Сергей Тармашев – Ареал (страница 54)

– Посмотрим, – кивнул Ферзь, выслушав доклад.

Он потянул за «липучку» клапана, открывая набедренный карман «Мембраны», и достал оттуда «Ариадну». Нежно-жёлтая полупрозрачная капля словно светилась где-то глубоко внутри мягким красным сиянием. Ферзь сжал её в ладони левой руки, несколько мгновений разглядывал мёртвую деревню, после чего правой рукой достал нож и, не выпуская «Ариадну», принялся короткими движениями чертить на земле план деревни. Бойцы отряда склонились над ним, стараясь не мешать друг другу.

– Вот наш дом, – острие ножа уткнулось в нарисованный квадратик, – в дверях Зыбь, в окнах Паутина, на полу Студень. В огороде Плешь, вдоль задней стены Оковы, начинаются они от самой поленницы. Вот тут, – он отметил крестиком место, – сталкеры и ставят лестницу прямо на поленницу, по-другому в дом не попасть. Так что схрон у них не в подвале, а на чердаке. Выйти оттуда можно только так же, как и войти. Это облегчает нам задачу. Брать будем прямо у поленницы. Забросим в чердачное окно шашку «Черёмухи», сами вылезут.

– Что, если они успеют надеть противогазы? – хмыкнул Медведь.

– Тогда возьмём измором, – заявил Ферзь, – деваться им оттуда некуда, уйти они не могут.

– Даже по крышам? – уточнил Берёзов.

– По крышам? – слегка удивился Салмацкий. – А смысл? Ну, вылезли они на крышу, а дальше куда? Они же там как на ладони.

– Не согласен, – покачал головой Иван, – по крыше можно и ползком, в горячке боя могут и не заметить. А если ещё дым поставить, например, кусок резины, смоченный мазутом или ещё чем, поджечь, то шансы есть. Если бандиты делали схрон основательно, наверняка они позаботились о путях отхода. Не исключено, что если проползти через всю крышу, то где-то там можно спрыгнуть и скрыться в растительности. Если не перекроем крышу, имеем риск упустить кого-то из преступников.

– Хмм… – Ферзь внимательно посмотрел на Берёзова и задумался. Он вновь окинул взглядом дома, – крыши чистые… Значит, действуем следующим образом: северная часть деревни вот отсюда, – он вернулся к наскоро расчерченному плану, – сплошное гиблое место. Туда они не пойдут. Медведь, твоя группа на всякий случай приглядывает за этим направлением, но основная ваша забота – восток. Если кто-то каким-то образом выпрыгнет из окна на поленницу, дальше у него только два пути: к вам, вот оттуда, – Ферзь указал рукой на рухнувший забор и вновь ткнул ножом в рисунок, – либо сюда. Здесь будет ждать группа Лемура. Остальные пойдут со мной к поленнице. Туман! – Он посмотрел на Берёзова: – Ты идёшь с нами. Ветер, вот тут, у соседнего дома, дерево видишь? Оно чистое, если не считать Синьку. Влезешь на него и приглядишь за крышей. Далеко по ней не уйти, но если бандиты хорошо прощупали деревню и знают расположение всех аномалий, то тропу найти можно. Всё, выдвигаемся, – закончил Ферзь, затирая ногой чертёж, – связь держать на частоте номер три, запасная – номер восемь. Идём!

Иван заметил, как Медведь с Лемуром практически одновременно бросили на него мимолётные косые взгляды, как только Ферзь объявил, что берёт его с собой. Ветер же, наоборот, остался невозмутим и никак не отреагировал на это известие. Странно, что у них такая разная реакция. Берёзов насторожился. Что-то во всём этом ему не нравилось, но пока ещё непонятно, что именно.

Операция началась спокойно. Группы Лемура и Медведя заняли указанные Ферзём позиции и взяли на прицел дом Хромого. Получив в эфире доклады, Салмацкий отдал приказ надеть снабжённые противогазами шлем-сферы «Мембраны» и лично повёл группу захвата через огороды. Он шёл первым с «Ариадной» в одной руке и пистолетом в другой, расставляя бойцов в безопасных местах. Берёзов отметил, что командир сильно рискует ради заботы о своих подчинённых, что, несомненно, делает ему честь. Дом окружили, до поленницы дошли без эксцессов, и группа захвата залегла в огороде, быстро оградив вешками с прикреплёнными флажками границы близкой Плеши, и изготовилась вести огонь по чердачному окну в случае необходимости. Но дальше всё пошло не совсем так, как ожидал Берёзов.

Ферзь отдал короткую команду, и пара бойцов, укрывшихся прямо за поленницей, забросили в чердачное окно несколько шашек с «Черёмухой». После этого они остались там же, приведя Ивана в недоумение – ведь если из окна выбросят гранату, оба бойца неминуемо попадают под осколки. Однако Ферзь не стал их отводить. К тому же он немедленно достал портативный мегафон и объявил скрывавшимся в доме преступникам, что они окружены со всех сторон, что бежать им некуда, после чего предложил сдаться. Подобная неграмотность Ферзя никак не вязалась с его репутацией, и Берёзов не понял, зачем предложение о сдаче было объявлено так рано. Ведь если бандиты, предположительно, спали, то теперь они точно проснулись. Вместо того чтобы во сне нахвататься «Черёмухи» и инстинктивно повыскакивать в окно, забыв о противогазах и вообще обо всём на свете, они смогут надеть средства защиты прежде, чем слезоточивый газ заполнит дырявый чердак в нужной концентрации.

Судя по всему, так оно и вышло. Минут двадцать бандиты не отвечали, и из окна никто не появлялся. Внезапно оттуда вылетел какой-то свёрток.

– Граната! – крикнул Ферзь, заставляя людей вжиматься в землю.

Но взрыва не последовало. Вместо этого свёрток упал на землю и с негромким хлопком лопнул, окутываясь клубами густого сизого дыма. Ещё один хлопок донёсся с крыши, которую тут же стало затягивать дымом. Как и предполагал Берёзов, бандиты ставили завесу, пытаясь вырваться из ловушки. Маловероятно, что они окажутся столь глупы, чтобы организовать схрон в месте, не имеющем путей отступления. Кто же станет запирать в западню самого себя? Со стороны соседнего дома, возле которого на дереве должен был засесть Ветер, прозвучала автоматная очередь, затем ещё одна, и совершенно неожиданно на крыше бандитского дома громыхнул разрыв ручной гранаты.

– Двое пытались уйти по крыше, – раздался в эфире голос Ветра, – цели уничтожены. Больше контролировать крышу не могу, сильное задымление, ничего не видно.

– Принял тебя, – ответил Ферзь и вновь поднял портативный мегафон. – Сталкеры! Это последнее предупреждение! – заявил он. – Сдавайтесь или будете уничтожены! Даю две минуты! – И, отложив мегафон, тут же кивнул одному из притаившихся у поленницы бойцов: – Светозвуковую!

Боец достал светозвуковую гранату и забросил её в чердачное окно. Сверкнула ослепительная вспышка, и тяжело ухнул звуковой удар, гулко проходя через герметичную сферу «Мембраны». Из щелей прогнивших стен и крыши во все стороны брызнули клубы трухи, пыли и куски сине-жёлтого мха. Берёзов непонимающе переводил взгляд с Ферзя на остальных бойцов группы. Странное какое-то задержание. Со стрельбой на поражение и метанием гранат без предоставления окружённым даже малейшей возможности сдаться добровольно ещё до попытки штурма. Кстати, о штурме. Чего ждёт Ферзь? Вот сейчас, пока бандиты ослеплены и оглушены, самое время взобраться на крышу, перекрыть пути отхода и в случае благоприятной ситуации после броска второй гранаты войти внутрь.

– Ферзь, я – Туман, – он вышел в эфир, – момент удобный, могу выйти на крышу, пока дым не рассеялся и…

– Нет, – оборвал его Салмацкий, – слишком рискованно. Этим терять нечего, нарвёшься на пулю. По нашей информации, бандиты вооружены «Дыроколами»! – И сделал короткий жест засевшим у поленницы: – Ещё одну!

Вторая светозвуковая граната влетела в чердачное окно, и снова грянул грохот со вспышкой. «Ничего не понимаю, – подумал Иван, – если так дело пойдёт и дальше, задерживать будет некого, там мозги у всех полопаются…» Дым начал рассеиваться, и он заметил слабое шевеление в чердачном окне.

– Движение! – бросил он в эфир. – В окне! Возможно, выхо…

Треск сразу нескольких автоматных очередей заглушил его слова. Пули ударили в окно, разнося трухлявый проём в щепу, раздался короткий крик, шевеление прекратилось, и из разодранного окна безжизненно свесилась залитая кровью рука. Иван лишь покачал головой. Что вообще тут происходит? Или бойцы спецотряда настолько злы на бандитов из-за того боя у развалин? Он вполне мог это понять – спецотряд тогда понёс потери, несколько человек получили ранения, один из них до сих пор проходит лечение, но если сейчас перебить всех, то единственная нить, ведущая к шпионской лаборатории, будет потеряна. Оперативники возлагают на это задержание большие надежды, а тут творится чёрт знает что, прямо вендетта корсиканская…

Однако, судя по реакции окружающих, никого, кроме Берёзова, это не волновало. В сложившейся ситуации стоило проявить инициативу, и он, привычно пригибаясь, быстрой перебежкой подошёл к сидящему за покосившейся деревянной изгородью Ферзю. Тот встретил его вопросительным взглядом.

– Там остался всего один, – Иван кивнул в сторону чердака, – надо брать его живым, иначе провалим операцию! Если уже не провалили, – добавил он, – мёртвые показаний не дают, как будем шпионскую лабораторию искать?

– Все они отморозки, – зло ответил Ферзь, – убить человека для них всё равно что Синьку прихлопнуть! Я уже потерял достаточно людей и больше не собираюсь рисковать никем.

– Я сам его возьму, риск будет минимальным, – возразил Берёзов, – нужно только снайперское прикрытие, пусть последят за окном. Я заякорю альпинистскую кошку с верёвкой и влезу на крышу, это быстро. Найду там лаз, через который перебитые Ветром бандиты выходили. А вы сымитируете штурм и бросите светозвуковую в окно. Сразу после взрыва я зайду внутрь и приму оставшегося, если он ещё жив.