Сергей Тишуков – Кто я? (страница 2)

Для работяги вполне обычный набор. Основное лезвие ножа острое, много раз затачиваемое вручную на оселке, от чего лезвие изменило первоначальный вид. Остальные вставки как же часто использовались. Это легко определить по насечкам и сколам на металле. Особенно позабавила открывалка. Он несомненно знал, как ею пользоваться, но для крышек пивных бутылок в его время применяли совсем другое приспособление. В виде полукольца с язычком. Кто-то когда-то ему объяснял, что «открывашка» - это для крышек, а «открывалка» - это с острым крючком для вскрытия консервных банок.

«Стоп! Почему я употребил фразу «в моё время»? Что значит «в моё время»? Я не в своём времени? Я попаданец? Куда?» - примерно в таком порядке пронеслись мысли в голове Тимофея и он, неожиданно оценив новую инкарнацию, приуныл, пожалев, что не может подобно Марии грохнуться в обморок.

Через полчаса кое-как примирившись с мыслью о попаданстве, посчитал её даже забавной. Что там полагалось делать в подобной ситуации? Он знал о таком жанре в литературе, даже пробовал что-то читать на сайтах Автортудея и Литреса, но подобное чтиво его не заинтересовало. Глупо, плоско и совершенно неправдоподобно. Хотя многим нравилось. Даже фильмы снимали по этой теме. Кино – это индикатор спроса, если оно не принесёт прибыли, никто снимать не начнёт. Невыгодно.

«Ладно! С этим проехали. Сейчас совершенно не важно, как всё происходило в фантазиях авторов. Главное, что делать мне. Первое, что помню, нужно адаптироваться к миру, в который попал», - подумав так, Тимофей подошёл к колючему кусту, сорвал ягоду и сунул в рот.

Под бардовой мякотью, сухой и терпкой, оказалось большое количество волосатых косточек. Мелких и неприятных для языка. Он поморщился и выплюнул не дожёванную массу. Затем сломав ветку, попробовав шип подушкой большого пальца, размял и понюхал листья. Всё было ему знакомо, только название растения никак не всплывало в мозгу. Почему?

Прошло около часа, когда Мария, наконец, заворочалась и приоткрыв глаз, что-то прощебетала. Затем осеклась, вздрогнула и, попытавшись опереться об куст, укололась о шипы. Отпрянула и, обхватив коленки руками, напряжённо замерла, разглядывая Тимофея из-под бровей.

- Я Тимофей, - напомнил парень, скрестив руки на груди, приготовившись терпеливо выслушать все претензии девушки.

Молчание затягивалось и парень решил ускорить процесс, мягко заметив:

- Ты не помнишь меня?

Девушка ещё несколько секунд молчала. Тимофей уже решил, что дело швах и она совершенно невменяемая, потеряв рассудок от страха, когда та тихо, но твёрдо ответила:

- Тебя помню. Я не помню себя. Я не помню, как здесь оказалась. Я даже не помню из-за чего здесь очутилась. В происходящем нет никакой логики.

Упоминание логики едва не повергло Тимофея в лёгкую стадию эйфории. Это, как выпив с деток стопок крепкого алкоголя, внезапно впадаешь в жёсткую депрессуху, начинаешь сожалеть о сделанном, но тут слышишь любимую мелодию и, совершенно забыв о разочаровании, начинаешь подпевать песне.

Девочка оказалась совсем не блондинкой.

- Рад, что ты знаешь это слово, - улыбнувшись, похвалил Тимофей.

Но Мария почему-то восприняла улыбку и ироничный тон как оскорбление.

- Ты считаешь, что все женщины тупые? Сексист, чёртов! Угораздило меня попасть в зависимость к недоумку, считающему себя сверхчеловеком, а женщин людьми второго сорта!

Буквально выкрикнув эту гневную тираду, Мария уткнулась лбом в колени и до Тимофея донеслись еле сдерживаемые всхлипывания.

- О, господи… - сокрушённо вздохнул он и, обхватив голову руками, уселся неподалёку. Не так страшен чёрт, как его идейные последователи.

Всхлипывания и вздохи продолжались недолго и прекратились так же внезапно, как и начались.

- Что мне нужно делать? – спросила Мария твёрдым голосом, из которого улетучились даже намёки на недавнюю плаксивость.

То ли она действительно известная актриса, а слёзы использовала, чтобы разжалобить Тимофея, то ли перемены её настроения столь стремительны, что молниеносно меняют её темперамент.

- Ты не беременна?

- А надо?

- Надо отвечать на заданный вопрос, а не соревноваться в их количестве.

Девушка подумала и отрицательно помотала головой.

- Нет.

- Просто мне показалось странным – ты только что ревела, а через секунду полна решимости идти куда прикажут. Друг рассказывал о подобных перепадах в настроении у его жены. Удивлялся, насколько порой бывают противоположны её желания.

- Кто твой друг? – спросила Мария, весьма заинтересованно осматривая напарника.

- В том-то и дело, - медленно подбирая слова и опасаясь вновь ненароком спровоцировать слёзы, начал Тимофей, - Его рассказ я помню, а вот образ или имя не всплывают в сознании. Будто кто-то стёр картинку, оставив только субтитры. Тебе это не кажется странным?

- Значит меня не отравили, - сделала свой вывод Мария и замолчала.

- Ты поэтому старалась проблеваться?

- От клофелина часто напрочь вырубает память. Она, как правило, возвращается через несколько дней. А иногда нет. Кусок воспоминаний стирается начисто.

- Ты сказала кусок, - напомнил Тимофей, - Допускаю, что какое-нибудь средство, наркотик, например, или яд, могут убрать из воспоминаний небольшой эпизод, но насколько мне помнится, ни один препарат не способен стереть всю декларативную память. Это невозможно.

- Ты психиатр?

- Нет… Скорее всего нет. С чего такой вывод?

- А сколько людей знают о существовании декларативной памяти?

- Думаю многие, - пожал плечами Тимофей, - Ты же знаешь этот термин. Уверен, что и значение помнишь.

- Смутно… - согласилась Мария, - Только, уверяю тебя, опроси ещё сотню человек, и они затруднятся с ответом.

Сказано это было с такой уверенностью, что Тимофей сразу поверил.

- Странно это всё, - только и смог выдавить он.

- Согласна с тем, что человек не может полностью лишиться памяти. Идиотом стать может. Но идиотия – это врождённая патология. Она не возникает на ровном месте у взрослого человека. Ею нельзя заразить ни воздушно-капельным, ни половым путями. К тому же при такой степени умственной отсталости отсутствуют речь и мышление. А мы сидим и ведём научную беседу, пытаясь определить положение, в котором оказались.

- Ты точно врач! – утвердительно заявил Тимофей, - Я основную мысль понял, но повторить не смогу. Значит не специалист в этом вопросе.

- Это вряд ли, - задумчиво сказала Мария, - Судя по прикиду – я проститутка. Особенно сексуальные шортики намекают именно на эту профессию.

- На внешний вид не смотри, - отмахнулся Тимофей, - Мы явно находимся не в своём облике и, скорее всего, наша матрица попала в чужое тело, перенесясь во времени… или пространстве… или и в том и другом одновременно.

- Что за бред?

- Это точно не моё тело! – запальчиво воскликнул Тимофей, вскакивая с места, - Взгляни на мои руки! Это же лапы работяги, всю жизнь, сызмальства привыкшего к ручному труду. Взгляни на ладони, на пальцы! Ногти, в конце концов, зацени. Сплошные заусенцы и въевшаяся грязь.

- Можно подумать, ты часто посещал маникюрные салоны, - прыснула Мария, насмехаясь над тем, с каким жаром доказывал парень непричастность к своей неряшливости.

- Можно подумать… - вздохнул Тимофей и сел рядом, спрятав руки за спину, - Первая мысли, пришедшая в голову, когда увидел руки, что для аналитика из офиса это нонсенс.

- Вот теперь похоже на правду, - заметила Мария, разглядывая свои ухоженные кисти и хорошо обработанные ногти, - Первое впечатление всегда важно. Оно, скорее всего, правильное, потому что интуитивное. Я вот ничего не ощущаю. Что это значит? Это моё тело или просто не вижу большого контраста.

- Не знаю, - выдохнул Тимофей.

- Но версии у тебя какие-то есть?

- Одна. Я попаданец.

- Кто? – на этот раз Мария не засмеялась, а с сожалением уставилась на компаньона, как психиатр на пациента.

- Есть такой жанр в литературе. Я читал кое-что, но не любитель.

- Это фантастика что ли?

- Да. Один из поджанров. Сознание героя переносился в тело обитателя прошлого, будущего, сказочного мира или альтернативной вселенной. Такое любят читать те, кого зае… задолбала повседневность. Дом, работа, рутина, а тут удивительное превращение и головокружительные приключения.

- Ясно. Однако, если ты не любитель этого жанра, то откуда о нём так хорошо осведомлён? Я вот сейчас точно поняла, что предпочитаю любовные мелодрамы и комедии, а о попаданцах даже не слышала.

- Ну-у-у… - Тимофей задумался, - Мне не нравится сетература, а классика очень даже по душе. У Марка Твена есть история про соотечественника, попавшего в прошлое, ко двору короля Артура. Опять же Стругацкие частенько прибегали к подобному приёму. «Полдень», например, или «Попытка к бегству». Чёрт! Откуда я это знаю?!

- Что-то не так?

- Я начинаю сомневаться, что это мои мысли. Возможно, я действительно слесарь из автомастерской, а в голове у меня заселились чужие воспоминания!

- Прекрасно! – всплеснула руками Мария, - Версия номер два!