Сергей Тармашев – Ареал (страница 180)

– Ещё вопрос, – глухой голос профессора звучал изнутри шлем-сферы словно из бочки. Удерживать её на весу Николаевой было тяжело, и она опустила голову на красную резину земли, из-за чего создавалось ощущение, будто профессор разговаривает во сне. – Что вы имели в виду, когда сказали, что никто не рискнёт войти внутрь нашего склада?

– Выброс надо пережидать ниже уровня земной поверхности, – терпеливо отвечал санинструктор, – во избежание непредсказуемых осложнений. На открытой местности вообще гарантирована мучительная смерть. В помещении разрядами не заденет, но может зацепить чем-то другим… толком никто не знает, что это, но предполагается – неизвестное излучение, не фиксируемое приборами. В общем, в Жёлтой Зоне оно может превратить человека в нечто пострашнее Зомби. Уродливое подобие живого существа, такое может убить с десяти шагов, вскипятит вам мозг за полминуты, и всё. Говорят, жертва умирает в жутких мучениях. В общем, стопроцентно защищают только подвальные помещения, ну или ямы глубокие, овражки там… Если, конечно, Студнем не заняты. Вот так, если в двух словах. Что произошло в этот раз, я не знаю, такое тут впервые.

– Вероятно, почва экранирует…

– Идём! – перебил Медведь, поднимаясь на ноги. – Облако ушло, нужно спешить. Прямо по курсу развалины, но близко к ним подходить опасно, наверняка Паутины полно. Поэтому будем проходить мимо курящегося паром облачка. Это Пушка, так что поосторожнее. Если заденете, схватит и выстрелит вами на полсотни метров. Костей не соберёте.

Оставшуюся до обломков забора часть пути преодолевали долго. Дважды возвращалось токсичное облако (скорее всего, оно двигалось по короткому маршруту туда-сюда, будто челнок), после пришлось искать проход между рваными обломками заборных опор. Обманчиво чистое пространство оказалось затянуто Паутиной настолько густо, что обломок деревяшки, которым Медведь проверял проход, развалился в труху под множественный треск безликой смерти, протянувшейся между опор невидимыми нитями. Наконец безопасный проход удалось обнаружить, и майор ещё минут пять швырялся «жучкой», убеждаясь, что можно идти дальше. Удостоверившись, что идущие за ним след в след люди благополучно миновали обломки заграждений, он продолжил движение. Медведь продвинулся ещё на десяток метров, как вдруг земля и небо мгновенно поменялись местами, и он присел от неожиданности.

– Стоять! – отреагировал Айболит, осаживая бредущих по следам командира группы учёных. – Коля! Что там?

– Вышли, – устало ответил здоровяк, поднимаясь. – Не ожидал просто. Идите на меня, я уже в Зелёной Зоне.

– Поразительная перемена! – заявил Степанов, подходя к майору. – Это не просто изменённая физика, это косвенное подтверждение нашей теории!

– Ваш универсальный прибор заработал, – насторожённо произнесла Николаева, рассматривая УИП. – Насколько я понимаю, вот это – счётчик Гейгера, и он показывает повышенный фон. Это не столь опасно, сколько странно. Разве раньше здесь такое было?

– Нет, – нахмурился Айболит, сверяясь с УИПом, – и мне это очень не нравится. Радиация, ударная волна огромной мощности… всё это наводит меня на крайне нехорошие мысли о термоядерных реакциях. – Он указал рукой в сторону города. – Отсюда до памятника Прометеям Севера километра полтора. Он стоит в квартале высотной застройки. С такого расстояния дома должно быть видно. Сейчас их нет.

– Идём к городу, – заключил Медведь, – там разберёмся. Ухте досталось, это ясно. Но она хотя бы осталась в Зелёной Зоне, и там должны работать спасатели.

– В эфире тишина, – произнёс Айболит. – Не похоже на спасательную операцию, а ведь двое суток прошло с момента Выброса. Может, нам мощности не хватает…

– На ровной местности наши рации километров на пять должны цеплять, – прикинул майор. – Пошли, подберёмся ближе. Теперь, с УИПами, это проще. Включи свой ЛАР в режим «SOS».

18

Болт осторожно выглянул из-за запирающего пролом куска кирпичной кладки и тут же отпрянул назад, уклоняясь от тянущихся в узкую щель рук, покрытых полуразложившейся кожей. Торчащие через сгнившую плоть кости с сухим треском бились о бетонные обломки.

– Твою мать! – выругался он. – И не успокоятся же никак! – Поисковик обернулся к МЧСнику, склонившемуся над лежащим без сознания человеком в спецодежде. – Как он?

– Дерьмово, – ответил тот, протирая раненому разорванное плечо куском бинта. – Нужен антидот, или начнётся заражение. Трупный яд попал в рану.

Болт склонился над раненым, и Влад посмотрел на Раса, возящегося с автоматами. Перед ним лежала кучка патронов, разделённая на четыре части, которыми он снаряжал магазины. Почувствовав взгляд, молодой сталкер поднял глаза.

– Два магазина на четыре ствола, – хмуро произнёс он. – Заряжу по пятнадцать патронов каждому. Попробуем прорваться ещё раз. Стрелять умеешь?

– Давно не приходилось, – ответил юрист, – но по малолетству стрелял часто, справлюсь.

Рас молча кивнул и вернулся к своему занятию. Влад перевёл взгляд на тянущиеся в узкую щель заблокированного пролома руки мертвецов. Похоже, их стало больше.

Их план с утра покинуть город потерпел неудачу, даже не начавшись. Как только предрассветное небо посветлело, они отодвинули обломок стены, закрывавший вход, и едва успели задвинуть его обратно. Нет, Зомби на улице уже не было. Вместо них прямо перед их убежищем скребла руины… толпа мертвецов! Словно в плохом фильме ужасов, покрытые обрывками похоронных костюмов ходячие трупы лезли к людям, бестолково царапая камни костями конечностей, несущих на себе остатки разложившейся плоти. Рас сказал, их называют Бродягами. Выброс поднимает покойников из могил, и те идут к людям. Каким-то образом они чувствуют живых. А у них под боком городское кладбище, где-то рядом с перекрёстком набережной Газовиков и проспекта Космонавтов. Влад не понимал, где именно это находится, но по словам сталкера выходило, что совсем недалеко. Пробиться через толпу мертвецов с боем не удалось – пули наносили им совсем небольшой урон, и стену ходячих трупов проредить не удалось. Мёртвые, дёргано водя по сторонам пустыми глазницами, судорожно пытались вцепиться в живых. Одному из них удалось схватиться за Илью из авиаремонтной службы, человека в серой спецодежде. Мертвец вонзил ему в плечо гнилые фаланги пальцев, протыкая мягкие ткани острыми краями обломанных костяшек, и просто повис, словно плащ, как будто только этого и добивался. Остальные трупы потянулись к ним, протягивая гнилые руки, и толпа мертвецов едва не захлестнула кричащего от боли человека. Его успели отбить, стреляя в упор и орудуя прикладами, но всё, что удалось сделать, это отступить обратно в развалины и заблокировать пролом. Илье быстро стало плохо: разорванное плечо опухло и воспалилось, он потерял сознание и вот уже час не приходил в себя.

– Рас, Влад! – окликнул их Болт. – Понесёте Илью. Мы с Юрой пойдём впереди. Попробуем пробиться ещё раз. Это не Зомби, они тут месяцами сидеть могут. Надо стараться сбивать их с ног и не позволять себя схватить, иначе исцарапают, и будет то же самое, – он кивнул на бессознательного раненого.

– Проход узкий, они в него набились толпой, – хмуро произнёс Рас. – Не пройдёшь сквозь них…

Болт поморщился:

– Знаю. Поэтому мы выйдем и попытаемся задержать их. Вы полезете по обломкам вверх, если удастся выбраться, оставите там Илью и прикроете нас, пока будем лезть следом. Всё равно другого выхода нет: вода заканчивается, еды нет, патронов – сам знаешь…

На улице раздалась длинная пулемётная очередь, и совсем рядом с заблокированным проломом грянул взрыв, затем ещё один. По руинам громко застучали пули, и все, не сговариваясь, бросились наземь. Длинная очередь сменилась на короткие, сопровождаемые автоматным огнём. Стреляли прицельно и методично, словно в тире, и Влад, подняв голову, увидел, что лезущие в щель прохода гнилые руки исчезли. Болт подскочил и, прижавшись к обломку стены, осторожно выглянул наружу.

– Спецотряд! – радостно сообщил он. – Похоже, не всё так плохо!

– Это не по нашу душу? – насторожился Юрий. – Они ведь Совету Директоров подчиняются!

– Нет, – уверенно заявил поисковик, – там Медведь, я его хорошо знаю. Он нормальный мужик.

Болт дождался, когда стрельба утихнет, и закричал:

– Коля! Медведь!!! – Он просунул руку в щель и помахал ею. – Смотри, нас не перестреляй ненароком!

– Заманчивое предложение! – пробасили снаружи. – Болт! Ты чего там забыл? Опять от работы прячешься? Давай, вылазь оттуда.

Закрывающий пролом обломок отодвинули, и вскоре Влад оказался снаружи. Выход из развалин был густо усеян конвульсивно дёргающимися мертвецами, пытающимися опереться на короткие обломки отстреленных конечностей. В десяти метрах от края руин стояли двое бойцов в тяжёлом боевом снаряжении, вооружённых до зубов, немного дальше ещё двое, попроще. Мешковато сидящее снаряжение было им явно не по размеру.

– Проходим быстро, не задерживаемся! – зычно скомандовал громадный боец с дымящимся пулемётом в руках. По сравнению с почти двухметровой фигурой владельца чуть ли не в сто тридцать килограммов весом пулемёт казался игрушечным. – Смотрим под ноги, не даём себя поцарапать!

– Никита Владимирович! Людмила Петровна! – удивлённо воскликнул Влад, узнавая знакомые лица в камуфлированных сине-жёлтыми цветами шлем-сферах. – Не ожидал встретить вас при таких обстоятельствах!