Сергей Тармашев – Ареал (страница 155)

На другой стороне шлюза, в смежном помещении научного комплекса, было уже пусто, лишь прямо посередине стоял немолодой человек в униформе охранника ГНИЦ с поднятыми руками.

– Разрешите обратиться, Туман? – Говорящий старался произносить фразы как можно более миролюбиво. – Я заместитель начальника охраны ГНИЦ, радиопозывной Сугроб.

– Бывший начштаба?[10] – усмехнулся Берёзов. – Обращайтесь, раз пришли.

– Признаюсь, я не горел желанием, – пожал плечами Сугроб, – но иного выбора не было, вы же запретили беспокоить вас в эфире. Могу я узнать, чего вы хотите?

– Здание окружено? – вместо ответа спросил Иван.

– Да.

– Воздушное пространство? – спокойно уточнил Берёзов.

– Перекрыто, – подтвердил Сугроб. – Два ударных звена МИ-24 барражируют над зданием. Ваш вертолёт на прицеле.

– Вы с ним поосторожнее, – посоветовал Иван, – там связанный вертолётчик и заминированная цистерна с хлором, заряд установлен на неизвлекаемость. Не советую подходить близко.

– Никто и подходит, – заверил его Сугроб, – мы не хотим никаких жертв. Сюда едет генерал Белов и весь Совет Директоров РАО, чтобы начать с вами переговоры…

– Переговоров не будет, – оборвал его Иван. – Мне необходимо попасть в ЛП-32, и я туда попаду. Либо по-хорошему, либо по-плохому. – Он кивнул в сторону жмущихся друг к другу заложников. – Выбирайте.

– Туман, можно, я что-нибудь взорву? – вдруг ожила Лаванда. – Один разок? Ну, пожалуйста! – Она неуклюже вытянула руку с дистанционным взрывателем, пытаясь не уронить при этом «Янтарь», закрывающий её едва ли не целиком.

Сугроб невольно сделал шаг назад.

– Чуть позже, – строго посмотрел на помощницу Берёзов. – Сейчас мне нужно поговорить с этим человеком, и шум от взрыва будет мне мешать. Можете немного подождать?

– Хорошо, – немного подумав, согласилась девушка и вновь принялась поглаживать бордовую каплю «Янтаря». – Он такой завораживающий… – тихо прошептала она и неожиданно хихикнула: – Горячая штучка!

Иван обернулся к Сугробу. Тот смотрел на Лаванду, и в его глазах читался неподдельный страх. Берёзов хмыкнул про себя. Отлично, переговорщик осознал ситуацию: по крайней мере, один из террористов неадекватен, его реакции нестабильны и непредсказуемы. Иными словами, взрыв может произойти в любой момент, и трезвые доводы тут бессильны – психически нездоровому человеку на них просто наплевать, он сделает то, что взбредёт ему в голову.

– Вы поосторожнее с высказываниями, не злите её, – немедленно подлил масла в огонь Иван. – Не то мало ли что… А лучше вообще молчите, так спокойнее. Вам понятно?

Сугроб кивнул, и в этот момент у него зазвенел мобильный. Переговорщик торопливо сунул руку в карман и сбросил вызов, однако телефон почти сразу же зазвонил вновь.

– Ответьте, – участливо произнёс Иван, – вдруг там что-то важное, а вы трубку не берёте. Может, ЧП какое где-нибудь на объекте или ещё что…

– Издеваетесь? – грустно вздохнул Сугроб и потянул из кармана мобильник. Он ответил на звонок и тут же произнёс: – Так точно! – И протянул трубку Берёзову: – Это вас!

Иван взял телефон и сделал пару шагов назад, на всякий случай разрывая дистанцию. Не отводя взгляда от переговорщика, он поднёс телефон к уху и представился:

– Туман на связи.

– Это Рентген, – спокойно прозвучал знакомый голос. – Судя по всему, я не в курсе чего-то очень интересного?

– Вы вовремя, – ответил Берёзов, – надо поговорить. Приходите сюда, я вас подожду. Только не берите с собой компанию и не задерживайтесь, а то, знаете ли, время не ждёт.

– Хорошо, – невозмутимо ответил контрразведчик, – телефон оставьте у себя. Я позвоню, когда буду приближаться. – И он отключился.

– Вы можете идти, – сказал переговорщику Иван, засовывая в карман телефонную трубку, – вам пришла замена. И потребуйте себе новый телефон, а заодно не забудьте захватить с собой ваших людей, что держат на прицеле выходную дверь. Если она, – Берёзов кивнул на прижавшуюся к «Янтарю» Лаванду. Та с полупьяной улыбкой медленно водила щекой по гладкой поверхности бордовой капли, – увидит или услышит неладное, гибель всех этих людей будет на вашей совести. Учтите, в столь примитивную ловушку я не попаду.

Сугроб не стал задавать лишних вопросов и быстро удалился, воспользовавшись такой же ключ-картой, что Лаванда сняла с Морозова.

Рентген появился спустя пять минут. Телефон Сугроба зазвонил, и контрразведчик сухо сообщил, что пришёл один, без оружия, и сейчас будет заходить в двери. Иван согнал заложников в кучу в самом дальнем углу, чтобы они даже случайно не попали под огонь в случае чего, занял максимально удобную позицию за одной из приборных стоек и воткнул в уши заранее подготовленные заглушки. Если сейчас прилетит граната, шансы у него есть. После этого он разрешил контрразведчику войти. Двери открылись, но Рентген своё слово сдержал – штурма не последовало. Он вошёл один, и дверные створы сразу же захлопнулись за ним. Берёзов вышел из укрытия и скосил глаза на Лаванду, с интересом разглядывающую появившегося контрразведчика.

– Здравствуйте, Рентген! – мечтательным голосом заявила она. – Какая неожиданная встреча! Не скажу, что рада вас видеть, но раз уж вы здесь… Кстати, – спохватилась она, – а зачем вы здесь? Если вам тоже нужен «Янтарь», то спешу вас разочаровать: он мой! Я первая его взяла! Так что забудьте об этом, не то я вас взорву! – Она вытянула руку с дистанционным взрывателем и несколько раз сжала и разжала пальцы, щёлкая устройством.

Заложники в ужасе попадали на пол, но девушка уже потеряла интерес к контрразведчику и вновь поглаживала «Янтарь», шепча себе под нос что-то неразборчивое про «такую большую и горячую секси-штучку». Рентген с интересом и особой тщательностью оглядел её и превращённого в ходячую бомбу академика Морозова.

– Не обращайте на Лаванду внимания, – болезненно поморщился Иван, – она ещё немного не в себе.

– Могу я узнать, что за цирк вы здесь устроили? – поинтересовался контрразведчик, – и зачем вам эта штуковина, – он кивнул на «Янтарь». – Ведь насколько я понимаю, вы здесь ради неё?

– Не отдам! – заявила Лаванда, крепче прижимая к себе бордовую каплю, и вновь защёлкала дистанционным взрывателем.

– Угу, – угрюмо кивнул Берёзов, – точнее, ради них обеих в целом и нашего континента в частности.

– Даже так? – нахмурился Рентген. – В таком случае давайте по порядку. Только сначала попросите её прекратить щёлкать этим антистеплером, примотанным проволокой к рации. Она пугает людей. Что это вы прицепили на академика Морозова? Дефибриллятор, что ли, разобранный?

– Времени было мало, – пожал плечами Иван, – пришлось импровизировать из того, что нашлось в вертолёте «скорой помощи». Кстати, антистеплер с примотанной рацией смотрится неплохо. Дефибриллятор ломать было жаль, но выбора не оставалось. Медицинскому отделу придётся найти себе другой.

– А что это на нём вместо взрывчатки? – присмотрелся контрразведчик. – Не могу понять.

– Не знаю, – Берёзов вновь пожал плечами, – какие-то медицинские пеналы или контейнеры, в вертолёте нашёл. Какая разница? Главное – проводов побольше, так страшнее выглядит.

– Как я понимаю, цистерны с хлором в вертолёте тоже нет, – вздохнул Рентген. – Не помню, чтобы сотрудников групп «А» учили такому.

– Ну, это было давно, ещё до группы, – уклончиво ответил Иван. – Нас слушают?

– На мне микрофон, – кивнул контрразведчик.

– Его лучше выключить, – посоветовал Берёзов, – во избежание утечки информации государственной важности.

– Начинайте говорить, – велел Рентген, – если я пойму, что это необходимо, то выключу его. Итак, вы были в Красной Зоне и спасли оттуда Лаванду. Где подполковник Салмацкий, похищенные им вещественные доказательства, а также зачем вам изделие «Янтарь» и что вы собираетесь с ним делать?

– Я бы сказал, не совсем так, – ответил Иван. – Я был в Эпицентре и вытащил оттуда Лаванду. «Янтарь» нужен для того, чтобы вернуть ей полную адекватность, а также вернуть захваченные Ареалом территории в первоначальное состояние. Кстати, в обмен на нее, так сказать, бесплатным бонусом, мне вернут Ферзя и его рюкзак. И не только.

– Подробнее, – потребовал контрразведчик.

– Подробнее – слишком долго, – парировал Берёзов. – В двух словах могу сказать следующее: метеорит, рухнувший в Эпицентре в девяносто первом, это инопланетный космический корабль. Точнее – то, что от него осталось. Некие живые формы уцелели, но вернуться домой не могут – корабль погиб, а аварийный маяк, – он указал на «Янтарь», и Лаванда вцепилась в него ещё сильнее, – был спрятан нашими спецслужбами. В результате они приняли решение о проведении терраформирования. В общем, делают из нашей планеты свою. Говорят, что много им не надо, одного континента вполне хватит. Но если отдать им маяк, обещают улететь и вернуть всё как было. Вроде как за пару лет всё станет прежним, кроме Зомби.

– Похоже на сказку, – без всяких эмоций оценил Рентген. – Поверить в неё без заключения психиатрической экспертизы будет непросто.

– Это точно, – согласился Иван, – поэтому я не стал подавать официальный рапорт с просьбой выдать мне изделие «Янтарь» для спасения мира. К тому же времени у меня всё меньше.

– Почему же они сразу не связались с властями? – Контрразведчик продолжал разглядывать Лаванду. Та, не выпуская «Янтарь», со счастливой улыбкой щёлкала «дистанционным взрывателем» перед лицами заложников.