населения, как и в соседней Австрии, почитали св. Христофора — защитника и покровителя путешественников. Большая роль отводилась в народных представлениях и святым — покровителям скота. В Швейцарии, как в стране развитого скотоводства, их было особенно много. К ним были обращены специальные традиционные молитвы пастухов — бетруф, известные по всей альпийской области Швейцарии (за исключением итало-швейцарской), а также и в соседней Австрии. Это обращение с перечислениями многочисленных святых сохранило до сих пор древнюю форму заговора с заклинаниями, направленными, несомненно, к языческим божествам, которых с утверждением христианства сменили святые Мартин, Петр, Галлус, Георг и т. д.

Их просили:

B’schliess wohl uf dem Bären Gang, Dem Wolf  —  der Zahn, Dem Luchs  —  der Chräuel, Dem Wurm  —  der Schweig, Dem Stein  —  der Sprung. И запри медведю его ход, Волку  —  зубы, Рыси  —  пасть, Стервятнику  —  челюсти, Дракону  —  путь, камню  —  прыжок^{563}.

Текст этих заклинаний как у германошвейцарцев, так и у франкошвейцарцев и ретороманцев почти идентичен.

24 августа, в день св. Бартоломея, в католических районах на альпы (горные луга) поднимался священник, благословлявший луга, а также первые молочные продукты, прежде всего сыр. После этого мог происходить первый раздел сыров между хозяевами стад.

В определенные дни календаря (сроки эти сильно варьировали по областям) начинался спуск пастухов со стадами в долины, дальнейшая задержка на альпах, как верили, грозила гибелью скота. Покидая пастбища, зенны приводили хижины в порядок, а также оставляли часть пищи на столе — «для горных духов альп», чтоб они были довольны и не гневались на людей. Горных духов считали «ответственными» за обвалы и лавины в зимнее время^{564}.

В кантоне Тессин перед спуском с альп пастухи каждой общины устраивали шумный праздник — барилотто (Barlot, barilotto) — «сборище ведьм». Его участники поднимали шум, били в сковороды, кричали, хлопали бичами, трещотками, стараясь превзойти в этом соседей. Вечером или на рассвете зажигали костры, устраивали состязания в пении. Обычная тема песен — восхваление альпийских вершин, а также высмеивание соседей. Само название этого обычая, его шумный характер указывают на то, что он, по-видимому, имел другой, забытый смысл и был аналогичен осеннему празднику (начало ноября) — «поездка касмандля». Касмандли в народных верованиях — духи альп, в ноябре жители альпийских деревень с шумом и огнями «провожали» их на альпийские луга, где они и обитали всю зиму^{565}.

Возвращение стад в долины приходилось обычно на день св. Галлуса (15 октября) или Мартина (11 ноября) и представляло общедеревенский праздник, в центре которого было шествие пастухов со стадом.

Праздник окончания работ на общинных виноградниках

В октябре и ноябре в виноградарских районах устраивались праздники окончания сбора винограда и первой пробы молодого вина.

В италошвейцарском кантоне Тессин во время вендемии (Vendemia — последний день сбора винограда) ставился огромный чан, наполнявшийся виноградными гроздями; подростки — мальчики и девочки прыгали и танцевали на них, топча виноград босыми ногами, обливаясь виноградным соком^{566}.

Прибытие в деревню сборщиков нередко превращалось в праздник, сопровождаемый пением и танцами. В кантоне Невшатель сохранились воспоминания о хождении в это время ряженых с черненными сажей лицами^{567}. В небольших швейцарских городках и сейчас происходят костюмированные шествия, представляющие собой остатки цеховых празднеств виноградарей. Таково происхождение известного виноградарского праздника в франкошвейцарском городке Веве. С развитием туризма его главным содержанием стала пышная и красочная процессия с театральными представлениями. Центральное место в процессии и сейчас принадлежит бондарям, виноградарям, виноделам, одетым в костюмы средневековых гильдий, с цеховыми эмблемами в руках. Их сопровождают различные карнавальные маски, среди которых выделяются бог осени, Церера, Вакх. Наряду с античными элементами здесь заметны и христианские: участники праздника несут изображения св. Урбана — покровителя виноградарства, чей образ, по-видимому, вытеснил какое-то дохристианское божество^{568}.

Первую пробу вина отмечали торжественным ужином. На востоке Швейцарии это происходило в ноябре и было приурочено большей частью к 16 ноября — дню св. Отмара. Отсюда сам этот обычай со временем стали называть одним словом «otmährli» — производным от имени этого святого^{569}.

В деревнях молодежь и дети ходили по дворам, собирали колбасы, сало, бобы для общего ужина. В этот день, как и 11 ноября (день св. Мартина), вечером носили долбленые тыквы, внутри которых были вставлены зажженные свечи. На стенках тыкв делали прорези в виде черепа и астральных знаков, светившихся в темноте. Вероятно, этот обычай входил в число зимних процессий со светом или огнем, устраивавшихся в старину с магической целью — поддержать слабеющий свет солнца^{570}.

Наступление поздней осени в народном календаре швейцарцев связывалось с поминовением усопших. От прежней поминальной недели сохранились два у католиков и один у протестантов поминальных дня — 1 и 2 ноября: день всех святых и день всех душ. Как католики, так и протестанты посещали кладбища; в горных областях коллективно убирали и украшали могилы, ставили на них зажженные свечи. В кантоне Валлис, в долине Летчентале, где долго сохранялись пережитки общины, к этим дням готовились сообща. Жители нескольких деревень выпекали совместно плоские караваи из ржаной муки, делали сыр. Затем все собирались на площади, чтобы получить свою долю.

Часть обычаев этого времени связана с древней верой в возвращение умерших в эти дни домой. Многочисленные легенды рассказывают об их появлении, причем знаки их присутствия видели в шуме ветра, скрипах, блуждающих огоньках. Ночью на столе оставляли для умерших часть еды от общей трапезы, так как они продолжали считаться членами семейного коллектива, от них ждали помощи, через общую еду они как бы приобщались к семейным заботам. Еду выставляли и на улицу, особенно на могилы и вдоль дорог, чтобы, как говорили, усопшие могли подкрепиться в пути.

Датами, завершающими осень, считали в одних местах 16 октября (день св. Галлуса), в других — 11 ноября (день св. Мартина); их обрядность включает элементы, характерные как для осеннего, так и для зимнего циклов.

ВЕНГРЫ

Летние и осенние праздники венгров во многом сходны с календарными праздниками народов соседних стран, с которыми они живут бок о бок вот уже более тысячи лет. Это сходство в значительной степени было обусловлено одинаковыми географо-экономическими условиями, в которых живут народы Юго-Восточной Европы.

Первый месяц лета — июнь имеет важное значение в деятельности венгерских земледельцев, в это время в Венгрии поспевают фрукты и ягоды: груши, яблоки, вишни, зреют и наливаются колосья пшеницы. Вот почему основные обряды, магические действия, приуроченные к главным церковным праздникам этого месяца, были направлены прежде всего на сохранение будущего урожая, на ограждение его от всяких естественных и сверхъестественных бед.

С календарными датами церкви связывают множество примет, по которым можно судить о будущем урожае, запретов некоторых работ, другие магические действия. Так, считали, что если в день св. Медарда (8 июня) идет дождь, то он будет идти и последующие сорок дней; если в день св. Маргиты (10 июня) — дождливая погода, то будет плохой урожай грецких орехов, но в то же время дождь в этот день был благоприятен для посевов редиски.